Глава 489

Глава 489 Я слишком много думаю. Арт, напротив… почти не думает вовсе. Когда я упомянул эту разницу, он задумчиво кивнул. — Если быть точным, я просто редко думаю. Но это не значит, что я тупой, знаешь ли. — Нет. Ты не тупой. Ты идиот. — Ч-что?! Почему это я идиот?! — Помнишь, как вы с Эллен играли в прятки, и ты в итоге повис на скале? Упал и сломал ногу? — Эй! Зачем ты это вспомнила…! Это было уже не глупостью. Это было безумием. Я едва сдерживал смех, глядя, как лицо Арта вспыхнуло красным от стыда. — Я… я просто хотел хоть раз выиграть. Эллен всегда побеждала во всём. Хотелось выиграть хоть в чём-то… — Вот именно поэтому ты идиот. Ты мог погибнуть. Если бы Эллен не нашла тебя, болтающегося на скале, ты бы не выжил. Один рискует жизнью ради победы. Другая — находит его, ведомая какой-то внутренней решимостью. Такими были Арт и Эллен. — На самом деле, Арт попадал в неприятности столько раз, сколько пытался победить Эллен, — заметил я. — Харе… Вы двое...— пробормотал он, отворачиваясь. Но Лена вмешалась. И, похоже, её это забавляло. — А вы знали… как он однажды едва не утонул, задержав дыхание в реке, чтобы победить Эллен в прыжках с обрыва? — Или как пытался украсть птичьи яйца, залез на дерево, упал, и проломил себе череп? — А ещё… когда он хотел повторить сальто Эллен со скалы — и вместо воды приземлился пластом на живот, потеряв сознание. — Или тот раз, когда он разозлился после поражения в фехтовании, замахнулся мечом — и сам себя отправил в нокаут! Я слушал в полном молчании. Все истории — об Эллен. Даже в обычные дни Арт был чем-то из ряда вон. Он отчаянно пытался победить её. Но чаще всего проигрывал. А мне было приятно это слушать. Истории о детстве Эллен… её друзья… её человеческая сторона. Гений остаётся гением с самого начала. Но даже она когда-то просто играла, смеялась, бегала по лесу… И мысль об этом щекотала внутри. Всегда стойкая, молчаливая Эллен — не всегда была такой. Но… всё это осталось в прошлом. Как бы я ни думал о ней — или она обо мне — нам не вернуться к тому, что было. — Ты десятки раз получал травмы, пытаясь угнаться за Эллен, — сказала Лена. — Может, пора остановиться? — Хватит, правда… — выдохнул Арт, опустив взгляд. Возможно, Эллен — неудачливая подруга детства. Но они не держали на неё зла. Ни Арт, ни Лена. — Арт живёт моментом, — сказала она. — Он не думает, что будет потом. Просто хочет попробовать всё, что делает Эллен. Даже если пострадает. Он не стал спорить. — А вот ты, Рейнхард, — она посмотрела на меня, — всегда был тем, у кого в голове целый вихрь. И так уже с детства. Сколько ни пытался — ясность, спокойствие, внутренняя тишина становилась всё более оглушающей. Прошло полтора месяца с тех пор, как я покинул Эдину. Сколько ещё? Месяц? Два? Если уйду сейчас — не смогу вернуться. Я уже понял: Луна не просто тянет время. Она проверяет меня. Если я не справлюсь с тревогой сейчас — она сломает меня в решающий момент. Даже достигнув мастер-уровня, я не смогу использовать силу, если в сердце будет страх. И потому… Я ждал. В одиночестве. В тревоге. И чем дольше ждал — тем сильнее эта тревога становилась. Даже когда моё укрепление тела достигало пика, даже когда контроль над маной становился безупречным — я не мог к этому привыкнуть. Мешало беспокойство. Проблема была не в силе. А в мыслях. Но я не мог перестать думать. Даже если хотел. Сказать мне «успокойся» — всё равно что предлагать съесть рис, когда я подавился виноградным соком. — Может, мне стоит вести себя как Арт? — пробормотал я. — … — Не стоит волноваться о засухе следующего года, когда собираешь картошку в этом, — Лена усмехнулась. И она была права. — Слишком много мыслей заставляют тебя волноваться о ненужном. Забудь о всём остальном и сосредоточься на одном. Эти слова были не новы. Я сам говорил их… когда впервые убил в Тёмных землях. Тогда Эллен, окровавленная, схватила меня за лицо и посмотрела в глаза. Сказала: «Сейчас не время думать. Просто делай». Позже Харриет сказала то же. Снова и снова — всё сводилось к одному: Мысли — не решение. Решение — действие. Но с тех пор, как я оставил обязанности, отпустил поводья — я начал тонуть в раздумьях. Навязчиво думал. Хотя знал, что это не помогает. Луна говорила: сердце болит, потому что ты слишком долго терпел. Лена говорила: не думай о том, о чём не должен думать. В то же время Арт просто делал. Его цель — поддерживать укрепление тела. Вот и всё. Никаких «а что если». Никаких «а вдруг». Я должен делать так же. Думать — не поможет. Только делать. — Хорошо, — сказал я. — Я попробую. Найти покой — даже когда он невозможен. Обрести ясность — даже когда мир рушится. Это и есть то, чего я ищу. Но даже мысль «не думай» — уже мысль. Когда ты тонешь в мыслях, принуждение «перестать думать» вызывает только ещё больше тревоги. Я начал размышлять о том, какие мысли мне не стоит думать. И снова вернулся к «не думай». И снова думал. Петля Мёбиуса. Сводившая с ума. — Мама… как перестать думать? Она посмотрела на меня. — Завтра пойдём кое-куда. Я надеялся, что наконец она научит меня чему-то. На следующее утро мои надежды разбились в прах… Клэнк. Луна рылась в кладовке. Вышла с лопатами. Кирками. Топором. Ломом. — …Ты вроде собиралась научить меня фехтованию или медитации? — Я разве это говорила? Она сунула мне инструменты. Мы пересекли хребет, ушли глубоко в лес. Цель: новая пашня. — Нам нужно расчистить участок. Готовься к настоящей работе. — Прости, что? — Ты сам умолял меня, о способе как перестать думать. — Да, но… — Нет ничего лучше, чем море работы. Она серьёзно? Очистить лес вручную?! — Только не используй божественные артефакты. — Мама… ты правда считаешь, что я должен это делать? — Если ты зовёшь меня мамой, но не ведёшь себя как сын — почему я должна обращаться с тобой как с сыном? Она улыбнулась. — Сына. Иди работай. Так я оказался в лесу. Один. С топором, лопатой, киркой — и огромной задачей. Я должен был не просто очистить землю. Я должен был забыть. Оставить мысли. Без магии, без артефактов. Я — воин ранга S. С магическим укреплением — монстр. Но топором… я никогда не пользовался. Я сосредоточился. Магия укрепления тела поднялась до предела — выверенная, точная, чистая. Силы у меня было с избытком. Но суть была не в том, чтобы просто рубить деревья. Я должен был овладеть магической закалкой на уровне, близком к совершенству. С этим намерением я встал перед первым стволом. Их было много. Целый лес. Смогу ли я полностью овладеть этой силой, прежде чем срублю последний? Сделал первый вдох. Лёгкий ветер шелестел листвой. Птицы щебетали где-то вдали. Тишина и концентрация. — Ха! Я размахнулся и со всей точностью опустил топор на дерево. Трeск. — Эм…? Сломалось не дерево. А рукоять топора.