Выйдя за ворота, Тхэгён почувствовала, что погода заметно смягчилась, и прибавила шагу.
Ветер больше не казался таким резким и яростным, как прежде. Словно в подтверждение того, что весна окончательно вступила в свои права, одежда Тхэгён тоже стала намного легче.
Тонкий укороченный жакет, джинсы, подчеркивающие линию ног, и удобные черные балетки. Этот наряд разительно отличался от её привычного рабочего стиля. Оставив машину скучать на парковке у дома, Тхэгён направилась к автобусной остановке.
Пункт назначения — больница университета Хангук.
Однако она ехала туда не для того, чтобы заступить на смену в качестве врача. Она направлялась в больницу, чтобы пройти курс психиатрического лечения у Джихана.
— И зачем только было звать меня в такую рань? — недовольно проворчала Тхэгён, ожидая автобус.
Слишком рано. Как ни посмотри, время, когда люди в спешке бегут на работу, — не самый подходящий момент для приёма. Она даже начала сомневаться: неужели он так долго колебался, прежде чем согласиться на её лечение, только потому, что действительно был по горло завален плановыми пациентами?
— Сказали «надо», значит — «надо».
В конце концов, она сама отчаянно умоляла его, и раз уж врач после долгих раздумий согласился, ей оставалось только подчиниться, позови он её хоть на рассвете, хоть глубокой ночью. Последние несколько дней Тхэгён наслаждалась передышкой от суетливых будней, и теперь из-за раннего часа у неё возникло неприятное чувство, будто она снова идет на работу.
Впрочем, бездельничать дома ей удавалось лишь потому, что отец уехал в командировку. А учитывая, что теперь ей в любом случае пришлось бы где-то бродить, чтобы скрыть факт своего увольнения из больницы, такая ситуация была даже на руку.
Выйдя из автобуса на остановке перед зданием больницы университета Хангук, Тхэгён огляделась по сторонам. Вокруг было ещё относительно безлюдно. В основном это были пациенты стационара, вышедшие подышать свежим воздухом, или сотрудники больницы, спешащие на смену.
Тхэгён шла не слишком быстро, но и не медля, когда её взгляд зацепился за спину женщины, идущей впереди. Небольшого роста, с мягкими волнистыми волосами, каскадом спускающимися до самой талии. Женственная кофта и юбка до колен.
Даже не видя лица, можно было почувствовать исходящую от неё ауру кротости и опрятности. Этот силуэт показался Тхэгён очень знакомым.
Вскоре она поравнялась с женщиной. Не то чтобы Тхэгён прибавила шагу, скорее, та шла слишком медленно, из-за чего расстояние между ними быстро сократилось. Женщина, слушавшая музыку в наушниках, случайно повернула голову и, заметив Тхэгён, широко распахнула глаза.
— Доктор И!
— Как поживаете? — поприветствовала её Тхэгён.
Это была Хэбёль, которую она не видела какое-то время. Хэбёль быстро вытащила наушники и повернулась к Тхэгён. Та ответила на приветствие с почти бесстрастным лицом. Реакция Тхэгён могла показаться сухой на фоне искренней, радостной улыбки Хэбёль, но на самом деле она тоже была рада встрече. Поняв это, Хэбёль широко улыбнулась и кивнула.
— Хорошо! Вы ведь тоже в порядке, доктор? Вы, должно быть, были так заняты, что мы ни разу не виделись с нашей последней встречи в западном крыле.
Судя по этой чистой и светлой улыбке, Хэбёль ещё не знала, что Тхэгён уволилась. Тхэгён не собиралась пускаться в долгие объяснения с посторонними, поэтому лишь слегка пожала плечами.
— Почему вы так рано? — спросила Тхэгён.
— У меня остались дела со вчерашнего дня. Решила прийти пораньше и закончить, — бодро ответила Хэбёль.
Для большинства людей необходимость приходить на работу пораньше, чтобы разгрести долги, была бы поводом для раздражения, но Хэбёль выглядела удивительно свежей и жизнерадостной. Пугающий оптимизм. Несмотря на хрупкий вид, Хэбёль, возможно, была тем ещё «крепким орешком».
Тхэгён безучастно кивнула и перевела взгляд на ребенка, сидящего на скамейке неподалеку. Это был маленький пациент в больничной пижаме. Ребенок старательно складывал самолетик из цветной бумаги и запускал его в воздух, но тот, пролетев совсем немного, бессильно падал на землю.
Глядя на это, Тхэгён внезапно вспомнила одного человека.
— Пациент по имени Чан Хёнсу всё ещё в отделении?
— Ой, да. Он до сих пор лежит в стационаре. А откуда вы его знаете?
Хэбёль недоуменно наклонила голову. Ей было непонятно, как Тхэгён, не будучи психиатром, могла о нём знать.
— Да так... Пересеклись случайно, — уклончиво ответила Тхэгён.
Ей самой показалось странным, что при виде ребенка в больничной одежде и бумажного самолетика она тут же подумала о Чан Хёнсу.
«Тот бумажный комок... Он ведь назвал его НЛО?»
Что и говорить, при первой встрече этот мужчина произвел неизгладимое впечатление. Раз воспоминание осталось таким ярким, значит, его образ действительно врезался в память.
Тхэгён передернуло, когда она вновь прокрутила в голове тот головокружительный и постыдный эпизод на крыше. Ну зачем она тогда так вспылила? Если бы она спокойно оценила ситуацию, ей не пришлось бы сейчас краснеть и пинать одеяло посреди ночи от неловкости.
«Но действительно ли он просто хотел выполнить просьбу ребенка?»
Глядя на малыша, который болтал ногами, не доставая до земли, Тхэгён не могла избавиться от возникшего вопроса. В тот день на крыше, когда она обернулась на голос Джихана, перед её глазами предстала спина того мужчины. Волосы и полы одежды, опасно развевающиеся на холодном ветру.
Стоило Тхэгён увидеть эту рискованную картину, как вспышка памяти не позволила ей остаться в стороне. То гнетущее чувство, которое охватило её, когда Тхэсо, скрывая свою тьму от всех, отвернулся от неё. Спина Чан Хёнсу напомнила ей спину Тхэсо — ту, какой она её запомнила в последний раз.
Именно из-за этого Тхэгён впала в панику и начала действовать, ничего не видя перед собой.
— О? Разве это не врач И Тхэгён?
— Что? С чего ей тут быть?
В это время Тхэгён и Хэбёль уже зашли в больницу и шли плечом к плечу. Две молодые женщины, идущие позади, шептались, указывая на спину Тхэгён. Хотя они и прикрывали рты ладонями, делая вид, что соблюдают осторожность, их голоса отчетливо долетали до впереди идущих.
Хэбёль слегка нахмурилась. Присутствие Тхэгён здесь было вполне естественным, так почему же они ведут себя так, будто увидели привидение? Она не понимала. Хэбёль слегка повернула голову, чтобы рассмотреть сплетниц. Судя по всему, это были сотрудницы больницы Хангук, хоть они и были в гражданском.
— Весь город гудел о том, что она швырнула заявление об увольнении и ушла, сказав, что больше не может.
— И почему вдруг? У неё же всё шло отлично.
— Кто знает. Может, случилось что-то с профессором Со? Говорят, перед уходом она с ним неслабо сцепилась...
От бесконечной болтовни этих двоих у Хэбёль голова пошла кругом. Каждое их слово было для неё новостью.
«Доктор И уволилась?»
Хэбёль осторожно взглянула на идущую рядом Тхэгён. Та даже бровью не повела, слыша разговоры о себе за спиной. Эти слова могли быть крайне неприятны, но Тхэгён, казалось, было совершенно всё равно. Её лицо оставалось настолько спокойным, что можно было подумать, будто она действительно ничего не слышит. Однако голоса женщин звучали слишком громко, чтобы Тхэгён могла их пропустить.
«Удивительная женщина».
Хэбёль, искренне восхищенная стальными нервами Тхэгён, облегченно вздохнула лишь тогда, когда их пути с болтливыми женщинами разошлись.
«Но что же всё-таки произошло?»
Судя по тому, с какой уверенностью говорили те дамы, и по тому, что Тхэгён не стала ничего отрицать, слухи об увольнении, скорее всего, были правдой. Хэбёль не решалась спросить об этом напрямую, подавляя любопытство, но вскоре заметила, что Тхэгён идет в ту же сторону, что и она.
Хэбёль планировала войти в главное здание и через переход на втором этаже попасть в западное крыло. Когда они вместе дошли до перехода между корпусами, это не могло не вызвать подозрений.
«Она идет на встречу с кем-то?»
Видя, как Тхэгён уверенно направляется к остекленному переходу, Хэбёль осторожно заговорила:
— Доктор, эта дорога ведет в отделение психиатрии. Возможно, вы перепутали...
— Нет, мне именно туда.
— А, вы идете к кому-то на встречу?
— Да.
Хэбёль замялась, не зная, стоит ли расспрашивать дальше. Словно прочитав её мысли, Тхэгён прямо ответила:
— Я иду к врачу.
— Простите?
— С сегодняшнего дня я начинаю психиатрическое лечение.
Она произнесла эти ошеломляющие слова с таким невозмутимым видом, будто говорила о погоде. Потрясенная Хэбёль замерла на месте.
— Вы удивлены?
— Что? А, да... То есть, нет... Ну...
Хэбёль замялась: сказать «да» — значило проявить бестактность, сказать «нет» — прозвучало бы как явная ложь.
Тхэгён остановилась перед лифтом больничного отделения на первом этаже. Хэбёль, которой нужно было идти дальше по коридору за лифтами, нерешительно посмотрела на неё.
— Вам разве не пора?
— А? Да, пора.
— Счастливо. Поскольку я буду приходить в больницу на амбулаторный приём периодически, думаю, мы ещё увидимся.
Тхэгён была безмятежна, словно речь шла о самых обыденных вещах. Когда Хэбёль, то и дело оглядываясь, ушла, Тхэгён осталась ждать, гордо скрестив руки на груди. Она ожидала Джихана, который дал странное указание встретиться у лифта на первом этаже западного крыла.
Простояв так какое-то время, Тхэгён услышала приближающиеся шаги, как раз когда подошло назначенное время. Повернув голову, она увидела Джихана, который, как всегда, выглядел безупречно и стильно. Должно быть, он только что из кабинета — на нём была классическая рубашка и брюки, а медицинский халат он нес в руках.
— Заходи, — бросил он, нажимая кнопку лифта.
Тхэгён нахмурилась, словно услышала нечто странное.
— Чего ждешь, И Тхэгён?
Он снова поторопил её. В итоге Тхэгён вошла в лифт и замерла рядом с Джиханом.
— Вы что, решили упечь меня в отделение психиатрии? — в шутку спросила Тхэгён, глядя, как он нажимает на кнопку пятого этажа.
Джихан усмехнулся, но ничего не ответил.
...Второй этаж. Третий. Четвертый.
Глядя на сменяющиеся цифры на табло, Тхэгён почувствовала, что ситуация принимает странный оборот.
«Неужели правда?..»
Она действительно просто пошутила. Но теперь её охватило тревожное чувство, что шутка может оказаться реальностью. Неужели её состояние настолько серьезно, что требуется госпитализация? Может, стоит твердо сказать, что она категорически против? Но ведь она сама твердила, что доверяет ему как врачу и что ей нужен только он. Игнорировать выбранный им метод лечения теперь было бы затруднительно.
Пока в голове Тхэгён роились тысячи мыслей, двери лифта широко распахнулись. Джихан первым уверенно шагнул вперед. Тхэгён последовала за ним, превозмогая нерешительность.
— Входим.
— ...Серьезно?
— А ты думала, я шучу? — невозмутимо ответил Джихан, собираясь ввести пароль на входе в отделение.
Он выглядел совершенно спокойным, в отличие от побледневшей Тхэгён.
— Подождите. Я...
— Ах, да. Надень это.
Словно спохватившись, Джихан протянул Тхэгён медицинский халат, который держал в руках.
А?
Тхэгён уставилась на него, не понимая, что происходит, ещё больше, чем когда он нажал кнопку пятого этажа. Поскольку она не спешила брать халат, он пожал плечами и сам развернул его. Сделав шаг к ней, он взял её за руку.
Тхэгён вздрогнула от неожиданного прикосновения. Но тут же поняла, что он просто намерен помочь ей надеть халат. Пока он спокойными движениями облачал её в белую одежду, она стояла смирно, как послушный ребенок.
Он был на голову выше её и, наклонившись, принялся поправлять халат. Его лицо, оказавшееся так близко, четко запечатлелось в её памяти. Тхэгён завороженно смотрела на него, и когда он внезапно поднял взгляд и посмотрел ей прямо в глаза, она вздрогнула от неожиданности.
— Теперь готово.
— Что? В смысле...
На лице Тхэгён отразилось полное замешательство от того, что ей снова пришлось надеть халат, который, как она думала, ей ещё долго не понадобится. Однако Джихан не стал ничего объяснять. Без тени сомнения он ввел код и открыл дверь.
Глядя в спину входящему в отделение мужчине, Тхэгён оставила попытки разгадать его замыслы. Этот человек не вписывался в рамки её ожиданий. Он всегда совершал поступки и высказывал мысли, о которых она даже не могла помыслить. Тхэгён признала это и последовала за Джиханом.
*
— Как вы себя чувствуете сегодня?
Время обхода в отделении.
Джихан, идущий во главе группы, внимательно следил за выражением лица, жестами и состоянием пациента. Больной, до этого безучастно смотревший в пустоту, начал что-то бессвязно бормотать.
В палате находились Джихан, стоявший ближе всех к пациенту, и два врача-резидента позади него. А за их спинами, подобно тени, стояла Тхэгён.
«Что это... что вообще происходит?»
Тхэгён с потерянным видом смотрела на Джихана, пытаясь осознать ситуацию, в которой оказалась.
«Отныне ты будешь работать моим личным исследователем».
Она снова вспомнила краткое пояснение Джихана, данное перед входом в отделение, но всё равно не могла уловить суть. Она ведь пришла к нему лечиться. Но происходящее...
Один из резидентов, заметив её отрешенный вид, тайком толкнул её локтем.
— Как ты тут оказалась? — прошептал Тонджу.
Тхэгён не нашла, что ответить. Она и сама хотела бы это знать.
— Я спрашиваю, почему И Тхэгён здесь?
— ...
— Ты ведь человек, который меньше всего подходит отделению психиатрии, — шутливо добавил Тонджу, сощурив глаза.
Он был её сокурсником по медицинскому университету, а сейчас работал врачом-резидентом второго года в отделении психиатрии больницы университета Хангук. Настоящий образец прилежного ученика, он обладал опрятной внешностью, безупречными манерами и был тем самым «сыном подруги мамы», у которого всё всегда получается. Он был едва ли не единственным другом Тхэгён мужского пола, но поскольку оба они сейчас переживали самый загруженный период в жизни, виделись они редко. И вот, встретить Тонджу здесь...
— Сама не знаю, — деревянным голосом ответила Тхэгён.
Было видно, что она не в духе, но её старого друга это ничуть не смутило. Тонджу смотрел на неё теплым, ласковым взглядом. Он мягко улыбнулся и одними губами произнес: «Поговорим позже».
Именно в этот момент концентрация Джихана, до этого сосредоточенного на пациенте, начала ослабевать. Он не был из тех, кто легко отвлекается на шепот за спиной во время работы. Но сейчас эти двое сзади не на шутку его раздражали. Он видел, как Тонджу и Тхэгён переглядываются, понимая друг друга без слов.
«Лучше бы просто говорили».
Шепот, который так действовал на нервы, прекратился, но Джихану от этого стало только хуже. Не то чтобы Тхэгён вела себя с Тонджу как-то по-особенному нежно, но было очевидно, что этих двоих связывают долгие годы дружбы.
— Профессор.
Пока Джихан изо всех сил пытался вернуться к работе, пациент, до этого смотревший в никуда, позвал его.
— Да, слушаю вас.
— Профессор, а как вы себя чувствуете сегодня?
Пациент сбивчиво повторил тот же вопрос, который Джихан задал ему в начале. Помолчав мгновение, Джихан на долю секунды бросил быстрый взгляд за спину, так что никто не успел этого заметить, и ответил предельно честно:
— Не очень хорошо.
Обновлено: 20.02.2026