Глава 407– 409 – Просьба родителей
Земля была все ближе и ближе, драма, разворачивающаяся на вершине горы Ку Ло, была близка к завершению. И, казалось бы, удар был неизбежен, но неожиданно малыш феникс сделал резкий рывок в сторону и приземлился прямиком на лицо опешившего от такой наглости Красной Птицы.
«Чирик ~ Чирик ~» - радостно защебетал он и бросился обнимать своего новоявленного папашу. Вскоре после этого малыш, ловко перебирая своими маленькими лапками, вскарабкался тому на загривок, а затем нырнул в перья Красной Птицы и завертелся, пытаясь устроиться поудобнее.
Фениксы потеряли дар речи.
Что происходит? Почему их собственный ребенок ластится к их врагу? Разве он не помнит, что всего пару минут назад тот пытался убить его?
Наблюдая за тем, как их малыш милуется с чужаком, фениксов охватила жгучая зависть.
Почему он был так холоден с ними, но так близок с Красной Птицей?
Сам Красная Птица так же был не слишком-то доволен происходящим. Неужели эта мелочь пузатая совершенно не замечает, что взгляд его родителей вот-вот испепелит их всех вместе взятых?
«Чирик~!» Маленький феникс не догадывался о том, какой шквал эмоций сейчас бушует в сердцах трех легендарных мифических зверей. Единственное что он понимал, так это то, что он не может потерять то чувство комфорта, которое он ощущает, находясь рядом с Красной Птицей, благодаря циркулирующему в его теле огненному элементу.
Всё чудесатее и чудесатее! Странное поведение маленького феникса, сделало и без того напряженную атмосферу, еще более напряженной.
Фениксы не боялись Красной Птицы, но это не означает, что они не боятся Сю. Они знали, что ему они не противники, и потому не хотели сражаться с ним. Теперь же у их врага появился добровольный заложник, их собственный ребенок, и последние силы оставили их.
Такого предательства их сердца не выдержали.
Сомнения раздирали и сердце Красной Птицы. Родители этой мелочи заставили его испытать горький вкус поражения, так может ему стоит выразить свое разочарование по поводу на этом желтопузе?
Нет, он не такой! Он очень принципиальный и благородный мифический зверь.
Ситуация вновь зашла в тупик. Обе стороны конфликта опять замерли на своих местах, лишь маленький феникс весело и жизнерадостно чирикал, прячась в перьях Красной Птицы.
Фениксы смотрели на своих врагов потупив взгляд. Они понимали, что их малыш принял Красную Птицу за своего отца, и это, естественно, стало страшным ударом для двух его настоящих родителей! Ударом куда более болезненным, чем атака Сю.
Сю понял, что фениксы больше не станут нападать. Поэтому он положил Шэн Янь Сяо под крыло Красной Птицы, а затем, превратившись в луч света, медленно вернулся в ее тело.
Сразу после того, как Сю ушёл, все существа, находящиеся в настоящее время на горе Ку Ло, почувствовали огромное облегчение. Сковывающие их давление наконец-то исчезло, и теперь они могли дышать полной грудью.
Боль в груди Шэн Янь Сяо также утихла. Весь тот дискомфорт, который она чувствовала прежде, исчез, словно это было лишь ее воображение.
Так виновником этого был Сю?
Шэн Янь Сяо задумчиво нахмурилась. Она впервые испытала на себе насколько могущественен был Сю, и наконец-то поняла, насколько всевластной была печать Семи Звезд Запечатывающей Луны, наложенная на ее собственное тело, раз даже столь могущественное существо, как Сю, лишился части своих сил.
Но сейчас не время для подобных размышлений, Шэн Янь Сяо перевела взгляд на двух фениксов.
Красная Птица заварил всю эту кашу, а значит ей, как его мастеру, ее и расхлебывать. Однако Сю уже сделал за нее большую часть работы, с запуганными и впавшими в депрессию фениксами вести переговоры будет всяко легче.
Тем более, что их ребенок теперь находится в ее руках...
Фениксы и сами решили пойти на мировую, они превратились в два огненных шара и стали медленно спускаться вниз. Пламя постепенно уменьшалось, и в тот момент, когда оно коснулось земли, огненные шары приняли человеческие очертания. Когда ослепительный блеск исчез, перед Шэн Янь Сяо предстали мужчина и женщина.
Мужчина был необычайно красив. Его огненно-рыжие волосы почти касались земли, а одет он был в сделанный из огненных перьев ципао. В его длинных и узких глазах застыл гордый и отчужденный взгляд, а между бровями находилась маленькая огненная точка. Рядом с ним стояла женщина в довольно элегантном платье. Она так же была необычайно красива, ее миниатюрная, изящная фигура невольно приковывала к себе взгляды.
Пара, стоящая перед ней, безусловно, была парой фениксов. Как только волшебный зверь достигает мифического уровня силы, то получает возможность принимать человеческий облик.
Красная Птица так же решил принять человеческий облик и превратился в маленького ребенка, а на его голове восседал еще более маленький ребенок.
«Чирик~?» Маленький феникс очень удивился внезапной смене обстановки. Его маленькие лапки ловко ухватились за волосы Красной Птицы, а затем он скрылся в его пышной шевелюре, оставив снаружи лишь свою маленькую голову.
Фениксы, увидев поведение своего ребенка, засмущались.
«Наш сын тот еще проказник, пожалуйста, простите его дерзость», - сказал папа-феникс, когда заметил, как задергался глаз Красной Птицы. Он догадался, отчего между ними возникло недопонимание.
Все волшебные звери, достигшие мифического уровня силы, обладают холодным и отчужденным характером. Никому бы из них не понравилось, если бы к ним, словно банный лист, приклеился чужой ребенок.
Красная Птица холодно хмыкнул, но ничего не сказал. Поражение подпортило ему самооценку, он был подавлен, расстроен и не сильно-то хотел общаться со своими недругами. Если бы не его застарелая травма, то эти два феникса не были бы ему противниками.
Шэн Янь Сяо, естественно, прекрасно знала о заносчивом характере Красной Птицы, но поведение фениксов не показалось ей необоснованным. Весь этот конфликт возник именно из-за грубого поведения Красной Птицы.
В конечном итоге ...
Он источник всей этой катастрофы! Нежнее нужно было быть, нежнее…
«Не переживайте, это было всего лишь недоразумение», - улыбнулась Шэн Янь Сяо.
Мама-феникс вопросительно посмотрела на папу-феникса, а затем перевела взгляд на своего малыша, восседающего на макушке Красной Птицы, и обиженно произнесла: «Обычно мы не ведем себя столь агрессивно и опрометчиво. Наш малыш должен был вот-вот вылупиться, когда неизвестная группа людей напала на нас и попыталась украсть яйцо, мы просто запаниковали. А потом мы увидели, как неизвестные нам люди вышвыривают нашего малыша из гнезда... Лишь усмирив свой гнев, мы поняли, что этот ребенок так же является мифическим зверем, а значит, наш малыш не является вашей целью». Голос мамы-феникса был мягким и сладким и словно ручеек ласкал уши Шэн Янь Сяо.
Фениксы были довольно высокомерными созданиями, но, как и говорил Сю, зла они никому не желали. Они никогда бы не атаковали первыми. Жестокость и агрессия была не свойственна им и была вызвана исключительно страхом за жизнь собственного ребенка. Стоит напомнить, что фениксы откладывают яйца лишь раз в тысячу лет, а потому этот малыш был для них долгожданным.
Поняв, что человек, стоящий перед ними, является мифическим зверем, их гнев утих. Тем более что Красная Птица был сильнее любого из них, и, если бы они не объединились, то, вероятно, проиграли бы.
Зачем бы столь могущественному созданию потребовался чужой ребенок? Даже несмотря на то, что взрослый феникс способен достичь уровня мифического зверя, его взросление займет довольно длительный период времени. Сам же малыш - это всего лишь волшебный зверь высокого уровня.
Стоящий рядом паренек, так же не был заинтересован в птенце, человек не может подписать больше одного контракта. Более того, у него был и еще один союзник - тот таинственный и могущественный мужчина.
Проанализировав ситуацию, фениксы стали менее враждебны по отношению к Шэн Янь Сяо и Красной Птице.
«Честно говоря, нашей целью являлась Трава Воспламенения. Мы даже не догадывались, что в гнезде находится яйцо», - честно ответила Шэн Янь Сяо, она не собиралась скрывать правду. Конечно, она не самый искренний человек в мире, однако по отношению к этим добросердечным волшебным зверям ей хотелось вести себя предельно открыто.
«Трава Воспламенения? Ее довольно много в нашем гнезде. Просто нашего гнезда больше нет. Но если тут хорошенько прибраться, то, думаю, что смогу раздобыть для вас немного», - ответила мама-феникс, удивленно моргнув. Трава Воспламенения для них не представляла никакой ценности. Не обладай она огненным элементом, то они бы даже не стали использовать ее для постройки своих гнезд.
Прежние разногласия были позабыты, а все недоразумения были разрешены. Фениксы больше не препятствовали Шэн Янь Сяо и Красной Птице, и они даже согласились помочь им в поисках Травы Воспламенения в руинах.
Настроение Шэн Янь Сяо с каждой минутой становилось все лучше и лучше.
Однако одна проблема так и не нашла своего решения.
И это...
«Чирик~?» Малыш феникс продолжал прятаться в волосах Красной Птицы. Заметив устремленные на него выжидающие взгляды, он неосознанно втянул шею и сжал свое мягкое пухленькое тельце.
«Кхем-кхем ...» Папа-феникс смущенно посмотрел на Шэн Янь Сяо. Он просто не знал, как ему поступить в подобной ситуации. Он понимал, что птенец считает своим отцом вовсе не его, а Красную Птицу.
Мама-феникс смотрела на собственного ребенка со слезами на глазах. Она протянула к нему руку и попыталась снять его с головы Красной Птицы, но малыш отвернулся от нее и еще крепче ухватился за волосы, всем своим видом показывая ей, что лучше умрет, чем отпустит.
«...» Красная Птица лишился дара речи. Его родители стоят прямо перед ним и обливаются горькими слезами, а эта мелочь нос от них воротит! Да у него совсем каша вместо мозгов?
Папа-феникс беспомощно вздохнул и обнял свою жену. Повернувшись к Шэн Янь Сяо, он сказал: «Кажется, наш малыш очень привязался к нашему маленькому другу. Я думаю, что эти люди так легко от нас не отстанут и продолжат охотиться на нас и нашего сына. Кроме того, мы лишились дома, и теперь нам необходимо найти другое безопасное место. Поэтому у меня есть к вам одна просьба».
«Конечно, я с радостью выслушаю вас». Услуга за услугу, Шэн Янь Сяо не видела причин им отказывать. Кроме того, оба феникса оказались довольно приятными людьми.
Прежде чем ответить, папа-феникс пристально посмотрел на своего нерадивого сына: «Пока мы не нашли для себя новый дом и не построили новое гнездо, можете ли вы позаботиться о нашем ребенке? Как только мы как следует обживемся на новом месте, мы заберем его обратно».
Обновлено: 25.07.2026