По предложению Сураделя Белла постучала себя по подбородку и слегка кивнула.
— Это красивое имя. Но важнее всего мнение ребенка.
— Мне нравится.
Мне не нравилось, что этот ублюдок-преследователь продает мое имя, но я ненавидела мысль о том, чтобы жить под псевдонимом.
Затем Сурадель преувеличенным движением вытер грудь.
— Я рад, что тебе нравится. Вообще-то, Лия - это имя девочки, за которой я ухаживаю.
Боже мой.
«Оно течет даже снаружи чаши. Ты говоришь это вслух?»
П.п: человек с неправильным характером будет делать неправильные вещи, куда бы он ни пошел.
И это точно самка пингвина, а не девочка!
Неудивительно, что в глазах Беллы промелькнул абсурд, когда она услышала эти нелепые замечания.
Но проницательный Сурадель не дал ей шанса задать вопросы.
— Более чем, Лия. У меня есть один вопрос.
Отчаянно контролируя выражение лица, я посмотрела на Сураделя, сузив глаза, как бы спрашивая, зачем он зовет меня.
Он выгнул спину и повернулся ко мне лицом.
Может быть, из-за тени золотые глаза, полные жизненной силы, казались декадентскими.
«Он действительно красив. Грязный красавец.»
Когда мои глаза очистились, мои лицевые мышцы почти расслабились без моего осознания.
Но мне удалось прийти в себя и ожесточить выражение лица.
— Повернись от меня.
— Разве ты не боишься меня?
— Я не собираюсь быть съеденной, так почему я должна бояться тебя?
Я считала его незначительным, даже когда была пингвином, а теперь, когда я стала человеком, мне действительно нечего было бояться.
— Странно. Почему ты так уверена, что я тебя не съем? Это потому, что мы одной расы?
Расстояние между нами естественным образом сокращалось.
Это было настолько естественно, что если бы я не осознавала этого, то едва ли заметила бы, даже если бы наши губы соприкоснулись.
Сурадель смотрел на меня с характерной для него улыбкой.
Он произнес медленно. Сам того не осознавая, мой взгляд переместился на его румяные губы:
— К сожалению, косатки без колебаний охотятся на китов того же вида. Не говоря уже о том, что и на любой другой.
Внезапно расстояние стало настолько близким, что я почувствовала его дыхание.
В тот момент, когда его взгляд упал на мои губы, я рефлекторно закрыла глаза.
Шиик.
От его прикосновения рассыпавшиеся волосы упали мне за ухо.
— Ты нервничаешь?
— Э-э?...
Когда я открыла глаза, я увидела, что Сурадель схватился за живот и хмыкнул.
— Пуахаха! Даже то, как ты одурачена, мне по вкусу.
Поняв, что меня обманули, я вскочила со своего места.
— Этот мошенник!...
Теперь, когда у меня появились руки, я сжала кулаки, чтобы нанести ему удар.
Однако последующие замечания Сураделя истощили силу, которая собралась в моих руках.
— А... Что мне делать, Лия?
Он небрежно откинул назад свои прекрасные серебряные волосы.
— Я думаю, что эта сторона Лии лучше, чем та Лия, за которой я ухаживаю.
При этих словах у Сураделя было такое радостное выражение лица, какого я никогда не видела.
«Это большая проблема.»
Мой отец сказал, что нет лекарства от красивого сумасшедшего парня.
***
Отправив Лию в ее комнату, два оставшихся зверочеловека пили чай в гостиной.
— Сурадель. Что ты думаешь?
— Что?
— Не притворяйся, что не знаешь. Ребенок, который пришел сегодня... Не так давно ей удалось очеловечиться, но она уже так хорошо разговаривает?
— Да.
Зверолюди, которые родились животными, но сумели очеловечиться, не могли говорить так идеально, как Лия.
Их произношение было неправильным, и они произносили слова лишь в отрывочной манере.
Это было естественное явление, которое произошло потому, что они не изучали язык систематически.
— Разве это не странно? Даже не будучи социализированной, она ведет себя и говорит так естественно.
— Это странно. Но мама, наверное, тоже чувствовала. Кажется, что она пытается это скрыть, но сдерживаеться неуклюже и неловко.
Как бы опровергая это утверждение, Белла продолжила говорить.
— Кажется, она знает слишком много для той, кто жил как животное.
— Возможно, она созрела умом уже будучи животным. Иногда такое случается.
Белла нахмурила брови, как будто даже не могла себе этого представить.
— Это ужасно. Чем выше ее интеллект, тем сильнее должна была быть психологическая боль.
— Ну, она могла быть высокостратегичной мошенницей. Вы ведь еще не видели звериную форму Лии?
Обновлено: 15.02.2026