– …Спасибо!
Я взяла яблоко обеими руками и держала его, краснея.
«Это было всего лишь яблоко, но я почему-то очень счастлива».
Я чувствовала искреннюю доброту мальчика, который забрался на самое высокое дерево, говоря, что подарит мне самую красивую вещь. Это было действительно трогательно.
Мне было тяжело открыть рот и продолжить диалог… Я не могла поверить, что получила такой подарок.
– Подарок от Сисла – это настоящее сокровище!
Когда я широко улыбнулась, уши Сислина покраснели.
– ……
Сислин протёр уголки своих зорких глаз, как будто был занят чем-то другим.
В этот момент сквозь мягкую атмосферу послышался уверенный голос.
– Сестра, посмотри сюда!
Это был голос Генриха. Я огляделась, держа яблоко в руках.
– М? Где он? Я совсем не вижу Генри?..
– Вуаля!
В этот момент рядом с гроздью яблок, нагроможденной горой, неожиданно высунулась голова Генриха.
– Посмотри на это. Много, да?
«…Боже мой, Генрих ободрал всю яблочную ферму!»
Когда я быстро проверила, все яблони вокруг были в голом, сорванном состоянии — как лысина.
– Ну как? Я хорошо собираю яблоки. Разве я не крут, сестра?
– …Ага.
– Яблони, мне очень жаль.
Я искренне извинялась перед яблоней, что стояла рядом с счастливым Генрихом.
Кэролайн выбежала из особняка и сказала:
– Аннет! Мадам Мимоза велела мне передать, чтобы ты пришла в её комнату.
– Сейчас?
– Да прямо сейчас!
* * *
«Что происходит?»
Перед комнатой мадам Мимозы. Я нервно постучала.
Тук-тук.
Внезапно раздался холодный голос:
– Войдите.
Я имею в виду, что даже просто стоять перед Мадам Мимозой требует крепких нервов.
Но у меня была яркая улыбка, и я вела себя как примерная ученица.
– Вы звали меня, госпожа.
Мадам Мимоза держала папку бумаг, перевязанную ниткой, но рассмотрев я поняла, что у женщины в руках были «Сведения об учащихся».
– Я позвала тебя, потому что хотела кое-что спросить, Аннет.
– Да! Спрашивайте о чем угодно, мадам.
– Ты прикасалась к этой книге?
Личность детей была записана в ней.
Сколько им лет, какие способности пробудились, оценки, и характер ребёнка.
А так же, какие вещи произошли в прошлом, перед тем, как они попали в Лес.
Это буквально была книга, из которой можно было узнать всё о Деревьях.
Конечно, я никогда не прикасалась к ней.
– Нет… что-то случилось?
Холодные золотые глаза мадам Мимозы смотрели на меня так, будто глядели в самую душу.
– Были обнаружены следы проникновения в мою комнату. Два дня назад кто-то пробрался сюда и просматривал досье детей.
– ……
– Кажется, кто-то связывался с виконтом Путерио.
– …Что?!
Я была так поражена, что прикрыла рот рукой.
Как виконт Путерио нашел Сислина в лесу, оставалось загадкой.
Если бы у него была магия отслеживания или другая подобная, он бы пришел, чтобы найти его сразу же, но явился после задержания.
– Это значит, что кто-то намеренно сдал местонахождение Сислина виконту Путерио?
Кто мог совершить столь бессовестный поступок?
– Конечно, это не я, мадам… Вы же знаете, что я забочусь о Сислине.
– Знаю.
Мадам Мимоза просто согласилась и поставила записи на полку.
– Я тоже не думаю, что это не твоих рук дело.
– ……
– Но в порядке процедуры я спрашиваю всех детей, которые заходили в мой кабинет.
Женщина была убеждена, что это сделал кто-то из детей.
Мадам Мимоза в оригинале была второстепенным персонажем, поэтому у меня было мало информации о ней, но она была довольно умным человеком.
Если госпожа так думала, то на это явно была веская причина.
– Если ты что-нибудь узнаешь, сообщи мне.
– …Да, госпожа.
Мадам Мимоза сказала :
– Можешь уходить, — и снова повернулась с холодным лицом.
Я вышла из комнаты с серьезным выражением лица.
«Кто мог такое сделать?»
Было ли это связано с тенью ребенка, которого я видела в убежище в прошлый раз?
Интуитивно я была уверена, что это один и тот же человек.
В конце концов мне пришлось прийти к этому выводу.
В этом лесу;
Сислина беспокоил ребенок.
Ребенок, который злобно возился с намерением послать его подальше.
– ……
Мои ладони сжались в кулаки…
* * *
Вернувшись в класс до начала урока, я взялась за подбородок и посмотрела на детей.
Все они выглядели счастливыми, добрыми и невинными.
«Это слишком жестоко для ребенка — выдать местонахождение мальчика, чтобы его забрали обратно в рабство».
…Нет.
Наоборот, всё могло быть и хуже, ведь преступление совершил ребёнок.
Вместо того, чтобы глубоко задуматься о жизни после того, как его затащили в рабство, Сислин, должно быть, просто желал исчезнуть.
– ……
Я теребила в руках ярко-красное блестящее яблоко.
«Мне нужно найти этого человека.»
Обязательно.
Ведь я не знала, что ещё делать с этим слепым сердцем.
Если ты был достаточно активен, чтобы выболтать, где мы прячемся, и сообщить работорговцу, ты бы наверняка снова появился.
«Это случилось дважды. Но я не позволю, чтобы что-то подобное произошло и в третий раз»
Я резко и смело мотнула головой, как гипард, затаившийся в траве.
Теперь настала моя очередь отложить в сторону свою любовь к Деревьям и проявить хладнокровное и проницательность.
У меня было всего два «подозреваемых».
Первым был этот ребенок.
– Генрих, Генрих! Хочешь брошь?
Симпатичную девочку с платиновыми светлыми волосами и яркими бирюзовыми глазами звали Вивиан, 11 лет.
Маленькая леди, которая была ещё молода, но ростки красоты уже были видны.
Она самопровозглашенная «последовательница Генриха».
Вивиан, ребенок, который был вместе с Генрихом, когда он пробудил свои способности. Она влюбилась в него с первого взгляда, увидев высокоуровневую магию особого класса, настолько сильную, чтобы носить «подавитель магической силы».
Для неё это выглядело ещё круче, потому что собственная магия девочки была слабой.
С тех пор она преследовала Генриха, хотя он находил юную леди довольно раздражающей.
– Я не собираюсь это брать. Пожалуйста, не шути и потеряйся. — сказал Генрих, нахмурившись, словно отгоняя муху.
Однако Вивиан не испугалась.
– Кстати, почему ты не отвечаешь на мои письма? Тебе не нравится? Хочешь, я напишу ещё? — снова спросила она Генриха, глядя в окно, подперев подбородок рукой.
– Я не знаю содержания, потому что выбрасываю их не читая. — ответил Генрих, глядя на Вивиан прищуренными фиолетовыми глазами.
– ……
— Ах, как грубо ты обращаешься с девушкой!
«Хааа...Какое душераздирающее зрелище».
Конечно же, Вивиан ушла в сторону после обиды на невоспитанного чихуахуа.
Не то чтобы я его не понимала.
Он ведь сто раз говорил, что это ему не нравится, но девочка была настолько настойчива, что Генрих чуть не заболел неврозом.
В частности, она уже отправила более 30 писем.
Хотя Вивиан каждый раз игнорировали.Она была довольно значима в оригинальной работе.
Вивиан нравилось то, что нравилось Генриху, и слепо ненавидела то, что ненавидел он.
«Вот почему она преследовала Генриха и жестоко издевалась над Сислином».
Тогда то он и обратил на девочку внимание.
Впрочем, в оригинальном произведении Сислин впоследствии не мстил Вивиан. Казалось, что она его и не интересует.
В конце концов, юная леди так и не привлекла ничьего внимания.
Я внимательно посмотрела на Вивиан.
«Есть некоторая вероятность того, что всё это сделала она».
Основным качеством было то, что она образцовая ученица, у девочки сильный дух ответственности, поэтому, если бы она нашла наше убежище, сразу же сообщила бы об этом.
Связаться с Путерио… Это могло быть потому, что Генрих неоднократно показывал, что ненавидит Сислина.
«Кроме того, Вивиан убирает комнату мадам Мимозы».
Это было легкое место для доступа к записям.
Пока я размышляла, Вивиан посмотрела мне в глаза.
– ……
Потом она прищурилась, посмотрела, как будто была недовольна, и снова повернула голову.
«Хм, похоже, она меня недолюбливает».
Вивиан и правда меня ненавидела. Чем больше Генрих следовал за мной, тем больше я чувствовала, как растёт еë гнев.
Я была единственной, кого Вивиан слепо не любила, судя по вкусу Генриха.
Хотя может быть, я ей просто не нравилась.
«Презрение маленького ребенка… это не слабый мотив».
Я слегка покачала головой.
В любом случае, как бы подозрительно это ни было, сомневаться в Вивиан было нелегко.
К этому вопросу нужно было подходить очень осторожно, поскольку характер преступления был ужасным.
Потому что оно могло разрушить чью-то жизнь.
Тем не менее, первой из двух «подозреваемых» кандидатов была Вивиан.
Вторым же был…
В это время появился Генрих, прервав мои мысли.
– Сестра, по моему я заслуживаю награды. Я лучше всех собирал яблоки и я самый крутой.
Внезапно вспомнила, как впервые встретила Генриха.
Мальчик с холодными глазами, как дремучий зимний лес, с множеством торчащих шипов…
Сначала Генрих был груб со мной, но у меня не было выбора, кроме как принять всё.
Потому что он мне нравился.
Я очень любила этого мальчика, даже когда он был всего лишь главным героем романа.
Даже если он вел себя плохо, я знала, что он не был таким от рождения, Генрих просто очень одинокий ребёнок.
Однако в этой ситуации самым сильным мотивом для совершения преступления против Сислина обладал… Генрих.
Я едва сохраняла хладнокровие.
«Ты второй подозреваемый в этом деле, Генрих».
– Сестра.
Красивые глаза Генриха, похожие на зимние ночи, плавно изгибались в форму дуги.
– В качестве награды могу ли я сидеть рядом с тобой сегодня на занятиях?
Мальчик мило улыбнулся и взялся за подбородок. Совершенно не зная, что происходит у меня в голове.
«Мне больно осознавать, что Генрих является кандидатом на роль преступника».
Нахлынуло ощущение конфликта.
Не может быть, чтобы ребенок, такой милый, такой наивный и такой добрый, что даже не мог прикоснуться к чужим волосам, совершил такое!
Это определенно были стручки фасоли. Генрих однажды вырвал пучок волос у барона во время тренинга по социализации.
[Стручки фасоли здесь означают, что её глаза настолько слепы, как стручки фасоли, закрывающие вид. Проще говоря, она ослеплена своей любовью]
Моя любовь к нему и здравый смысл яростно боролись, поэтому я застонала и коснулась лба.
«Если это сделал Генрих, то всё ещё хуже».
Седовласый мальчик был ребенком, который знал, как обращаются с рабами.
Значит, он осознавал всю серьёзность ситуации, но всё равно пошёл на преступление.
Если бы это был кто-нибудь другой, я бы остановилась на мысли, что Генрих не мог сделать такого.
«Но это… это Сислин.»
Мальчик, вероятно, был человеком, который больше всего хотел, чтобы Сислина выгнали из Леса сейчас же.
Я знала, что нарушитель спокойствия, который считал естественным монополизировать меня, в последнее время очень ненавидит Сислина.
К тому же, учитывая оригинал…
От характера персонажа до мотива ненависти всё было идеально.
– Сестра, почему ты не отвечаешь?
Генрих поставил локти на стол и посмотрел на меня, обхватив руками своё красивое лицо. Фиолетовые глаза игриво заблестели.
– ……
Я собрала последние силы в кулак и ответила.
─𝕗𝕚𝕣𝕖 𝕜𝕒𝕝𝕖𝕚𝕕𝕠𝕤𝕔𝕠𝕡𝕖 ──────────
Обновлено: 12.01.2026