— Кунон-сама, хозяин зовет вас.
Об этом сказала горничная за ужином в один из дней.
— М? Прямо сейчас?
Кунон, который одной рукой держал сэндвич, а другой водил по странице книги, вопросительно поднял голову.
— «После ужина тоже подойдет», — так он передал.
Хозяин, он же глава дома Гурион и отец Кунона, вызывал его к себе.
Кунон жил в отдельном флигеле.
Семья время от времени навещала его, но вот чтобы его вызывали в главный дом — это случалось нечасто.
— Я что-то натворил?
Последний раз его вызывали, кажется, летом.
В ходе эксперимента он разлил по саду огромное количество подкрашенной воды.
В результате двор стал похож на кровавое море, что не на шутку напугало и семью, и слуг.
— Я наконец-то смог успешно покрасить воду и сохранить цвет без постоянной подпитки маной, так что это был эксперимент по проверке радиуса действия и продолжительности эффекта.
Он даже получил разрешение садовника.
Правда, в итоге тот рыдал: «Как же так...», но кто ж знал.
Масштаб бедствия и правда превзошел ожидания.
Отец, вернувшись домой и увидев «кровавый» сад, который был виден даже в темноте, перепугался, потом разгневался и вызвал Кунона на ковер.
Ему тогда здорово влетело.
Он пытался объяснить, что это просто цветная вода, абсолютно безвредная, и вообще это наука, но ему велели немедленно всё убрать.
— Думаю, в последнее время вы ничего такого не делали. После того случая с кровавым морем вы ведь присмирели. Да и мне тогда досталось, хотя я вообще была ни при чем.
— Идею с экспериментом подкинула Ико, так что ты очень даже при чем.
— Кто ж знал, что вы устроите такое шоу!
— Ты сама сказала: «Если делать, то с размахом», разве нет?
— Но не с таким же!
Они не осознавали, что, перекидывая друг на друга ответственность прямо перед отцом, они тогда лишь подлили масла в огонь.
— Но, честно говоря, мне даже понравилось.
— Мне тоже. Все так переполошились. Никто не поспорит, что мы бросили яркий камень в болото мирной повседневности. Иногда нужно встряхнуться.
Как бы то ни было, ценные данные были получены.
Люди пугаются, если внезапно видят море крови.
Уже одно это знание удовлетворяло Кунона.
— Да, похоже, я и правда стал чересчур жизнерадостным.
Покончив с ужином, он вместе с горничной направился к главному дому.
— Холодно.
Путь был неблизкий, так что пришлось прогуляться.
Дорожка к главному дому была вымощена плоским камнем шириной в одного человека, специально чтобы Кунон мог спокойно идти, постукивая тростью.
Сейчас была зима.
А ночью ветер пробирал до костей.
Кунон жил, особо не обращая внимания на календари и сезоны, но в такие моменты природа напоминала о себе.
— Сделайте ту штуку, ну ту самую.
— М? А, точно.
Щелк! Кунон щелкнул пальцами, и в воздухе возникли два «Водных шара А-Ори», размером с человеческую голову каждый.
Один повис перед лицом Кунона, защищая от ветра.
Второй поплыл перед горничной, идущей следом.
— Тепленький... и мягкий...
«Водный шар» со свойствами «температура чуть выше человеческого тела» и «сверхмягкая оболочка» — по сути, портативная грелка.
Горничная обожала эту штуку.
«Мягкий водяной шар», который лишь деформировался при нажатии, был удивительным и приятным на ощупь.
Милике он тоже нравился, так что Кунон сделал вывод: женщинам такое по душе.
Кстати, летом он использовал версию с «низкой температурой».
Это нравилось не только женщинам, но вообще всем... точнее, спасало от жары.
— Кунон-сама, мы вас ждали.
— Угу.
Ведомый старым дворецким Баленом, который встретил их у входа, он прошел по коридорам главного дома.
Их путь лежал в приемную для гостей.
Бален постучал и объявил: «Кунон-сама прибыл». Изнутри послышалось: «Войдите».
Дальше Кунон пошел один.
Оставив дворецкого и горничную за дверью, он шагнул в кабинет.
— Вы звали, отец? — О, мама и брат тоже здесь?
Войдя, он обнаружил всю семью Гурион в сборе.
Отец Арсон.
Мать Тинализа.
И старший брат Иксио.
Родители навещали его раз в неделю, но брата он не видел уже давно.
Впрочем, Кунон знал.
Они не встречались лично, но Иксио частенько приходил к флигелю, чтобы тайком посмотреть, как дела у Кунона.
Горничная рассказывала, что в детстве Иксио как-то раз взял Кунона поиграть, тот упал и поранился, и с тех пор брат просто не знал, как с ним общаться.
Что значит «быть слепым».
Детское сердце брата поняло это именно тогда.
Сам Кунон этого не помнил.
Он падал и ранился столько раз, что перестал обращать на это внимание.
— Кунон. Садись.
— Да.
Он сел рядом с братом так естественно, словно всё видел, не выказав ни капли неловкости.
Нынешний Кунон, благодаря упорным тренировкам, мог различать все цвета в пределах этой комнаты.
Напротив, через стол, сидели родители, рядом — брат.
— Ты прошел программу дворянской школы?
— Да. Учительница Фурара сказала, что мы закончили.
Баронесса Фурара Гарден была его домашним учителем.
С тех пор как Кунон выучил буквы, скорость его обучения невероятно возросла.
Сам он считал так: «Быстрее расправлюсь с нудной обязаловкой — больше времени останется на магию».
— Я уже спрашивал раньше, но... у тебя нет желания пойти в школу?
— Нет. Мое присутствие будет только смущать окружающих.
Если даже дома было так, то снаружи будет еще хуже.
Так думал Кунон.
Точнее, так он думал раньше.
— Сейчас, наверное, я бы смог там учиться, — мелькнула мысль.
Но школа не была в приоритете, поэтому теперь он не хотел туда идти уже по другой причине.
— Тебе говорили? Формально ты числишься учеником дворянской школы.
— А, да. Кажется, я слышал это от учителя Фурары, а не от вас, отец.
Разговор зашел об этом во время урока.
Она спросила: «Раз ты теперь можешь там учиться, почему не хочешь?». Видимо, она тоже считала, что нынешний Кунон готов к школе.
Конечно, он ответил, что не хочет.
— Кажется, дворянские дети обязаны посещать школу?
— Верно. Но в твоем случае, учитывая обстоятельства, Его Величество дал особое разрешение на домашнее обучение.
Я тоже считаю, что теперь тебе это уже не нужно. Занимайся тем, чем хочешь.
В этом и заключалась поддержка отца.
Наверняка он защищал и поддерживал Кунона даже там, где сын об этом не догадывался.
— Но я прошу тебя немного подумать.
— О том, как тратить карманные деньги?
— Нет, не о деньгах.
— Отец, вы вечно ворчите. Может, вам и кажется, что я транжира, но я трачу деньги строго по плану.
— Я же сказал, не о деньгах речь!
— Отец, спасибо вам за то, что вы всегда работаете ради нас, ради семьи. Я очень вам благодарен.
— Да хватит уже! Не надо этого сейчас!
— Простите за кровавое море.
— И это сейчас не к месту! Но если повторишь — лишу карманных денег на два месяца!
Кунон содрогнулся.
Это были слова, которые он меньше всего хотел слышать.
Обновлено: 16.02.2026