Глава 64.2

В шесть вечера сегодняшние съемки подошли к концу. Десять часов интенсивной работы были намного утомительнее, чем при съемках «Зеленого солнца». Чи Ин чувствовала, что вот-вот развалится ко кусочкам. Ее пятки болели, и хотелось присесть и отдохнуть. Она настолько устала, планировала снять макияж уже в машине. Гао Нань после обеда пришлось вернуться в компанию. И помощников легла тяжелая работа по сбору вещей. Чжай Хаоюй и Чжо Тан несли огромные сумки, и сопровождали Чи Ин до машины. Как только Чи Ин села в машину, Чжай Хаоюй хлопнул дверью, закрывая ее. И улыбнувшись, за окном сказал ей: — Чи Ин, мы вернемся на другой машине. Чжо Тан стояла рядом с Чжай Хаоюем, лучезарно улыбалась и махала рукой: — Наслаждайся веселой поездкой, супруга президента. Чи Ин заметила, что что-то не так в улыбочках помощников, и какое-то время пребывала в недоумении. Она не успела ответить, как Lincoln тронулся с места. Нахлынуло нехорошее предчувствие, и сердце упало в пятки. Чи Ин в боевой готовности посмотрела, кто за рулем, и сурово спросила: — Ты кто?! — Это я, — за ее спиной донесся притягательный голос. Чи Ин радостно повернула голову, и увидела Лу Цзинъяня на заднем сидении. Его лицо было в тени, а глаза горели словно две звезды в ночи. Он был в черной рубашке, без галстука, с открытым воротником, и с засученными по локоть рукавами. Редко встретишь его в таком расслабленном состоянии. — Ты напугал меня, — обратилась она к нему с улыбкой. — Я подумала, меня похищают. Лу Цзинъянь чуть нахмурился: — Кто осмелится тебя похитить? Чи Ин заметила, что он серьезен, и про себя немного возмутилась за то, что он так уверен: — Никто, глупость сказала. Лу Цзинъянь похлопал по сиденью рядом с собой: — Иди сюда. Чи Ин слегка улыбнулась, перелезла с переднего сидения и села к нему. Лу Цзинъянь смотрел на ее лицо, его сердце сжалось, и он суровым тоном спросил: — Ты почему такая изможденная? Что еще за съемки такие? Завтра отдыхаешь. — Не беспокойся, — немедленно стала успокаивать его Чи Ин, — это мой съемочный макияж. Лу Цзинъянь недоверчиво нахмурился. — Не веришь? — Не верю «А? Он в точности, как Чи Чэн». Чи Ин беспомощно достала из сумки ватные диски, намочила их средством для снятия макияжа, и аккуратно смыла всю косметику. Под мрачным макияжем постепенно проступали вишнево-красные и мягкие губы. Пухленькие, блестящие и манящие. У Лу Цзинъяня пересохло в горле: «…» — Нельзя, — сказала Чи Ин, заметив, что Лу Цзинъянь потянулся к ней, и осознано преградила ему путь к своим губам, — Это мицелярная вода, нельзя чтобы она попала в рот. Лу Цзинъянь: — Может быть я помогу тебе все смыть? — … После снятия макияжа, цвет лица Чи Ин значительно улучшился. Погода становилась по-летнему теплой, и в машине повысилась температура. Автомобиль спокойно ехал, и Чи Ин немного разморило, ее веки сильно слипались. Лу Цзинъянь спросил ее: — Устала? Она сквозь сон лишь произнесла: — Угу. — Облокотись на меня и вздремни немного. Чи Ин подняла глаза и посмотрела на Лу Цзинъяня, немного засомневавшись, положила голову на его плечо. Мышцы у Лу Цзинъяня были напряженными. Даже в расслабленном состоянии они были совсем не мягкие. Однако запах его тела был таким чистым и приятным, что заставлял чувствовать себя непринужденно. Чи Ин только начала выздоравливать, и ей пока тяжело было устоять против сонливости после изнуренного дня съемок, поэтому она очень быстро уснула. Ее спящее лицо было спокойным и нежным. Свет сумерек проникал сквозь окно машины, очерчивая ее мягкую линии лица. Лу Цзинъянь какое-то время просто смотрел на нее, а потом взял документы, лежавшие под его рукой. Дорога была ухабистой, Чи Ин, что глубоко ушла в сон, на каждой кочке билась головой по плечу. Лу Цзинъянь аккуратно положил ее голову себе на колени и с облегчением выдохнул от того, что Чи Ин не проснулась. Когда девушка проснулась, она обнаружила, что спала на чем-то мягком, а сверху что-то нависало, словно она спала в палатке Чи Ин открыла глаза. Сонливость быстро прошла. Девушка подскочила и резко села, ее взгляд был направлен на брюки Лу Цзинъяня, и лицо сразу покраснело: — Как я… — Как ты умудряешься? — у Лу Цзинъяня покраснели кончики ушей, он слегка прикоснулся к ее волосам. — Соблазняешь меня даже, когда спишь. *** Прежде, чем уехать, Чи Ин попросила у Ци Юаня автограф для Цзян Ниннин, а затем спросила у Цзян Лана можно ли привести посетителя на съемку. Цзян Лан сказал, подождать недельку и тогда можно. Вечером, Чи Ин передала слова Цзян Лана Цзян Ниннин. — Я всегда знала, что ты самая лучшая, — обрадовалась Цзян Ниннин, как только услышала хорошие новости. — В следующую пятницу Ци Юань устраивает концерт в спортивном клубе в центре города, мой приятель из фан-клуба, с которым я договорилась пойти, скоро сдает вступительные экзамены в колледж, и родители заперли его дома. Инъин, пойдешь со мной? Сначала Чи Ин подумала согласиться без колебаний, но в голове внезапно пролетело воспоминание, как Лу Цзинъянь захватил ее в объятия с опасностью в глазах, и через минуту она ответила: — Я подумаю. Такой неясный ответ приравнивался к отказу, и Цзян Ниннин начала, упорно уговаривать подругу: — Ммм, ты можешь себе представить, как трудно было достать билет на концерт Ци Юаня? Я еле-еле вытянула эти два драгоценных билета. Если ты не пойдешь, я просто продам кому-нибудь билет. И мне придется идти на концерт одной, одиноко одинокой одиночкой, но вот если бы у тебя было свободное время, ты бы со мной пошла, да? Чи Ин смягчилась и ответила: — Хорошо, пойду, — в конце концов, это всего лишь концерт.