Глава 42 — Глава 42. Открытие клиники «Отдельный дворец» (2)

Началась суета. Открытие клиники оказалось невероятно успешным – отдельный дворец наводнили посетители. Не пациенты, а именно клиенты. «Вот почему в любом деле так важен хайп открытия!» – ликовал Ракиэль. Хайп открытия – это главное. В драке это – «побеждает первый удар». В музыке – успех дебютного сингла. Именно он задает тон всему предприятию. Дальнейшая динамика, удержание позиций – все это потом. Сначала нужно выжать из ажиотажа максимум. Если он будет слабым, то и запала надолго не хватит. Но что сейчас? «Это грандиозный успех». Плечи сами собой затряслись от радости. Возможно, поэтому пациентка, чье запястье Ракиэль держал для диагностики пульса, вздрогнула. — Ой, простите… премного… то есть, виновата… Простите, Ваше Высочество! Женщина с редкими седыми волосами совершенно растерялась. Пусть прием и был бесплатным, пусть здесь не делали различий между сословиями и состоянием. Но это все же был отдельный дворец, а перед ней сидел наследный принц. Этот груз ответственности и давления она, видимо, стряхнуть не могла. Однако Ракиэль и виду не подал. Он не стал ее успокаивать или говорить что-то вроде «не стоит так переживать». «Такая реакция смутит ее еще больше». Человеческая психология такова, что запретный плод сладок. И слова «не переживайте» заставляют переживать еще сильнее. Если бы председатель крупной компании похлопал сотрудника по плечу и со смехом сказал: «Не напрягайся, ха-ха-ха», напряжение бы от этого никуда не делось. Именно поэтому Ракиэль лишь мягко улыбнулся, сделав вид, будто ничего не заметил. — К счастью, пульс у вас в норме. Вы говорили, что в последнее время по утрам и вечерам постоянно чихаете, нос заложен и болит, а из глаз текут слезы? — Да, да… Ваше Высочество. От его вежливого тона женщина напряглась еще больше. Услышать уважительное обращение от наследного принца – такое кого угодно повергнет в шок. Но Ракиэль не стал намеренно менять манеру речи. Ему так было удобнее. Он долгие годы работал врачом традиционной медицины. И теперь, оказавшись в кабинете собственной клиники, лицом к лицу с пациентом… Словно по профессиональной привычке, он легко вернулся к своей прежней вежливой манере. Это был тот самый «режим консультации», основанный на доброжелательности и внимании, – практически обязательный навык для врача. — Не стесняйтесь, просто расскажите о симптомах. Сейчас я не наследный принц, а медицинский работник. А вы – пациент. Так вот, эти симптомы обостряются весной и осенью, верно? Так было каждый год? — Откуда вы знаете? — У меня было то же самое. Это ринит. — Ринит…? — Это хроническое заболевание, так что полностью вылечить его будет трудно. Но я выпишу вам рецепт, который облегчит симптомы. Шарк-шарк! Он определил конституцию женщины по пульсу и выписал рецепт на Отвар Сочхонрён, который идеально подходил к ее типу. — У вас, скорее всего, плохой водный обмен. Это называется застой воды в желудке. Часто бывает ощущение, будто в горле клокочет мокрота, особенно после горячей жидкой пищи. Я прав? — Что? Да. Да, правы. — В отваре, который вы получите, много компонентов. Эфедра и корица окажут потогонное действие, пион и лимонник – вяжущее. Асарум и имбирь (сушеный) помогут убрать холод. Эфедра, лимонник и солодка поспособствуют снятию аллергической реакции. — А, да… — Вот, принимайте согласно рецепту. И обязательно соблюдайте дозировку и время приема. — Спасибо, спасибо вам, Ваше Высочество. — Не стоит. Принимайте отвар регулярно и приходите через десять дней. Следующий! Вошел следующий пациент. Так он проводил диагностику пульса, ставил диагнозы. Тем, кому требовались иглы, – ставил иглы. Иногда делал прижигание. Но в основном выписывал отвары. Все утро через его кабинет нескончаемым потоком шли люди. Приемы шли один за другим, без единой передышки. «Фух. Голова кружится». Слабое телосложение давало о себе знать – временами накатывало головокружение. Но Ракиэль стойко терпел. И в один из таких моментов… Дзынь! [Вы осмотрели достаточное количество пациентов и накопили опыт.] [На основе этого опыта навык <диагностика пульса> улучшается.] [Уровень навыка <диагностика пульса> повышен.] «Ого». Он втайне на это надеялся, и навык действительно развился. Глаза Ракиэля заблестели, как у щенка, которому предложили лакомство. [Навык: диагностика пульса Ур. 2] [Диагностирует состояние здоровья цели по ее пульсу. Результаты диагностики можно наглядно увидеть в <общем медицинском отчете>. Кроме того, пробужденные вами внутренние органы теперь могут консультироваться с соответствующими органами пациента для постановки более точного диагноза.] «…Что?» Ракиэль недоуменно склонил голову. Его внутренние органы будут консультироваться с органами пациента? Поначалу это прозвучало как какой-то бред. Но в следующее мгновение… Дзынь! [Внутренние органы присоединяются к диагностике пульса.] [Сердце разминается.] [Легкие делают глубокий вдох.] [Толстый кишечник исполняет танец вознесения миноги.] [Печень запасается энергетиками.] «…» Абсурд. Но еще абсурднее было то, что его внутренние органы действительно начали совещаться с органами пациента. [Сердце: Ребята, у нас свидание вслепую. Готовьте инструменты.] [Легкие: Волнуюсь… Кхм… Кха… ] [Толстый кишечник: Свидание вслепую? Я в деле, сэр! гг] [Печень: …Братья, очнитесь! Наш партнер – дедуля!] «…» Что здесь, черт возьми, происходит? Переваривая эту дичь, он ждал. Вскоре… Дзынь! [Получены результаты самоанализа внутренних органов.] [Сердце: …Нас обманули. С сердцем все в порядке.] [Легкие: Фух… Пфу… Отклонений нет.] [Толстый кишечник: Обнаружен легкий запор, сэр. В остальном чисто.] [Печень: У этого деда признаки гепатита. Ему бы пить бросить.] Гепатит? Алкоголь? Ракиэль мысленно обратился к печени. «Состояние печени совсем плохое?» Ответ пришел мгновенно. [Печень: Ага, гг Печень этого деда плачет. Говорит, с десяти лет каждый день перерабатывает алкоголь и уже пятьдесят лет страдает от хронической усталости. Если так пойдет и дальше, через пять лет ему точно кранты, гг] …Вот как. «А это довольно круто». Ракиэль почувствовал удовлетворение. Его пробужденные внутренние органы могли теперь напрямую проверять состояние и даже историю органов пациента. Он и представить не мог, что у диагностики пульса появится такая функция. «Нужно разбудить и остальные органы». Правда, как это сделать, он не знал. Может, если усердно лечить людей, то при каждом удобном случае будут пробуждаться новые органы? «Тогда я смогу получить от них больше ОЗ. И они смогут охватить больше областей при консультациях. Диагностика станет еще точнее». Точная диагностика. Нет ничего важнее. Для медицинского работника самое страшное – это ошибка в диагнозе. Ведь неверный диагноз ведет к неверному лечению, а значит, можно упустить драгоценное время, необходимое для исцеления настоящей болезни. — Что ж, почтенный, ваша печень серьезно повреждена. — А? — Поэтому вы постоянно чувствуете усталость, а цвет лица у вас желтоватый. Ваша печень истощена. Для начала я пропишу вам Отвар Сосихо. Попринимайте его десять дней, а потом посмотрим по состоянию – возможно, добавим Пилюлю Кэджибокрён. И еще… Взгляд Ракиэля, устремленный на пожилого пациента, стал острым. — С сегодняшнего дня вы должны полностью отказаться от алкоголя. — Ч-что? — Ваша печень разрушается. Если продолжите пить, не проживете и пяти лет. — Но я… — Без выпивки кусок в горло не лезет? Кивок-кивок. Голова старика затряслась в яростном согласии. Но Ракиэль отрезал: — Это приказ не медицинского работника, а наследного принца. Нарушите – посажу в тюрьму. «…» — Вы меня поняли? Кивок-кивок! На этот раз старик закивал еще отчаяннее. Ракиэль, впервые злоупотребивший властью, удовлетворенно улыбнулся и принял следующего пациента. ♣ Прошло трое суток. За это время Ракиэль принял множество людей. К счастью, пациентов в тяжелом состоянии пока не было. В основном все жаловались на невралгию, боли в суставах, проблемы с печенью, простуду или переутомление. «В этом-то и проблема». Вечером третьего дня, закончив прием, Ракиэль нахмурился, размышляя о проделанной работе. Дело было не в том, что не приходили тяжелые больные, способные принести ему много бонусной продолжительности жизни. «Доверие к моим врачебным навыкам пока невелико. Большинство приходит из любопытства, на авось. Это естественно. Со временем слухи о моем искусстве распространятся, накопится больше случаев исцеления, и тогда все изменится. Начнут приходить и пациенты с серьезными заболеваниями. Проблема в том, что будет дальше». Когда действительно придет тяжелобольной. Когда их станет много. Нужно было создать систему, которая позволила бы обеспечить им стабильный уход. «В нынешнем виде все это не годится». За три дня работы клиники «Отдельный дворец» он остро это ощутил. Самыми насущными проблемами были приготовление отваров и уход за пациентами. «Я поручил приготовление отваров служанкам, но… хм-м…» Поскольку это была для всех новая сфера, они работали очень неумело. Обработка лекарственных трав, периодическая проверка их состояния, контроль огня при варке отваров, процессы нагревания, охлаждения и отжима… Все это требовало опыта и чутья. «А с этим пока туго. Конечно, со временем они научатся, но мне не по себе от того, что нынешние пациенты становятся для них подопытными кроликами». Неправильно приготовленный отвар мог попасть к пациенту, и вред будет нанесен именно ему. Этого он не хотел. «К тому же, если палаты заполнятся пациентами, нуждающимися в уходе… при нынешнем положении дел это тоже станет проблемой». Сейчас мелкими делами в клинике занимались слуги и служанки. Но они были лишь дворцовой прислугой, а не профессиональными медработниками. «Нужен круглосуточный уход. Для этого необходим штат медсестер, которые будут дежурить в палатах посменно. Эх, были бы здесь сейчас Ким и Ли…» Он вспомнил своих коллег из клиники в Корее. Но здесь такой персонал был роскошью. «Здесь даже понятия „медсестра“ не существует». За это время он успел выяснить, что в этом мире не было ни такой концепции, ни профессии. Были только врачи и их ученики или ассистенты. Но людей, обученных исключительно уходу за больными, не было вовсе. Это было очень досадно. «Что ж, ничего не поделаешь. Придется отобрать самых способных из слуг и служанок и обучить их». Он досадливо поморщился. Решив поужинать, он сел за стол. Но стоило ему поднести к губам первую ложку… — Ваше Высочество! Бах! Дверь резко распахнулась, и в комнату ворвался лорд Гардин с встревоженным лицом. Не дожидаясь вопроса, он выпалил: — Тяжелый случай! Ракиэль не ответил. Вместо ответа он отложил ложку и встал. Вместе с лордом Гардином они почти бегом направились по коридору. — Где пациент? — Только что уложили в кабинете. Женщина, пятьдесят восемь лет, у нее страшный жар. — Жар? — Да. «…» Что за болезнь? По одному описанию было не угадать. Причин у сильного жара могло быть множество. «Надеюсь, ничего серьезного». С этой мыслью он ускорил шаг. Войдя в кабинет, он увидел женщину, лежавшую на кушетке. — Ваше… Высочество… приветствую… Женщине было под шестьдесят. Должно быть, из знатной семьи. Ее некогда аккуратная прическа растрепалась от пота. — Старший сын дома Динлайер приветствует Ваше Высочество. Ваше Высочество, спасите мою мать. Умоляю вас. Молодой человек, представившийся как молодой господин Динлайер, взмолился. Ракиэль спросил: — Когда это началось? — После обеда. До этого все было в порядке, но к вечеру она стала жаловаться на озноб, а теперь вот так… — Хм-м. С первого взгляда было ясно, что ее состояние тяжелое. Дыхание было поверхностным и прерывистым, она была на грани обморока. Ракиэль первым делом проверил пульс мадам Динлайер. Он использовал навык диагностики, задействовав даже консультацию с внутренними органами. Все это время он искренне молился, чтобы болезнь оказалась несерьезной. Чтобы он мог ее вылечить. И вскоре понял: на этот раз его молитвы не были услышаны. — Сыпной… тиф. Поставив диагноз, Ракиэль до боли стиснул губы. Сыпной тиф (epidemic typhus). Болезнь, вызываемая бактерией риккетсия (Rickettsia prowazekii). И это была та самая смертоносная острая лихорадочная болезнь, которая уничтожила четырехсоттысячную армию Наполеона во время его похода на Россию.