Глава 10 — Глава 10

Глава 10. Загадка горячего источника Голод — великий уравнитель. Перед лицом дымящейся свинины рухнула тысячелетняя гордыня. Выдавив из себя тихое «спасибо», Сяо Сюэ получила доступ к еде. Она ела быстро, опустив глаза, словно каждый кусок был не наслаждением, а горькой пилюлей позора, которую нужно проглотить как можно скорее. Лин Мо не стал добивать лежачего. Он развалился на диване, лениво листая ленту с короткими видео, краем глаза наблюдая за своей «квартиранткой». Даже сейчас, в чужой футболке и с перепачканными соусом губами, она умудрялась сохранять остатки той врожденной аристократичности, которую не смыть ни кровью, ни унижением. Когда с ужином было покончено, Лин Мо смахнул пустые контейнеры в мусор. — Держи, — он швырнул ей сверток одежды. — Футболка и шорты. Мои старые, но чистые. Иди в ванную, смой с себя остатки прошлого. А то от тебя несет, как от гуля после битвы. Не запачкай мне диван. Сяо Сюэ поймала одежду. Серая футболка с логотипом какой-то игры и широкие шорты. Опять обноски этого смертного. Она промолчала. Молчание стало её новой броней. Взяв вещи, она скрылась за дверью ванной комнаты. Лин Мо, потеряв интерес к воспитательному процессу, удалился в свою берлогу. Щелкнула дверь, вспыхнул монитор, и вскоре из-за стены донеслись яростные вопли: «Мид! Мид! Лесник, ты уснул?! Пушьте, идиоты!» Сяо Сюэ выдохнула. Одиночество было благом. Она положила одежду на раковину и посмотрела в зеркало. Из стекла на неё глядела изможденная незнакомка в футболке «Соленая Рыба». — Кто я теперь? — прошептала она, но тут же отогнала эти мысли. Сейчас есть задача поважнее. Омовение. Опираясь на горький опыт с «Белым Троном», она с опаской осмотрела душевую кабину. Серебристый рычаг торчал из стены, словно рукоять меча. Она протянула руку и неуверенно повернула его вправо. Ш-ш-ш! Струи воды ударили сверху. — Получилось! — Сяо Сюэ мысленно поздравила себя с маленькой победой над технологиями варваров. Она сбросила одежду, оставшись в чем мать родила, и шагнула под поток. — А-ах! Её тело пронзила судорога. Вода была ледяной! Иглы холода вонзились в разгоряченную кожу, заставив зубы выбить дробь. — Почему… почему она холодная? — прохрипела она, пытаясь унять дрожь. — Днем же была теплая! Она с надеждой уставилась на рычаг. Может, она ошиблась в заклинании активации? Она крутанула его влево. Поток иссяк. Она вернула его в центр и снова вправо, до упора. Вода хлынула с новой силой, но температура не изменилась ни на градус. Это был чистый, концентрированный Инь-холод. — Проклятие! — Сяо Сюэ ударила ладонью по мокрой стене. Звать Лин Мо? Ни за что. Лучше умереть, чем снова увидеть его самодовольную ухмылку и услышать очередную лекцию для умственно отсталых. Она стиснула зубы. — Я — Сяо Цзюэ! Я медитировала в Ледяном Озере Тысячелетия! Неужели я испугаюсь какой-то водопроводной воды?! Она решила принять это как вызов. Как форму Закалки Тела для смертной оболочки. Она зажмурилась и заставила себя стоять под ледяным водопадом. Холод сковывал движения, губы посинели, тело била крупная дрожь, но она стояла, гордо вскинув подбородок. Однако тело обычной девушки — это не тело культиватора Золотого Ядра. Ресурсы организма таяли быстрее, чем снег на солнце. В тот момент, когда сознание начало мутнеть от переохлаждения, в дверь забарабанили. — Сяо Сюэ! Ты там живая? Почему котел молчит? Ты что, моешься в холодной воде?! Голос Лин Мо. Он вышел на кухню попить воды и, проходя мимо ванной, коснулся трубы. Она была ледяной. Духовное чутьё (или просто здравый смысл) подсказало ему: там происходит что-то неладное. Сяо Сюэ вздрогнула. Она хотела крикнуть «Уходи!», но голос смерзся в горле. Щелк. Замок, который она забыла (или не знала как) запереть, поддался. Дверь распахнулась. — Эй, ты, дур… Слова застряли в глотке Лин Мо. Картина, открывшаяся ему, выжгла все мысли. Сяо Сюэ стояла под душем, абсолютно нагая. Ледяная вода прибила её волосы к черепу, стекала по лицу, по шее, очерчивая каждый изгиб её совершенного тела. Белоснежная кожа под струями воды казалась полупрозрачной, соски затвердели от холода, превратившись в розовые бусины. Она была похожа на статую богини, брошенную под дождь. Увидев его, она вскрикнула — коротко, испуганно — и инстинктивно скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться, но это лишь подчеркнуло её беззащитность. — Ты… Выйди! — её голос звенел от ужаса и холода. Лин Мо стоял как вкопанный. Его кадык дернулся. Он видел её посиневшие губы, видел, как её трясет, видел ужас в её глазах, смешанный со стыдом. Гнев на её глупость боролся в нем с совершенно другим, темным и горячим чувством. — Я… — его голос сел. — Я подумал, ты умерла там. Труба ледяная. Он шагнул внутрь. Пар и тепло его тела ворвались в ледяной склеп ванной. — Не подходи! — Сяо Сюэ попятилась, пока её лопатки не вжались в холодный кафель. Бежать было некуда. Лин Мо не слушал. Он шагнул прямо в душевую кабину, не снимая одежды. Он протянул руку через её плечо. Сяо Сюэ зажмурилась, ожидая удара или прикосновения. Но его рука легла на рычаг смесителя. — Идиотка, — прошептал он ей на ухо. В голосе не было злости, только странная, хриплая мягкость. — Вправо — это холодная. Влево — горячая. Это же база. Он резко повернул рычаг влево. Его предплечье коснулось её мокрого, ледяного плеча. Разряд. Оба вздрогнули, словно между ними проскочила искра Ци. Контраст его горячей кожи и её замерзшего тела был ошеломляющим. Лин Мо замер на секунду, вдыхая запах её мокрых волос. А потом хлынула горячая вода. Пар окутал их, скрывая друг от друга. Тепло ударило по замерзшей коже Сяо Сюэ, возвращая её к жизни, заставляя кровь снова бежать по венам. Это было блаженство. Но Лин Мо не уходил. Он стоял рядом, мокрый, тяжелый, дышащий ей в затылок. И его взгляд, который она чувствовала спиной, был горячее любой воды.