— Слушаюсь! – без колебаний отозвался Рейсенга. – Значит, часть моей территории будет находиться под непосредственным контролем Вашего Величества?
— Верно. Управлять большим участком земли хлопотно. Территория должна быть достаточно обширной, чтобы на ней можно было построить большой дом. Желательно, чтобы поблизости имелась дорожка и место, где можно набрать воды. Что-то вроде участка, на котором можно построить особняк.
— ...Д-да, я с удовольствием...
— Правда?
— Но, Ваше Величество, это не будет для меня наказанием. Если Ваше Величество желает, то, конечно, вы можете владеть особняком...
— Особняк будет принадлежать не мне, – рассмеялась Рукиэ. — Ты должен подготовить землю возле рудника. А именно – там, где можно будет сразу заняться добычей полезных ископаемых и с лёгкостью собрать материалы.
— Ваше Величество?! Возможно ли, что...
— Да, это дом для Тора. Большой дом, в котором также должна находиться мастерская.
— Да!
Похоже, Рейсенга понял намерение Королевы. Он открыл глаза и кивнул.
— Я понимаю. Оттуда легко можно будет добраться до шахты, а возле дома разобъём большой участок, чтобы Тор мог экспериментировать с алхимией!
— Правильно. Стоимость строительства особняка – это твои личные расходы. Предоставление земли, бюджета на строительство дома, мастерской и управление зданием на время отсутствия Тора. Это и будет твоим наказанием, – Рукиэ посмотрела на Рейсенгу. — Ты недоволен им?
— Нет. Вернее, я даже хочу этого!
— Дом Господина Тора в Замке Демонов. Но иногда он может захотеть обучаться где-нибудь ещё, – Рукиэ мягко улыбнулась под маской. — Тор хочет, чтобы все пользовались магическими артефактами, которые он создаёт, поэтому было бы неплохо устроить мастерскую не только в Замке, но и там, куда может прийти любой желающий.
— Я счастлив принять это наказание! – генерал Рейсенга стукнулся лбом об пол. — Благодарю, что дали мне возможность отблагодарить Господина Тора, Ваше Величество Рукиэ Эвергард!
— Я не хочу, чтобы ты был слишком уж доволен. Ты потерял часть своей территории и частной собственности. Разве это не наказание? – на губах Рукиэ играла улыбка. — В любом случае, ты должен отплатить Тору за то количество неприятностей, которое причинил ему, таким же количеством хорошего.
— Я понимаю! – генерал поднял взгляд и кивнул.
— На этом закончим. Кельв, у тебя есть что сказать по этому поводу?
— ...Преобразование магической силы... невозможно... Это...
— Хватит биться головой, ты повредишь колонну.
— Я слышал, что говорил генерал, – канцлер посмотрел на королеву, держась за лоб. — И думаю, что решение Вашего Величества является оптимальным. Генерал Рейсенга ведёт переговоры с Империей. Если наказание для него будет слишком суровым, Империя может этим воспользоваться.
— Переговоры с Империей...
Рукиэ припомнила отчёт, полученный ей ранее.
Разработка рудника ведётся на территории генерала Рейсенги, поэтому в данный момент нужно усмирить монстров, свивших гнездо в горе.
Для этого необходимо собрать воинов, но это место расположено вблизи границы с Империей. Будет проблемой, если их неправильно поймут, подумав, что территория демонов имеет намерения для вторжения.
Поэтому Рейсенга ведёт переговоры с Маркграфом Империи.
Шли также разговоры о совместном подчинении монстров.
...Но Империя — это страна, которая отреклась от Тора...
Королева Рукиэ не была уверена, можно ли доверять этой стране.
Она беспокоилась о том, стоит ли им объединяться для усмирения чудовищ.
— Кельв, я поручила переговоры с Маркграфом из Империи Рейсенге.
— Да, мы уже несколько раз обменивались письмами. В ближайшее время Маркграф приедет на территорию генерала. Верно, генерал?
— Да. Всё в точности так, как говорит Милорд Кельв.
— Что ж, тогда тебе следует продолжать заниматься этим, – сказала Рукиэ. — Однако не нужно принудительно проводить совместную операцию с Империей. С покорением монстров так или иначе могли бы справиться и наши собственные солдаты. Если ты считаешь, что другая сторона не заслуживает доверия, то можно прекратить переговоры.
— Ваше Величество, это...
— Что такое, Кельв?
— Если совместная операция с Империей увенчается успехом, это будет большим достижением, которого не добился даже Первый Владыка Демонов. Слава Вашего Величества также возрастёт.
— Я знаю. Если возможно, я хочу сделать это, – Рукиэ кивнула раздосадованному канцлеру. — Но не нужно проявлять чрезмерное усердие, ты понял меня, Рейсенга?
— Да, Ваше Величество. Я заверяю вас в преданности Огненного Генерала. Теперь моя дочь может жить в добром здравии, и для меня этого достаточно. Меня не заботит такая мелочь, как репутация.
Королева Рукиэ внезапно коснулась маски, закрывающей верхнюю половину её лица.
«Маска продолжает скрывать меня, – подумала она. – За последние несколько дней то, что раньше было важным, перестало иметь большое значение. Это случилось после того, как Тор прибыл на территорию демонов.
Разговаривая с ним, я могу не скрывать своё лицо. Мне казалось, это так весело... Прежде чем я осознала, я получила преданность генерала Рейсенги. Маска должна была помочь мне в противостоянии этому воину, который так ценит силу.
...Интересно, смогу ли я снять её в ближайшем будущем?
Агнис сняла свои доспехи.
Возможно, пришло время показать всем моё настоящее лицо».
— ...Мы отвлеклись, – сказала она вслух. — В любом случае, я уже назначила наказание. Отныне тебе придётся слушать Тора, и он не хочет тебя наказывать. Возможно, у него будут какие-то запросы насчёт мастерской, так что будь к этому готов.
— Благодарю вас. Я исполню любую просьбу.
— Угм. Спасибо за твою лояльность. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы быть Королевой, которая заслуживает твоей клятвы, – кивнула Рукиэ.
На этом аудиенция подошла к концу. Рейсенга поклонился и направился к выходу из тронного зала.
Когда минотавры, стоявшие у входа, открыли дверь, генерал вдруг обернулся.
— Кстати говоря... Ваше Величество, позвольте мне немного вас поправить.
— Что именно?
— По поводу клятвы Ифрита: Милорд канцлер сказал, что в случае нарушения клятвы смысл будет следующим: «Я не буду жаловаться, даже если ты заберёшь мою жизнь». Но это неверное толкование.
— Там ошибка?
— Если сначала вы скажете: «Я клянусь перед своим Господином», то слова канцлера верны. Если же поклясться кому-то без добавления этой фразы, клятва будет нести в себе иное значение, – сказал Рейсенга со смущённым видом. — Например... Если вы говорите это своему возлюбленному, то смысл будет таким: «Этим обетом я посвящаю тебе своё тело и душу. Это чувство будет продолжать гореть пламенем моей жизни».
— Хм. Интересно.
— Это важная клятва, поэтому мы редко её произносим, – Рейсенга отстранился и вздохнул. — И правда... дети быстро растут. Я счастлив, но в то же время чувствую себя одиноким.
— Хм?
— Извините, это всего лишь родительская жалоба. Прошу прощения.
С этими словами генерал Рейсенга удалился, оставив в тронном зале Королеву Рукиэ, склонившую голову, и канцлера Кельва, который держался за свой лоб так, будто осознал что-то.
Обновлено: 13.02.2026