Глава 11 — Глава 5.2

Когда солнце начало садиться, женщина, которую он ждал, вернулась, и он услышал, как она стучится в дверь. — Ваша Светлость… — Входи. Киллиан посмотрел на медленно открывающуюся дверь. — Ваша Светлость… Он слышал ее напуганный голос. Ровена, пришедшая в ужас, продолжила: — Вы рано вернулись. — Мисс Филоне. Удивленное сердце Ровены замерло при звуке его спокойного голоса. У герцога было спокойное лицо, что противоречило ее ожиданиям. Она думала, что ее загонят в угол, как только она откроет дверь и войдет в комнату. Уже много времени прошло с тех пор, как он вернулся домой, но все еще оставался в выходной одежде, а не в домашней. Потрескивал камин, чувствовался слабый запах вина, а на столе перед диваном, на котором он сидел, лежали ломтики вкусного сыра и стояла бутылка вина в окружении двух бокалов. — Почему вы пьете один?.. Стараясь не расстроить его, Ровена набралась решимости, улыбнулась и попыталась завязать разговор. Вместо ответа он пододвинул к ней стул, приглашая сесть. Ровена робко подошла. Как только она опустилась на сиденье, Киллиан налил бокал вина и протянул его ей. — Для начала… Ровена сделала глоток, и он медленно заговорил. Его голос звучал так, словно раздавался откуда-то издалека. — Когда-то у меня была собака… — Собака? Глаза Ровены расширились. Она впервые слышала о таком. В поместье Киллиана она никогда не видела животных, не считя чучела головы оленя, если такое вообще считается. — Ее мне подарила королева. Это была очень красивая гончая, сучка с блестящей черной шерстью, изящная и умная. Киллиан, мягко отрезав кусок сыра, наколол его на нож и поднес ко рту Ровены. Потрясенная, она попыталась дотянуться до ручки, но Киллиан проигнорировал ее, так что у нее не осталось другого выбора, кроме как открыть рот, в который он вложил нож. Сыр растаял у нее на языке. Когда она ощутила его сладость, Киллиан, убедившись, что она проглотила, убрал руку. — Когда мы охотились на птиц, она приносила мне подстреленную добычу до того, как я отдавал команду. Сложно было даже представить, чтобы он заботился хоть о собаке, учитывая, что он не имел никакого сострадания к людям. Однако Ровена внимательно слушала его историю. — И однажды мне пришлось выполнить одно поручение. По возвращении я обнаружил, что собака сорвалась с поводка, убежала и не возвращается. — Она так и не вернулась? — мягко спросила Ровена. Ей было жаль Киллиана. Тот покачал головой. — Нет. Она спарилась с собакой смешанной породы и понесла. Когда она вернулась брюхатой, потерлась щекой о мою ногу, словно ничего страшного не случилось.  Кровь прилила к лицу Ровены от этого неожиданного поворота событий. В конце концов, хорошо, что собака, которую он считал сбежавшей, вернулась, да еще и беременной. Киллиан, пристально смотревший ей в лицо, мягко сказал: — Я подождал, пока моя собака родит, а потом… Не успела она опомниться, как окно, кажется, слегка приоткрылось, и холодный ветер прогулялся по комнате, отчего у нее по спине поползли мурашки. — И?.. Киллиан поставил бокал на стол, прежде чем быстро закончить историю. — Она родила нескольких беспородных щенков. Они совсем не были на нее похожи, и я убил их прямо у нее на глазах. Одного за другим. Наконец, она сошла с ума и попыталась покусать меня, так что я избавился и от нее тоже. И больше я не держу собак. Горящие угли в камине погасли, и комната, где мгновение назад было тепло, в считанные секунды остыла. Ровена обхватила себя за плечи в попытке справиться с холодом, который вдруг охватил все ее тело. Даже во мраке она могла чувствовать, что на нее пристально смотрят голубые глаза. Может, он понял, что она тайком ездила в издательство? Ее губы задрожали. — Мисс Филоне. Ее зрачки, когда она привыкла к мраку, расширились, и прежде чем она успела это осознать, герцог уже стоял напротив. Он протянул руку и поднял ее подбородок. Его голубые глаза светились, несмотря на непроглядную мглу, которая окружала их. — Я никогда не прощу собаку, которая предала меня. — Ваша… Светлость… — Но если это просто ошибка, совершенная по капризу, я готов не обращать на это внимания. «Конечно, тебе придется заплатить свою цену…» Проглотив эту фразу, Киллиан заявил: — Кажется, нам придется отложить переезд в мою резиденцию в Рокфорде в связи с обстоятельствами. Я сейчас буду занят. Не думаю, что я смогу часто останавливаться здесь, так что тихо жди, пока не закончится светский сезон. Он не доверял Ровене Филоне. Однако слова Гертруды были так же ненадежны. С этими мыслями Киллиан покинул поместье.