Глава 94 — Глава 46.2

Наконец, как только переполненный злобой Эрайт собрался высказать слова, которые употребляются только в переулках, палец отца немедленно опустился. - Верно, это чушь собачья. Когда я кивнула, сочувствуя словам Эрайта, мои родственники сильно разволновались. - Конечно, я должна пойти, что я могу поделать? Хотя, на самом деле, я не хотела стрелять из лука, чтобы убить животное, я не хотела видеть, как другие убивают их первыми из-за моей минутной слабости. Наша трапеза закончилась в двусмысленной обстановке, и я вернулась во дворец Гекатон вместе с Берником на урок гуманитарных наук. - Принцесса, учитель гуманитарных наук прибыл. Слуга проинформировал меня об этом визите, и я отправилась на приготовленное место. Когда дверь открылась, новый учитель поднялся со своего сиденья и с совершенной грацией поприветствовал меня. - Приветствую славу империи. Я с одного взгляда заметила дружелюбное лицо, которое не видела уже долгое время, с банкета по случаю нового года, и розовые волосы, похожие на мягкую сахарную вату. Уголки рта Берника слегка дрогнули, когда он увидел эти длинные ресницы и затемненные алые глаза. Новым преподавателем гуманитарных наук был юный господин Симад де Ванитас.   * * * Итак, если я не ослышалась... - Юный господин говорит, что, прикрываясь бесполезной отговоркой стать моим учителем гуманитарных наук, он отбросил неплохой шанс заслужить похвалу? - Это неправда. Это очень ценный шанс. Я глубоко вздохнула, глядя на молодого господина Ванитаса, который мягко опустил взгляд и улыбнулся. Подумать только, цена за понятие, что такое надан - всего лишь стать моим учителем. - Я не знал, что у молодого господина столько свободного времени, - с радостной улыбкой сказал Берник. Расслабленный взгляд юного господина Ванитаса обратился к Бернику. - Это не так уж и важно, если это делается, ради Ее высочества. Как будто невидимые искры с трескучим звуком разгорелись между ними. - Давайте приступим к занятию. Чтобы оборвать щекотливую обстановку, я взяла Берника за руку и отвела его к дивану. Что хорошего в том, если ты эмоционально опустошишь себя? Что ты собираешься делать с пятнадцатилетним подростком? - Во-первых, позвольте мне еще раз представиться. С сегодняшнего дня, я для вас - Симад де Ванитас, который станет вашем учителем по гуманитарным наукам. Он особенно подчеркнул слово «учитель». Как будто Берник тоже это почувствовал, уголки его улыбающегося рта слегка дрогнули. - Гуманитарные науки - это изучение сущности человеческой природы. В них есть несколько областей, а моя специальность - литература, история искусства, история музыки и история... - Почему бы тебе просто не сказать «я специалист во всем»? - спросил Берник, прерывая юного господина Ванитаса. - Да, тогда я исправлюсь. Я специалист во всех областях. Юный господин Ванитас ободряюще улыбнулся. Почему-то это выглядело раздражающе. Возможно, он раздражал тем сильнее, что его слова были правдивы. - История развития гуманитарных наук такова... На часовом занятии я почувствовала, что юный господин Ванитас обладает талантом к преподаванию. Потому что, по крайней мере, ему удалось не стать для меня «снотворным». Он похлопал в ладоши еще раз, чтобы поднять нам настроение. - Сегодня наше первое занятие, так что давайте остановимся здесь, а на следующем занятии прочитаем классическую пьесу Уилканто Спира «Джамиче». Уилканто Спир был выдающейся личностью, который жил пятьсот лет назад. В основном он занимался написанием трагедий. Среди многих написанных им пьес - «Джамиче» была настолько знаменита, что даже простые жители империи слышали о ней хотя бы раз, а я еще и прочла ее. - Тогда увидимся на следующей неделе. - Да, увидимся на следующей неделе. После того, как мы с Берником вышли из комнаты, мы направились в разные стороны, каждый на свои занятия. Лив, который посещал занятия вместе со мной, шел по своей траектории развития, так что, начиная с этого года, мы будем заниматься отдельно, поэтому и сегодня в классе по занятиям магией были только я и Тимофей. - Приветствую славу империи. - Я уже говорила вам обходиться без таких пышных приветствий, - с этими словами я села напротив него. В эти дни, занимаясь магией, я чувствовала себя немного странно. Когда я медитировала, область вокруг нижней части моего живота как будто щекотало, и там становилось холодно, что было очень неприятно. В отличие от других занятий, занятия у Тимофея проходили в очень комфортной обстановке. И сегодня я тоже, немного отдохнув, только начала медитировать. - А? Я широко распахнула глаза и опустила на себя взгляд. Затем я на мгновение склонила голову и закрыла глаза опять. - Хм? Затем я открыла глаза снова, осмотрела себя и перевела взгляд на Тимофея. - Только что, это... - Хо-хо-хо, поздравляю, Ваше высочество. Начиная с того момента, как что-то скопилось у меня в нижней части живота, я почувствовала, как нечто струится по каждому кровеносному сосуду в моем теле. Это была та самая мана, которую я так сильно хотела. Тогда я не умру. Прекрасная надежда охватила все мое тело. Если у тебя не получится контролировать чрезмерное количество маны, или даже если у тебя это получится, есть очень маленький шанс сойти с ума и умереть до достижения возраста двенадцати лет. Как видно из романа, общеизвестным фактом было то, что принцы не умирают и благополучно доживают до взрослого возраста, однако, поскольку Розиана чуть не погибла в пять лет, их сердца были немного напряжены. - Какое облегчение... - Хо-хо-хо, вы почувствовали, как мана собирается у вас внизу живота, верно? Вы всегда должны уделять внимание этому, чтобы мана не рассеялась. Я кивнула и нежно погладила себя по животу. Хотя я знала, что в моем теле есть органы, я никогда по-настоящему не осознавала их. Наступит ли когда-нибудь день, когда я перестану думать об этой мане? - Тогда как насчет того, чтобы перестать медитировать и попробовать сегодня что-нибудь еще? - Ладно, мне хочется. Сложно было сидеть неподвижно и медитировать, но любое другое занятие я очень приветствовала. Получив мое одобрение, Тимофей снял свою фиолетовую шляпу и положил ее на маленький чайный столик напротив входа на балкон. - Вы можете воспользоваться маной, чтобы коснуться этой шляпы. В зависимости от того, что с ней случится, содержание наших занятий будет разниться. Хо-хо. - Я просто почувствовала это, разве у меня получится? - Конечно. Хо-хо-хо. Не нужно торопиться, думайте о том, как медленно течет ваша мана, словно нитка, которую вытягивают. - Хорошо, я поняла. Хорошо, так, например, я медленно вытягиваю нитку к этой шляпе на чайном столике... Бах! - ... - ... В этот момент мы с Тимофеем, лишившись дара речи, смотрели, как рушится балкон. Посреди серой пыли виднелись разорванные куски того, что было шляпой Тимофея. Они опускались, словно оторванные лепестки цветка. С улицы проникал прохладный воздух.