— Фигура ли, лицо ли... Сколько ни ищу, не вижу в тебе ни единого преимущества передо мной. Что же Ваша Светлость нашли в тебе, раз решили оставить подле себя?
Тон оставался вежливым и ласковым, но слова были верхом грубости. Арым даже на мгновение показалось, что у неё галлюцинации.
— Наверное, дело в этом. Хоть ты и смертная, но у тебя черные волосы — может, он почувствовал какое-то родство? Или ты выглядишь настолько жалко, что он просто тебя пожалел?
— Да что вы такое говорите...
— А как иначе? Если не это, то почему он сделал личной горничной тебя, а не меня?
Арым начинала закипать. Её ни с того ни с сего назвали уродливой и осыпали неоправданной враждебностью. Судя по всему, Марин Аллей метила на место личной горничной Герцога. Можно было понять её злость, ведь Арым, которую только прошлым вечером привезли в экипаже, заняла это место. Однако Арым хотелось резко ответить, что та злится не на того — если есть претензии, пусть высказывает их Герцогу.
Впрочем, вслух вырвалось лишь робкое возражение:
— Послушайте. Вы ведете себя слишком грубо.
— Это ты ведешь себя грубо. Знай свое место. Я продержалась здесь два года. Целых два года! Когда другие сдавались через пару дней или месяцев, я из кожи вон лезла. Я делала всё, чтобы попасться на глаза Герцогу, и при этом не мешаться. Знаешь, кто прислуживал ему во время еды и купания, когда остальные дрожали от страха и отказывались? Я. Всю эту тяжелую работу тащила на себе я.
Арым стало любопытно, было ли то «обслуживание во время еды», о котором упомянула Марин Аллей, таким же, через какое только что прошла она сама. Когда ты даже сесть толком не можешь, стоишь на коленях и ешь несколько кусков пирога под пристальным взглядом, ожидающим, не хлынет ли из тебя кровь и не умрешь ли ты в конвульсиях. Конечно, в этом была и вина самой Арым — она поспешила и сама навлекла на себя неприятности. Вряд ли другие горничные так прислуживали за обедом, и называть подобные действия «обслуживанием» было бы довольно смешно.
Объективно говоря, обслуживали, скорее, саму Арым. В конце концов, разве не Герцог скармливал ей кусочки еды? Интересно, как тогда выглядит нормальное обслуживание за трапезой Его Светлости Герцога Милларда Трэвиса? Нужно было хоть раз увидеть, чтобы знать. Арым мысленно съязвила.
Кстати, насчет купания. Арым невольно захотелось почесать макушку. Обнаженное тело господина... Герцог производил впечатление человека, который не любит потеть, и, скорее всего, был домоседом, так что, вероятно, мышц у него особо не было — только мягкая белая кожа, как у рисового пирожка.
Арым непроизвольно закусила губу, представляя белоснежное тело Герцога в ванне. Она пыталась сдержать смех. Отогнав лишние мысли, она решила подыграть настроению собеседницы.
— О... и вам не было страшно?
С таким типом людей, как Марин, был шанс, что её гнев утихнет, если погладить её по шерстке и восхититься её смелостью.
— Страшно? — Марин фыркнула и самодовольно продолжила: — Не равняй меня с теми, кто дрожит от базарных сплетен. Каким бы монстром он ни был, он всё равно мужчина. Существо, ведомое тем, что ниже пояса. Если разок хорошенько его разжечь, можно и Герцогиней стать.
«Ну и дерзкая же сестрица». Сказала это Марин, а лицо почему-то покраснело у Арым. На что намекала Марин Аллей, было понятно даже Арым, которая в своем мире была всего лишь выпускницей школы. Нет. Можно ли это вообще назвать намеком? По сути, она заявила, что собирается соблазнить Герцога и занять место подле него.
Арым вспомнила Вампира, похожего на ленивую змею, разомлевшую на солнце, и вновь посмотрела на Марин Аллей. Какая поразительная уверенность в том, что такого типа можно соблазнить.
— Да. У меня просто не было возможности до сих пор. Я так стремилась быть рядом, а тут явилась ты, непонятно откуда взявшаяся девка!
Поток мыслей Марин снова вернулся к гневу на Арым, что привело ту в полное замешательство. Казалось, всё начало налаживаться, но искры полетели вновь. Может, пойти к Вампиру и посоветовать ему, что Марин Аллей куда больше подходит на роль личной горничной, да и амбиции насчет титула Герцогини у неё недюжинные, так что не мешало бы к ней присмотреться? Арым едва не спросила это у Марин напрямую.
«Может, мне пойти и спросить у Его Светлости?»
Эта фраза вертелась на кончике языка, и хотя она понимала, что этого делать не стоит, какая-то часть мозга подзуживала её просто выпалить это. Она никогда не сталкивалась с такой прямолинейной враждебностью и понятия не имела, как себя вести. Поскольку слова Марин были нереалистично откровенными и грубыми, Арым гадала, не стоит ли ей ответить тем же.
Однако Арым сдержалась и поступила как здравомыслящий человек. Она просто промолчала с озадаченным видом. В самом деле, что она могла сказать? Перед ней стояла красавица с двухлетним стажем работы.
— Что за шум?
В комнату отдыха вовремя вошла Солен. Тело Арым мгновенно одеревенело. Казалось, в присутствии Солен она еще долго не сможет расслабиться. Сила той внезапной пощечины была слишком велика. Она напряженно поднялась и поклонилась. Марин тоже встала и подхватила корзину.
— Я присматривала за раной этой девочки.
Марин ответила Солен в той же мягкой и пушистой манере, с которой вошла в комнату. Бросив Арым: «Будь осторожнее», она удалилась. В уши Арым, которая отрешенно смотрела ей вслед, вонзился голос Солен:
— И зачем ты покорно слушаешь всю эту глупость?
Солен холодным взглядом смотрела на дверь, за которой скрылась Марин Аллей. Этот ледяной взор, оценивающий подчиненную, вновь напомнил Арым о статусе Старшей горничной. Для Солен даже такая хвастливая особа, как Марин, была всего лишь очередной служанкой. Арым осторожно спросила:
— Старшая горничная, а как долго вы здесь работаете?
— В этом году будет пятнадцать лет.
Ого. Арым покраснела, вспомнив, как Марин хвасталась перед человеком с пятнадцатилетним стажем. «Яйца курицу не учат», «моська перед львом» — говорила Марин, а стыдно почему-то было Арым.
Это было просто невероятно. Проработать на одном месте пятнадцать лет — уже достижение, но выдержать пятнадцать лет под началом этого Вампира — это за гранью возможного. Как Арым видела в камен зале, Вампир пил Кровь Солен. Чтобы перебить вкус ужасной крови Арым, он специально вызвал Солен. Арым и представить не могла, что заставляет человека в здравом уме пятнадцать лет работать там, где монстр в любой момент может вцепиться тебе в горло.
— Это... это потрясающе.
— Не нужно лести. Ступай в рабочий кабинет. Его Светлость зовет тебя.
Даже на неуклюжее восхищение Арым Солен не повела и бровью, лишь сухо передав приказ.
[Она что, собирается заматывать бинты целую вечность?]
Слова, оброненные Вампиром над бумагами, дошли до ушей Логана Рамонта, а тот передал их Солен. В этой вертикальной цепочке команд Солен поначалу хотела отправить Изабель, но в итоге решила пойти сама.
Она прекрасно знала, какими глазами другие горничные смотрят на Юн Арым. Опытным чутьем Старшей горничной она ощутила немую волну на утреннем собрании. Там была и зависть, и отвращение. Ни в одном взгляде не было радости от появления новой коллеги, с которой предстояло делить тяготы службы. Если оставить Юн Арым на попечение таких людей, неизбежно возникнут трения. В лучшем случае вместо рабочего кабинета её отправят в конюшню или нагрузят горой белья — такая вот «невинная» шутка.
Поэтому Солен предпочла действовать сама. Лучше лично всё проконтролировать, чем допустить бессмысленный конфликт. Она знала, что её работодателю не понравится лишний шум вокруг этой девчонки. Какими бы ни были его мотивы — чувство родства или что-то еще — он всё же сделал её личной горничной. А значит, следовало проявлять осторожность.
Решение Солен Берк, как всегда, было верным, но человеческая глупость неизменна. Позже она с долей раздражения будет жалеть о том, что не приструнила слуг в это самое время.
Арым, сняв туфли и держа их в руках, босиком поднялась на третий этаж. Коридоры всё еще казались чужими. Осторожно ступая, словно боясь провалиться под землю, она добралась до рабочего кабинета и тихо постучала. Прождав довольно долго — а точнее, секунд тридцать — и не дождавшись приглашения, Арым задумалась. Учитывая размеры кабинета, голос мог просто не долететь до двери. Может, у Вампира слишком тихий голос? Или она постучала слишком слабо?
Она приложила больше силы и постучала кулаком. А затем сразу прижалась ухом к двери.
— Входи.
Раздался низкий голос Вампира. Арым бодро распахнула дверь и вошла. Её лицо сияло от гордости за саму себя.
— В этот раз я была послушной, верно?
Закрыв дверь, Арым отодвинула мешавшую бумагу и поставила туфли. Не дождавшись похвалы, она снова заговорила:
— Я вошла только после того, как вы разрешили. Видите, какая я сообразительная?
«Если бы собаки умели говорить, они бы, наверное, так же нахваливали себя?» — подумала Арым. Она с улыбкой несла эту нелепицу, ожидая реакции Вампира. Несмотря на её старания, купленные ценой стыда, Герцог лишь продолжал перелистывать бумаги одну за другой, не говоря ни слова. Из-за этого Арым оказалась в неловком положении. Где ей стоять? Что делать?
Она вспомнила, как когда-то читала в интернете жалобы начальников. Там говорилось, что современным новичкам нужно всё разжевывать, и они сами ничего не делают. Она была именно в такой ситуации. Раз хозяин не дает указаний, она не знает, чем заняться.
Стоя у порога, Арым перевела взгляд на кипы бумаг, валявшихся на полу. Она так и не поняла, был ли этот хаос результатом того, что Вампир запрещал уборку, или следствием халатности горничных, которые его боялись, но одно было ясно — это ненормально. Она тихо опустилась на корточки и начала разглядывать разбросанные листы.
Читая первую попавшуюся бумагу, Арым возмутилась тому, что из-за пространного вступления суть дела занимала всего одну строчку. Автор рассыпался в хвалебных речах богам и величию Герцога, доверившего ему этот отчет, и только в самом конце приписал: «В данном отчете я намерен изложить...».
Первый лист гласил: [Настоящий документ сообщает о трудностях сбора налогов в связи с сокращением численности населения...] — и продолжался на второй странице. Проблема была в том, что Арым не решалась прикоснуться к бумаге. Пока Вампир молчал, она могла сидеть в сторонке, но имела ли право какая-то горничная трогать документы, поданные Герцогу?
Арым пришлось проползти еще на несколько шагов к другим бумагам. Время от времени она поглядывала на Вампира, но тот был поглощен работой и, казалось, совсем не замечал её. С какого-то момента Арым перестала обращать на него внимание и увлеклась чтением.
[Ежегодный отчет о грузоперевозках — как видно на приложенной карте...]
[...план зонирования на данный момент из-за нехватки бюджета...]
[Массовые прошения об иммиграции от выходцев из Латунии...]
[Огромная прибыль от разработки шахты под покровительством верховного божества...]
Не имея никаких предварительных знаний о землях Герцога, она толком не понимала, о чем кричат эти буквы на бумаге. Но делать было нечего, и, словно найдя коробку со старыми дневниками во время генеральной уборки, она просто просматривала лист за листом.
Вскоре Арым почувствовала неладное. Отчетам явно не хватало последовательности. В одном месте говорилось об успешном пополнении бюджета, в другом — о его нехватке. В одном — что людей в поместье много, в другом — что катастрофически мало. Ей стало любопытно, что написано в других документах. С мыслью «еще один, только еще один», она ползла вперед, пока не врезалась головой в ножку дивана.
— Ой.
Арым схватилась за голову и какое-то время постанывала, пока не почувствовала мурашки на затылке. Вампир, о котором она на время забыла, смотрел на неё с бесстрастным лицом. Арым поспешно пригнулась. Она попыталась спрятаться за боковиной дивана, который разделял её и Вампира.
— Мечешься туда-сюда, прямо как щенок.
— А-ха-ха... Ну что вы, господин. Какой же я щенок.
В итоге Арым пришлось подняться. Спина затекла. Похлопывая себя кулаком по пояснице, Арым начала оправдываться:
— Вы выглядели таким занятым, и я старалась сидеть тихо... Но здесь столько всего о вас, что я просто не могла не прочесть. Простите меня.
Арым лгала, даже не моргнув глазом. Она не отвела взгляда, когда Вампир посмотрел на неё с прищуром, а лишь заискивающе улыбнулась и вдруг воскликнула:
— Ах! Господин, ну как? Теперь пахнет меньше?
Она изогнулась, чтобы посмотреть на свою пятку. Хотя Марин Аллей и потрепала ей нервы, рану она обработала на совесть. Тугая повязка всё еще была на месте. Кровь не проступала. То, что она сняла туфли, тоже помогло. Никакого раздражения, а значит, рана не будет расти.
— Да, — подтвердил Вампир.
Арым воодушевилась и затараторила еще активнее:
— Это сделала Марин Аллей. Она сказала, что мы ровесницы, и она очень красивая. И была такой доброй, когда обрабатывала рану. Кажется, она чудесный человек.
Фразу «Так почему бы вам не сделать личной горничной её вместо меня?» Арым едва успела проглотить. Всё потому, что Вампир посмотрел на неё, всем своим видом излучая раздражение от её болтовни. Как бы то ни было, передавать свое недовольство с таким невозмутимым лицом — это тоже своего рода талант.
Вампир жестом подозвал её. Видимо, решил дать задание. Когда Арым осторожно подошла, он взял лежавшую рядом толстую книгу. Толщиной она была с большой палец. Арым приняла книгу и быстро прочитала название.
«История империи».
Даже по названию было понятно, что чтиво будет смертельно скучным.
— Узнай, сколько раз там упоминается «Экмиллер».
— Экмиллер?
Герцог не ответил, лишь слегка приподнял бровь.
— Да, поняла. Вы хотите, чтобы я сосчитала, сколько раз это слово встречается в книге? Положитесь на меня.
А затем она добавила, чуть более робко:
— Господин, а можно мне сесть на диван?
---------------------------=
Послесловие автора:
Спасибо за лайки, подписки и комментарии! ♡
Мне так неловко и стыдно перед вами, хе-хе...
Стоит ли написать в описании, что главы выходят раз в неделю?..
Спасибо, что ждете!
Обновлено: 20.02.2026