– Стой… – схватила, укатывающуюся туфлю Люсиэль.
Подняв голову, она увидела перед собой мальчика с сияющими светлыми волосами и кроваво-красными глазами.
«Леони Бэллштайн… Не думала, что мы вот так с ним встретимся».
Мальчишка, грозно нахмурив свои густые брови, не отрывал от неё взгляда. У него были очень выделяющиеся черты лица, несмотря на пухлые щёки и такие же надутые губы. Люсиэль была с ним одного роста. В сравнении с ней, мальчик выглядел очень упитанным.
В его глазах виднелось явное недовольство. Люсиэль не понимала, чем она так могла его разозлить.
Подойдя к нему, Люсиэль протянула мальчику туфлю.
– Она мне больше не нужна, – фыркнул Леони.
Опустив глаза, Люсиэль увидела, что мальчик стоял разутый на одну ногу.
– Почему? – озадачено спросила Люсиэль.
– Я не буду ходить в обуви, к которой ты прикасалась. Можешь её выкинуть, – обижено пробубнил Леони.
«Какой упрямый».
Ухмыльнувшись, Люсиэль наклонилась и коснулась второй его туфли.
– Ну вот, теперь я и этой коснулась. Можешь и её выкидывать.
– Чего? – недоумевающе вытаращил глаза Леони.
– Если уж ты собрался выбрасывать обувь, то избавляйся сразу от всей пары. Так её кто-нибудь сможет подобрать и доносить за тобой, – спокойно ответила ему Люсиэль.
Леони потерял дар речи.
«Да она всего на пару лет старше меня выглядит, а уже смеет перечить!»
– Ты что вообще несёшь?
– Злись на меня сколько хочешь, но на туфли свой гнев, будь добр, не выбрасывай, – отложив в сторону туфлю, развернулась и пошла в сторону библиотеки Люсиэль.
– Тебе нельзя этим путём ходить, седая! – крикнул ей в след Леони.
Люсиэль остановилась.
«Он про заколдованный срез, что я нашла?»
– И с чего это вдруг?
– Его мой брат сделал! Он только для нас двоих!
«Он из-за этого в меня туфлю кинул?»
– Так он ваш, оказывается? Ладно, теперь буду знать.
– То-то же! И вообще, тебе здесь не рады! Возвращайся к себе! Мой брат всё равно на тебе никогда не женится!
«Так вот почему он на самом деле на меня злится!»
– Мне жаль, но у нас с герцогом договор. Его я нарушить никак не могу.
Услышав эти слова, Леони разозлился ещё больше. Его красные глаза заискрились и на кончиках пальцев появились небольшие сгустки пламени, рассыпавшие в налитые огнём ладошки мальчика маленькие угольки.
– Я против! – словно готовый сжечь девочку дотла, завопил Леони.
«Не могу поверить, что он уже в таком возрасте владеет магией. Должно быть, это всё кровь Бэллштайнов…»
Несмотря на всю злобу, никаких дальнейших действий со стороны Леони не последовало.
«Должно быть, герцог ему строго-настрого запретил пользоваться магией. Оно и понятно, он ещё слишком мал, чтобы понимать, как её контролировать».
– Применишь магию – пожалеешь, – не волнуясь ни капли, сказала ему Люсиэль.
– А вот и нет!
Пламя в руках мальчика разрослось сильнее, и он бросил в её сторону небольшую кучку углей.
Люсиэль ловко увернулась и угольки пролетели мимо.
«Если бы он мог, то сразу бы меня испепелил, а не запугивал какими-то углями… Интересно, а кроме магии огня он ещё какими-нибудь стихиями владеет?»
– Послушай, Леони… – туша ногами угли, чтобы они ненароком не подожгли гобелен, произнесла Люсиэль.
– Что? Откуда ты знаешь, как меня зовут?
– Ты ‒ сын герцога. Тебя тут все знают.
На самом деле, Люсиэль знала о нём ещё из прошлой жизни. Она до сих пор помнит, как слышала голос его няни, искавшей Леони по поместью.
– В этот раз я обойдусь без нотаций, но больше так не делай, – договорила наконец-то Люсиэль.
– Мы с тобой не закончили! – всё не унимался мальчик.
Сняв с себя сумку-морковку, Люсиэль схватила горсть конфет, но достала лишь четыре штучки. Руки у неё были ещё совсем маленькие.
Выбрав одну из них, девочка её распаковала и положила себе в рот.
«М-м-м, вкусная. Прямо тает во рту».
Увидев это, Леони нахмурил свои густые брови.
– Что ты… Я думал, ты её мне отдашь.
– Поздно, уже съела, – ухмыльнулась Люсиэль.
«Ну не за просто же так...»
Далее настала очередь клубничной палочки. Стоило только развернуть упаковку, как Люсиэль почувствовала приятный ягодный аромат. Прикусив палочку, Люсиэль пробубнила:
– Такая кисленькая... Обожаю клубнику...
– Можешь не стараться, у меня таких сладостей полно!
– Неужели? А я слышала, что шеф-повар их специально для меня сделала. Ладно, не хочешь, как хочешь. А то я поделиться хотела.
– Кем ты себя возомнила?! – возмутился мальчик. – Не может быть, чтобы к тебе относились лучше, чем ко мне! Да и вообще, не хочу я твои конфеты!
Вид облизывающегося Леони говорил об обратном. Глаза мальчика не отрывались от руки Люсиэль, в которой осталось ещё две конфеты.
– Можешь эти взять, – схватив мальчика за его пухлую руку, сказал Люсиэль.
– Не трогай меня! – отмахнулся от неё Леони.
– Но я их отдам, только если ты для меня кое-что сделаешь.
– …Что?
– Надень обратно туфлю. Носи обувь, как подобает.
– И всё? – удивлённо уставился на неё мальчик.
Пыхтя от недовольства, Леони подошёл к стоявшей у стены туфле и надел её обратно.
Довольно кивнув, Люсиэль снова подошла к нему и, подставив его ладони, насыпала в них по конфете каждого вкуса. Мимолётная улыбка промелькнула на лице мальчика.
– А остальные? – вновь нахмурился Леони.
– А остальные мне.
Напыщенно сузив брови, мальчик засунул в рот клубничную палочку. Когда она прокатилась по языку, кисло-сладкая глазурь растаяла. Стоило ему раскусить палочку, как наружу вырвалась клубничная начинка.
За все пять лет он ни разу не пробовал ничего подобного. Угощений всегда было в избытке, но мальчик никогда не придавал этому значения и просто бездумно их поедал.
– Дайте мне ещё одну клубничную.
– Нет...
Леони привык, что ему всегда и во всём потакали, в особенности, когда дело касалось угощений. Он был шокирован, получив от девочки отказ.
– ...Только если ты извинишься за то, что угрожал мне магией.
Гордость мальчика не позволяла ему этого сделать.
– Да мне их целую гору сделают, стоит только попросить! – надув щёки, завопил Леони.
– Как скажешь. Ладно, я пошла, – накинув сумку на плечо, развернулась и направилась в сторону библиотеки Люсиэль, оставив недовольного Леони пыхтеть ей в след.
Вдруг из-за угла вышла служанка.
– Господин Леони, ну куда Вы убежали? Ваш отец Вас повсюду ищет.
Недовольство заменил панический страх перед отцовским гневом. Леони тайком сбежал с урока письма.
Служанка отвела мальчика обратно в его покои. Герцог его уже ждал, возмущённо сидя в кресле и скрестив руки. Рядом с ним стояла госпожа Ренделл ‒ учительница письма.
Леони виновато опустил голову, стоило ему увидеть отца.
– И куда это ты уходил во время занятия? – грозно смотря на сына, спросил Луивид.
Леони не знал, как оправдаться перед отцом. Служанка Саша, что его привела, начала говорить за него:
– У молодого господина не было настроения. Я решила, что свежий воздух может привести его в чувства.
– Госпожа Ренделл… – вопросительным тоном обратился к ней герцог.
Учительница окинула взглядом Сашу и Леони и недовольно помотала головой.
– Всё так. Но проблема в том, что молодой господин больно часто отходит подышать свежим воздухом.
Занятия мальчику давались с трудом. Леони и десяти минут не мог усидеть на месте.
– Молодому господину стоит поучиться быть более терпеливым и не позволять перепадам настроения вклиниваться в учебный процесс, – продолжила госпожа Ренделл.
– Господин, в его возрасте в этом нет ничего странного, все дети… – хотела было заступиться за него служанка.
– Хватит его покрывать, Саша, – недовольно посмотрел на неё Луивид.
В его возрасте Кизеф уже владел навыками этикета, письма и неплохо разбирался в истории. Но Леони даже алфавит давался с трудом. Мальчик и своего имени написать не мог.
– Прошу прощения, Господин, – склонила голову Саша.
– Оставьте нас, – махнул рукой Луивид.
Оставшись с сыном наедине, герцог тяжело вздохнул и принялся читать нотации:
– Леони...
Мальчик поднял глаза и уставился на отца.
– Отвечай, когда я к тебе обращаюсь.
– … Да, отец.
– Ты хотел научиться магии, я нанял для тебя должного преподавателя. Ты хотел завести животных, я построил для тебя целый зоопарк… Почему ты всё ещё недоволен?
Ресницы мальчика затрепетали от отцовского тона. Ответа не последовало.
– Я задал тебе вопрос, – ещё более грозно произнёс Луивид.
– Я хочу увидеться с братом...
– Твой брат в академии. Ты поступишь туда, когда придёт время.
– И с мамой тоже...
– Я же уже говорил, – глубоко вздохнув, немного сбавил тон Луивид. – Она вернётся, как только всё уладится.
– Ты меня обманываешь! Уже столько времени прошло, а её всё нет!
– Какое вообще это имеет отношение к твоему отлыниванию от занятий?! – крикнул на него отец.
Леони замолчал.
– Я задал вопрос...
Лицо мальчика покрылось слезами.
– Никакого… – шмыгая носом, пробубнил Леони.
– Сбегать с уроков нельзя...
– Прости, отец, – вытирая слезы, кивнул мальчик. – Я виноват.
Герцог достал из нагрудного кармана платок и принялся вытирать сыну слёзы. Несмотря на то, что его отец был к нему строг, подобный жест пробудил в мальчике ещё больше чувств. Слёзы полились рекой.
– Признать вину не каждый сможет, – сказал Луивид, продолжая вытирать сыну слёзы. – Не забудь извиниться перед госпожой Ренделл.
– Да, отец…
– Если ты будешь усердно учиться, перестанешь вести себя неподобающе и прекратишь пользоваться магией вне класса, я позабочусь, чтобы мама вернулась пораньше.
– Да, отец...
– Мне надоело из часа в час выслушивать об очередных твоих проделках.
Леони, под грузом вины, всё ниже и ниже опускал свои плечи.
– Я больше и глазу с тебя не спущу. Так что постарайся меня больше не расстраивать.
– Да, отец...
– И кстати, жду тебя сегодня на ужине в общем зале. Мне нужно представить тебе нового члена нашей семьи. Не забывай про манеры.
Леони сразу понял, о ком шла речь. Его глаза вновь наполнились искрами.
Обновлено: 09.04.2026