Да начнётся второй том! 🥳
*
*
*
«Это удивительно».
Каждый раз, когда Лакиус оказывался рядом с Татьяной, его мир неизменно расширялся.
Например, сейчас — с извинениями.
Император и Рудольф всегда смотрели на Лакиуса так, будто он был всего лишь червяком, копошащимся у них под ногами.
«…Прости, Лакиус», — сказал Рудольф.
Впервые он произнёс эти слова перед мальчиком — и даже император, хоть и лишь для того, чтобы избежать дальнейшей критики со стороны трёх героев, поддержал Лакиуса, а не королеву с Рудольфом.
— Хватит, королева, — заявил он.
Возможно, впредь это осложнит жизнь во дворце, но Лакиус ни о чём не жалел.
Сейчас для него существовало нечто гораздо более важное:
«Три дня в неделю».
Лакиус сжал кулаки и прижал их к груди. На его лице появилась чистая, ничем не омрачённая улыбка восьмилетнего ребёнка:
«…Я смогу видеться с мисс Татьяной».
Следующий понедельник — дата первого запланированного визита в особняк Орлеана. Он ждал этого дня как самого большого подарка судьбы.
***
Время пролетело незаметно.
После полуночи сегодня мне исполнится десять лет. Это означает:
«Сегодня мой день рождения!».
Боже, до сих пор не верю, что мне уже десять. Я собрала книги в охапку и цокнула языком: старики жалуются, как быстро летит время… Наверное, теперь я хоть немного начинаю понимать их чувства.
— Доброе утро, учитель! — бодро поприветствовала я, входя в учебную комнату.
Учительница поэзии и литературы, готовившаяся к уроку, улыбнулась.
— Здравствуй, принцесса.
Хи-хи, «принцесса». Я сдержала улыбку, которая готова была расползтись по лицу: с того дня, как я назвала трёх героев «папами», герцог Орлеанский официально объявил меня своей дочерью. Я теперь законная дочь Зигфрида!
— А где первый принц? — спросила я.
— Он ещё не пришёл. До начала урока осталось пять минут, так что он должен скоро прийти — ответила учительница.
Мы разговаривали, когда вдруг…
Бум!
Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Лакиус.
— Здравствуйте! Я случайно не опоздал? — запыхавшись, спросил он.
Говорят, когда о тиграх вспоминают — они неожиданно появляются. Я даже не ожидала, что он придёт в тот же миг, как только я о нём вспомню.
— Его Высочество, первый принц, — учительница поклонилась.
— Я рада вас видеть, — добавила я и дружелюбно кивнула. Лакиус так же ответил лёгким кивком.
Мы занимаемся вместе уже шесть лет — три раза в неделю. За это время я, разумеется, подросла, но прогресс Лакиуса был более поразителен.
Он стал значительно выше ровесников, и теперь мне приходилост задирать голову, когда мы стояли рядом.
«Чёрт, это не круто», — подумала я, но в конце концов приняла факт: он вырос.
Я с удовольствием рассматривала его красоту: солнечные золотые волосы, глаза, сияющие, как рубины. Его черты напоминали розу, сотканную из золота и драгоценных камней. Он был еще юн, но я была уверенна, что вскоре он станет ещё прекраснее.
Но больше всего мне понравилось другое изменение:
«Лакиус теперь чаще улыбается».
Когда я впервые его увидела, он всегда был безэмоционален. Теперь же в его лице мелькали самые разные выражения: он смеётся, злится, иногда даже дуется. Порой шепчется со мной, жалуясь на строгость обучения у моих «отцов».
Его надутые губы выглядят так мило, что я невольно умиляюсь.
Кажется, он наконец стал обычным мальчиком своего возраста, хотя перед «отцами» продолжал исполнять роль безупречного принца и безукоризненно выполнял все тренировки.
Достойный, как и подобает главному герою.
Я пожала плечами и спросила:
— Почему ты так поздно? Ты обычно приходишь за десять минут до начала.
— Ох, — Лакиус почесал щёку и застенчиво улыбнулся, — Кириос перехватил меня по дороге.
— А, понятно, — вздохнула я.
Я отлично знала, как мои три «папы» строги к Лакиусу. Особенно Кириос, мой второй «отец», который всегда будто готов был съесть его заживо.
«Все мужчины — волки, поняла?!» — стало его мантрой. Он повторял эти слова так часто, что уши могли покрыться коркой… О чем он вообще думает, глядя на четырнадцатилетнего мальчика?
— Садитесь, — прервала нас учительница.
Мы заняли свои места.
— Несколько дней назад я задавала вам домашнее задание, помните? — поинтересовалась она.
— Да, вы просили выучить наизусть стихотворение Харпера «Приди в холмы - весна», — ответила я.
— Хорошо. Не хочешь попробовать прочитать его первой?
Это не должно быть сложно. Я встала и начала декламировать:
— «Мой дом на холме, где солнце греет в весенний день,
И сердце тоскует по родным дорогам…»
Учительница внимательно выслушала меня, а затем улыбнулась и кивнула.
— Произношение чёткое, рифма звучит плавно. Отлично.
Я с гордостью села.
Но тут Лакиус пробормотал с каким-то сожалением:
— Даже желко, раньше мне нравилось, когда принцесса немного путала произношение.
«Что?! Когда это такое было?» — нахмурилась я, глядя на него.
Для справки, я идеально освоила короткие звуки еще в пять лет…
Учительница, к моему удивлению, подтвердила:
— Да, было такое, — пробормотала она с ностальгией. — Но когда это принцесса успела вырасти и стать такой умницей, что теперь читает стихи без ошибок?
— Это потому что принцесса талантлива, — сказал Лакиус.
— Правда? Его Высочество тоже так считает? — удивлённо спросила учительница.
— Конечно, — ответил он. — И мне доставляет удовольствие говорить о достоинствах принцессы.
Они переглянулись и продолжили шёпотом обсуждать меня. Я чуть не потеряла дар речи:
«Это же фишка моих «пап» — забрасывать меня комплиментами».
Кажется, все вокруг вдруг превратились в моих «пап»…
Тем временем Лакиус смотрел на меня с какой-то завистью?
— Кстати, принцессе всего десять лет, а она уже занимается со мной, — сказал он серьёзно.
«Что за чушь он сейчас скажет?» — я бросила на него выразительный взгляд.
— Ты такая умная, — продолжил Лакиус. — Хоть мне четырнадцать, но я чувствую, что не дотягиваю до уровня принцессы. Когда смотрю на тебя, понимаю, что мне нужно стараться больше.
«Ну, мой ментальный возраст — это возраст взрослого», — подумала я, слегка смутившись.
Он талантлив, а я всего лишь… старая.
Тем не менее, получать такие искренние слова от парня, который в будущем, завоюет весь мир своим талантом — мир, безусловно, стоит того, чтобы жить в нем.
Хотя я прожила здесь всего десять лет.
Как раз в этот момент учительница прервала нас:
— Кстати, сегодня ведь ваше день рождения, да? У меня тоже есть подарок.
— Подарок? — мои глаза загорелись.
Что за подарок?
Я посмотрела на учительницу с ожиданием.
— Да, подарок в том… — она хитро прищурилась, — что урок на сегодня закончен. Нравится?
О, боже! Я чуть не подпрыгнула от восторга: урок закончился на полчаса раньше обычного!
— Вы лучшая, учительница! — воскликнула я, и она весело рассмеялась.
— Хорошего дня, принцесса.
— И вам! — ответила я, улыбнувшись.
Учительница вышла, и, как только мы остались одни, Лакиус повернулся ко мне и сладким голосом сказал:
— С днём рождения, Тати.
— Спасибо, Лаки!
Да, мы стали достаточно близки, чтобы звать друг друга по прозвищам! И даже отказались от формальностей, когда остаёмся наедине. Разве это не прогресс?
Поначалу я называла его «Ваше Высочество». Но однажды Лакиус внезапно выпалил:
— Ты… можешь звать меня Лаки.
Я сделала вид, что не заметила, но как тут не заметить? В тот момент его уши покраснели, словно спелые яблоки…
Обновлено: 15.02.2026