Я огляделся; внезапная теснота в салоне сделала обстановку неловкой. Машина просела, выжав подвеску до самого предела, но шины, по крайней мере, не лопнули. Кессия выглянула в окно. — Тут такое дело… — Она повернулась ко мне. — Кажется, с Ториксом что-то не так.
Я приподнял бровь, стягивая шлем с лица. — А ты как думаешь? Он кажется немного… не знаю, жестоким, что ли.
Она оперлась на руку, ерзая, будто никак не могла устроиться поудобнее. — Не знаю. Я в таких вещах не сильна, но он стал другим. Когда он раздавил этого… как его… Уитли?
— Уитли. — Поправил я.
— Да, его. Это было на него не похоже. Будто его что-то гложет, а он молчит. Я пыталась поговорить об этом с Алтеей, но это всё равно что со стенкой беседовать.
Я закатил глаза. — Она просто не особо разговорчива. Или нервничает. Вернемся к Ториксу.
— Ну да, ну да, — Кессия кивнула и скрестила руки на груди. — Думаю, на него давит вся эта ситуация.
— Что? Давление?
— Ага. Я знаю Торикса. Он никогда не был любителем риска. Этот мешок с костями живет уже очень долго. Я обошла его по уровням, хотя сама, считай, только и делаю, что валяю дурака. Значит, он привык делать всё медленно. Очень медленно.
Я кивнул. — И теперь он оказался в условиях жуткого стресса, там, где ему неуютно. Если подумать, у него ведь возникли трудности даже с ритуалом перемещения из того мира.
Кессия вздохнула. — Да, он наплел вам, что это из-за нового квеста Схемы. Сейчас-то это правда, но его заминки и медлительность тогда не имели никакого отношения к Квесту на выживание. Он просто портачил.
Я повернулся к ней. — Мы можем как-то помочь, снять с него это напряжение?
Она почесала затылок. — Э-э, если бы ты помог ему с рунами, было бы круто. Ему еще очень нравится магия Властвования. Просто если будет с кем об этом поговорить, ему станет гораздо легче.
Кессия положила руку мне на плечо. — Прости, что прошу об этом. Ты и так чертовски занят всеми своими… делами, наверное.
Я слишком остро ощутил прикосновение её руки. Это навело на мысли, о которых сейчас лучше не думать, так что я подавил в зародыше пару случайных образов. Кессия отстранилась, давая мне пространство для раздумий, и продолжила:
— Ему нужна помощь, а я её дать не могу. Мне становится скучно, и, как бы я ни старалась это скрыть, он мгновенно всё понимает. Алтея на него совсем не похожа. Она вся в технологиях.
Я пожал плечами. — Я попробую. Всё равно могу заниматься этим, пока остальные спят, мне-то сон не нужен.
Кессия расплылась в улыбке и крепко меня обняла. Затем отпустила и открыла дверцу машины. — Спасибо, Дэн-Дэн. Еще увидимся. Постарайся не проводить в машинах слишком много времени по ночам. Не думаю, что это полезно для здоровья.
— Эх, иногда полезно просто подумать, — ухмыльнулся я в ответ.
Кессия умчалась прочь легкой, пружинистой походкой. Меланхолия испарилась, и она снова стала прежней. Меня удивило, насколько сильно она верит в мою способность помочь Ториксу, но она знала его лучше меня. И я решил ответить ей тем же доверием – по крайней мере, на данный момент.
Разобравшись с делами, я выбрался из машины и прошелся по лагерю. Торикс обосновался неподалеку, в обычном пригородном доме на отшибе. Я постучал в дверь. — Йо, можно войти?
Ответа не последовало, и я зашел внутрь. В отличие от большинства соседних домов, этот остался почти нетронутым. Внутри веяло уютным, теплым воздухом. Стены двухэтажного здания украшали портреты, безделушки и картины. Преобладали коричневые, бежевые и другие приглушенные тона. Здесь всё казалось мягким: от пушистых ковров до разбросанных на полу игрушек.
Проходя вглубь дома, я заметил открытую дверь в подвал. В конце концов, где еще злому некроманту устраивать логово, как не в подвале? Когда я спустился, от шлакоблочных стен потянуло запахом земли. Гладкий бетонный пол был сухим, как и воздух, которым я дышал.
Торикс стоял, прислонившись к столу, заваленному бумагами. Столешница была под наклоном, и он катал по ней мраморный шарик: тот катился вверх, а затем съезжал обратно к его пальцу. Снова и снова раздавался один и тот же звук. Спустя пару минут он слился с общим фоном комнаты, будто так и должно было быть.
Я спустился по ступеням. Торикс не обратил на меня внимания. Я зашел ему за спину и прислонился к стене. — Ты в порядке?
Торикс очнулся, его голова резко дернулась вверх. Он посмотрел на меня, затем снова на стол. — О. Дэниел. Прошу прощения. Тебе не стоит видеть своего учителя в столь непотребном, ленивом состоянии.
— Каждому иногда нужно повалять дурака. В общем, я надеялся, что ты просветишь меня насчет магии Властвования. Если не слишком занят, конечно.
Торикс вздохнул. — Я бы с радостью, но я занят разбором того хаоса, который устроил, убив Уитли. Это была моя оплошность, одна из многих, которые ты, без сомнения, уже заметил.
Я закатил глаза. — Все совершают ошибки.
Торикс широко развел руки, глядя в стену. — Да, разумеется, но подобает ли учителю совершать их так часто на глазах у своего ученика? Полагаю, нет. — Он щелкнул по шарику, и тот с грохотом покатился по полу. — Это абсурд. Ты видел мои неудачи чаще, чем успехи. Чему ты можешь у меня научиться, если я не способен довести до конца ни одного дела?
— Эх, я бы не стал так сильно об этом париться, — вздохнул я.
Торикс подпер голову рукой, закрывая лицо. — Я только об этом и думаю. Мы так близки к гибели, что я чувствую её вкус. Если бы я мог спать, мне бы снились одни кошмары. Сейчас не время и не место для промахов и глупостей. Я гублю наши шансы прикончить Йавма.
Я прикусил губу, а он прижал ладони к вискам и продолжил:
— Когда я обучал Альфреда темным искусствам, за всё время я совершил лишь одну ошибку. И этой единственной ошибки хватило, чтобы он ушел от меня. Я забрал одну лишнюю жизнь, и он отрекся от меня. Я был раздавлен. — Торикс тяжело вздохнул. — Прости, что вываливаю это на тебя… В последнее время я на взводе.
Безрадостно усмехнувшись, я похлопал его по плечу. — Да, я заметил.
Торикс кивнул и повернулся ко мне. В его глазницах заплясало пламя. — Знаешь, о чем я думал, когда встретил тебя?
Я задумчиво потер подбородок. — Э-э… не знаю. Казалось, ты решал, убить меня или нет.
Торикс покачал головой. — Нет, совсем нет. Я думал, что это мой шанс на искупление. Я мог бы передать свое наследие, обучить тебя всему, что знаю, чтобы уйти без тревоги. Я рисовал себе образ бессмертного, непобедимого мага, который знает всё.
— И у тебя чертовски хорошо получилось, я считаю.
Торикс издал короткий смешок. — Но ты увидел трещины в этой картине. Я не Непобедимый. Я ошибаюсь, и мне с трудом дается контроль над ситуацией. Я должен был быть идеальным наставником. А теперь ты даже не можешь мне доверять. Что это за учитель такой, который доводит ученика до того, что тот начинает слышать голоса? Это же нелепо!
Я коснулся плеча Торикса. — Ты же знаешь, я заставил этот голос замолкнуть. И сделав это, я обрел решимость. Я нашел свой собственный путь. Ты не учил меня, куда идти, Торикс. Ты научил меня ходить самостоятельно.
Я убрал руку и широко развел ладони. — Все лажают, Торикс. Вообще все. Но дело не в том, как сильно ты упал, мужик. А в том, сколько раз ты поднялся. Если уж на то пошло, покажи мне пример того, как никогда не сдаваться, или еще какую-нибудь пафосную чушь в этом духе. В тебе это есть.
Торикс рассмеялся, на его лице промелькнула слабая улыбка. Он кивнул. — Возможно, ты прав, Дэниел.
— Чертовски прав, — я хлопнул себя по груди. — Давай вытаскивай свою задницу из этого подземелья. Мне нужно учиться магии, и ты единственный, кто может мне её преподать.
Слабая ухмылка превратилась в полноценную улыбку, и Торикс поднялся. — Полагаю, я найду время, чтобы помочь тебе. Ты всё-таки мой ученик.
Мы поднялись из подвала, обсуждая тонкости магии Властвования, и вышли на открытый двор. Торикс создал стол из черной жидкости. Я подошел к нему и навалился всем весом. Стол выдержал, хотя по его поверхности пошли круги. Ощущение было странным: казалось, он не просто держит мой вес, а выталкивает меня обратно.
Торикс поднял руку. С помощью светящейся маны он чертил в воздухе линии, сопровождая их лекцией. За короткими, емкими наставлениями следовали мои попытки применить эти концепции к собственной магии Властвования. Но была одна серьезная проблема: без вмешательства голоса я не мог её сотворить.
Конечно, я мог усвоить теорию. Фотографическая память от таланта Интеллект очень помогала. Учиться было легко, но преодолеть барьер и применить знания на практике оказалось неразрешимой загадкой. Торикс сказал, что со временем я обрету гибкий контроль над своей стихией. Но я уже знал, что это не так. Мне нужно было изменить само мышление.
Однако возвращаться к использованию голоса я не собирался. Это было бы сродни сделке с совестью ради силы. К черту компромиссы. К черту всё, что пытается меня контролировать. Я освою магию Властвования, даже если мне придется сдохнуть в процессе.
Но прежде чем я успел зайти так далеко, Торикс переключил урок на Усиление. Он показал мне новые рунные комбинации, дикие и необычные. Они не подходили мне так идеально, как мои собственные заклинания, но стали новыми инструментами в моем арсенале. Я мог использовать определенные сочетания рун, чтобы дополнить свои оригинальные начертания.
Это позволило значительно улучшить мою нынешнюю формулу. Тогда я спросил Торикса, есть ли какие-то стандартные достижения, которые я мог бы использовать для получения очков древа. Он знал много способов для магии Властвования и своих дисциплин, но мало что мог посоветовать для моего специфического стиля боя.
Скорее всего, больше пользы было бы от расспросов Кессии, но это не делало время, проведенное с Ториксом, бессмысленным. Совсем наоборот. К восходу солнца я разработал совершенно новый рунный набор для предплечий, голеней и ладоней. Они всё еще не соответствовали стандартам Торикса, но это было начало. Когда пришло время уходить, я уже горел желанием испытать свои новые игрушки.
Когда я направился прочь, Торикс щелкнул пальцами, развеивая черный стол и парящие в воздухе знаки. Он повернулся ко мне. — Спасибо тебе за этот… перерыв во всей этой тягомотине последних дней. Мне это было нужно больше, чем я думал.
Я отмахнулся от благодарности. — Не стоит. Просто не забудь вернуть должок позже.
Я рассудил, что если он будет чувствовать себя обязанным, ему станет легче. Странно всё-таки. Оказалось, что даже если ты бессмертный лич, у тебя всё равно есть чувства и проблемы. В конце концов, большинство существ похожи друг на друга. Мы все просто пытаемся выжить.
И я не был исключением в этой круговерти. Я вернулся к Кессии и Алтее. Подойдя к нашей палатке, я постучал по клапану входа у Алтеи – не знаю, как еще назвать эту штуку.
Изнутри донеслось ворчание:
— Кто это?
— Дэниел. Готова потрошить зомби?
После долгого зевка она ответила:
— Ты хоть спал?
— Нет. Давай, шевелись. У нас нет времени на раскачку.
Оставив её палатку, я зашагал к одному из верстаков в центре лагеря. Место гудело как улей. Солдаты таскали припасы. Другие с заспанными глазами и тяжелой походкой поглощали завтрак. Один сержант сновал между палатками, криками вырывая подчиненных из объятий сна.
Вдалеке показалась Кессия с растрепанными волосами. Вид у неё был такой, будто она спала в багажнике машины, а не в постели. Подойдя ко мне, она огрызнулась:
— Знаешь, обычно Торикс делает мне кровать перед сном. Огромное спасибо, что забрал моего мастера по кроватям.
Я рассмеялся и широко улыбнулся. — Всегда пожалуйста.
Она ухмыльнулась в ответ, и тут к нам подошла Алтея. Сегодня она выглядела сонной; казалось, бесконечные бои начали выматывать её. Кессия хлопнула её по спине. — Эй, дорогуша. Выше нос. Тебя ждет целый день кровопролития.
Алтея вздохнула. — Да. Знаю.
Я приподнял бровь. — Ты бы предпочла заняться чем-то другим или как?
— Дело не в этом. Просто я еще не привыкла. Нужно время, чтобы адаптироваться к такому количеству… убийств.
Кессия по-дружески взъерошила ей волосы. — Привыкай, детка. Готов, Дэн-Дэн?
Я кивнул. Она указала в сторону другого района города. — Пошли, надерем им задницы.
Мы рванули к следующему сектору из десяти кварталов, готовые к очередному дню бойни. Спустя считанные минуты мы уже заняли строй: я впереди, они вдвоем прикрывают тыл. Всё шло как по маслу – плавнее, чем нож режет горло. Кровь, кишки и трупы громоздились бы за нами горами, если бы не моя броня.
К счастью, нам не приходилось возиться с гниющими трупами. Почти вся жизнь в Спрингфилде уже была кончена. Нас заботили только последствия, а их хватало.
Сцены кровавой резни и ужаса – вроде машин, протаранивших недосформированных зомби – встречались на каждом шагу. Я даже был благодарен, что так мало людей прошли обучение. Иначе нам пришлось бы сражаться с тысячами и тысячами новых мертвецов.
Солнце уже перевалило за полдень, когда мы закончили свою норму в десять кварталов. Не желая терять время, мы втроем решили продолжить. А почему бы и нет? Никто из нас еще не устал, так что причин останавливаться не было.
Однако Стальной Легион с трудом поспевал за нами. Они и подумать не могли, что на нашем уровне мы будем зачищать город так быстро. По их расчетам, полное освобождение должно было занять около двух лет, а не меньше двух месяцев. Каждое звено их снабжения трещало по швам, пытаясь угнаться за нами – от перемещения барьерной установки до переноса лагеря. Торикс стал для них настоящим спасением.
Он использовал призванных существ для переноски припасов. Он отдавал им четкие, лаконичные приказы, благодаря которым всё работало как часы. Без его вмешательства я сомневаюсь, что Легион выдержал бы тот лихорадочный темп, который мы задали. Но, к нашему счастью, они справлялись.
Ближе к вечеру мы подошли к ряду ресторанов. В этот момент я отключил Угнетение. Мы рано поняли, что любое место с едой кишит отродьями. Угнетение агрило их целыми пачками. В прошлый раз Кессии пришлось помогать Алтее, когда на ту вылетело около тридцати штук. Она забрала часть опыта, а ведь именно ради него мы и истребляли этих тварей. Кессия-то всё равно не получила бы уровней за этих низших тварей.
Когда мы приблизились к первому ресторану, там уже валялось несколько мертвых отродий. Тела были сожжены, остались лишь обугленные кости. Весь ресторан выглядел так же. Мы миновали еще два заведения, прежде чем услышали грохот кастрюль и выстрелы.
Любопытные как кошки, мы втроем прокрались вперед, чтобы разведать обстановку. Это был паршивый китайский буфет; столы были перевернуты во всех направлениях. Весь декор пытался казаться дорогим, но на деле был дешевым хламом. На стенах и полу виднелась засохшая кровь, как и везде. Но была и свежая. Мы нашли её источник в дальнем углу зала.
Группа выживших отбивалась от врага. Двое парней стояли впереди, две девушки позади них. Еще одна девушка пряталась за перевернутым столом неподалеку.
У парней были грубые щиты из каменных барьеров. Они врезались ими в зомби, заставляя тех отшатываться. Пока монстры пытались прийти в себя, девушки за секунду-другую всаживали в них целую обойму. Затем прятавшаяся девчонка делала выпад, разрезала открытое ядро насекомого и отступала в безопасность.
Честно говоря, выглядели они не слишком изящно, но недостаток мастерства компенсировали практичностью. Они были совсем не похожи на нас. Мы с Алтеей теперь просто крушили зомби, подавляя их грубой силой. Мы чаще всего жертвовали безопасностью ради скорости. Эти же люди предпочитали не спешить.
Стрелки стояли спиной к стене. У парней впереди были запасные камни для щитов на случай, если их собственные разлетятся. Все были в облегающей одежде, почти в обтяжку. Это мешало отродьям ухватиться за них. Никакой тяжелой брони, только простая коричневая кожа. Достаточно, чтобы остановить зубы и когти, но не более того.
Обычно это позволяло им кайтить врагов, но сейчас они оказались загнаны в угол. Выхода не было, а из кухни ресторана всё еще лезло полтора десятка зомби. Алтея прострелила голову одному из них, а я рыбкой нырнул в окно.
Стекло со звоном посыпалось на пол, и я понесся напролом через столы. Еще одно копьё пролетело мимо моей головы, пронзив ядро очередной плотоядной мерзости. Прямо перед тем как стая зомби врезалась в щиты парней, я на полной скорости влетел в гущу отродий.
Словно живое стенобитное орудие, я широко развел руки и впечатал монстров прямо в бетонную стену. Моя инерция и вес зомби вместе проломили её. Не давая им опомниться, я с ревом замахнулся и раздробил позвоночник одного из них тяжелым ударом кулака. Схватив костяной тяж, я вырвал его вместе с ребрами.
Я вгрызся в ядро твари, прикончив её на месте. Один из зомби выбрался из завала у стены и бросился к щитовикам. Я переломил позвоночник в руках пополам и вонзил ребра в бегущего мертвеца.
Кости вошли в плоть монстра, пригвоздив его к стене. Я продолжал вращаться, ноги скользили по полу. На замахе я перехватил череп другого преследователя. С рывком я оторвал его ноги от пола и, крутанувшись, впечатал голову твари прямо в голову того, что был пригвожден к стене. Мозги, кровь и кости брызнули во все стороны, когда черепа в моей руке рассыпались в прах.
Быстрым выпадом я пробил свежее месиво из тел и вырвал ядро насекомого. Я проглотил его как раз в тот момент, когда мне в лицо прилетела очередь пуль. Они не причинили вреда, так что я проигнорировал их, разворачиваясь к орде.
Алтея уже уложила еще двоих, хотя сейчас перезаряжалась. Я бросился вперед, пригнувшись. Первый зомби, добравшийся до меня, был тонким и высоким, похожим на растянутую трубку из мяса. На его голове пристроился лепестковый жук. Когда он приблизился, я вскинул руку вверх.
Мои пальцы сомкнулись на его голове, словно металлические когти. Они впились в кожу, когда я рванул его вверх, отрывая от земли. Отводя вторую руку назад, я хлестнул ею вперед. Тонкая фигура последовала за движением. Я довернул корпус, вбивая голову монстра в пол.
Словно шар, наполненный кровью, череп монстра лопнул от удара. На меня кинулось следующее отродье. Из глубокого выпада я уперся пятками в пол. Мой кулак набрал инерцию, и я ввинтил апперкот прямо сквозь монстра, вырывая из него ядро.
Облако из крови и ошметков органов пролилось дождем, прежде чем я отдернул руку. Тело рухнуло, и я вгрызся в ядро. После этого зомби замедлились. Я невольно задумался, насколько они разумны. И невольно задался вопросом: ведом ли им страх?
Если бы я мог, я бы заставил их бояться. Я рванулся вперед под очередной град пуль, бьющих мне в спину. Я взревел:
— А ну прекратите палить в меня, не то я и вас прикончу, тупоголовые придурки!
Послышался лязг двух упавших на пол стволов. Последний зомби двинулся на меня. Череп женщины раскололся пополам, зубы торчали из каждой половины разверстой головы. Её ноги превратились в четырехлапую платформу, а руки стали похожи на хлысты.
Они обвились вокруг меня, подтягивая к ней. Когда я оказался в пределах досягаемости, моя броня оскалилась, а между её зубьями просочился зловещий багрянец. Словно почувствовав мой абсолютный покой, плотские путы ослабли, но участь твари была предрешена.
Я вгрызся в неё, разрывая на части, пока броня поглощала существо. Монстр затрясся, пытаясь сбросить меня. Я крепко держал его. Он пытался ударить меня, вырваться, даже блевал на меня. Ему было не спастись – я пожирал его сверху донизу. Кровь хлестала во все стороны, заливая пол скользким красным ковром.
Тварь затихла, и я приподнял её. Моя броня выпустила иглы, впитывая остатки трупа. Я прошелся между телами, повторяя процесс с ошметками и самыми крупными лужами крови. К тому времени как я закончил, здание выглядело почти так же, как до нашего прихода.
Алтея и Кессия вошли следом за мной. Пятерка выживших уставилась на меня. Их руки и ноги дрожали. Бледные лица осунулись, будто от внезапной болезни. Я окинул их взглядом и вдруг узнал двоих.
Увидеть их здесь было просто безумием. Полагаю, после нашей встречи в Кровавой Лощине они взялись за ум. Должно быть, я вдохновил их на то, чтобы рискнуть и воспользоваться двойным опытом в этой зоне. Толком я не знал.
Я развел руки в стороны. — Дэвид, Стейси, приятно видеть знакомые лица в такой глуши.
Обновлено: 15.02.2026