Глава 19 — Глава 19

В том же году Страна Нанмо, решив воспользоваться тем, что Империя Юньцин воюет и, таким образом, ослаблена – как думали в Нанмо, вторглись на север страны. Армия южных границ империи Юньцинь была полностью уничтожена. Человек средних лет и все те же семнадцать студентов Академии Циньлуан возглавили слабосильную тогда армию Юньцин, в которой насчитывалось пять тысяч солдат, главным образом пограничной армии, и тринадцать дней защищали Метеоритный город Северного озера. В ходе бесчисленных штурмов и ответных нападений было уничтожено около триста тысяч солдат армии Страны Нанмо. Число вражеских трупов едва не достигало высоты крепостных стен Метеоритного города. В конце концов, оставшимся, обескровленным дивизиям Страны Нанмо ничего не оставалось, как уйти. И около пятидесяти лет могущественная соседняя держава не беспокоила Империю Юньцин… В том же году этот человек средних лет вместе со студентами проехался по Империи, по ее внутренним областям, желая положить конец разгулу преступности и бандитизма – давней тяжелейшей проблеме Империи… Через месяц изумленные жители Империи обнаружили, что в городах и деревнях воцарилось спокойствие и законность, а самые свирепые и известные бродячие бандиты бесследно поисчезали… За те десять лет, что прошли с момента, когда этот человек явился в Академию Циньлуан, она превратилась из малоизвестной маленькой академии в Священное заведение, олицетворяющее славу Империи. Территория Империи, которая ранее постоянно уменьшалась из-за набегов соседей, за эти десять лет была увеличена вдвое… Песня о великом вкладе мастера Чжана в мощь Империи, песня, вдохновленная легендами о его победах, о крови его врагов, затопившей всё Метеоритное озеро, превратилась в своего рода гимн для всех молодых людей Империи. Гимн призывающий их следовать путем к Славе, не жалея своих жизней… …Ворочаясь в палатке, Линь Си не без усмешки думал: «Получается, что в Империи нет недостатка в гениях, которых постоянно выпускает Академия. В моей другой жизни в школьной и студенческой жизни встречались, конечно, отдельные зубрилы, но основная часть не училась, а уютно дремала в своих инженерных и математических классах. И просыпалась только к концу семестра, и, проведя несколько бессонных ночей, выправляла кое-как ситуацию, добиваясь необходимых оценок. Как же вы, мастер Чжан, сумели добиться такой зубрежки? Вы и в самом деле гений, как я думаю, и действительно заслужили такую славу и почести. Единственное, что я не понимаю – это зачем вы превратили отделения в современные «кафедры», и заменили привычных преподавателей на «лекторов» и «профессоров»? Линь Си сжал зубы, чтобы не рассмеяться… Во всем лагере стояла полная тишина, костры медленно догорали и гасли, погружая лагерь во тьму, которая лишь слегка освещалась озерными светлячками. Линь Си по-прежнему мучался бессонницей. Он начал считать овец. И понемногу стал уходить в страну сновидений. «Маленькая моя сестренка, мама и папа, я начинаю скучать по всем вам… Сестренка, ты знаешь, а эта Академия Циньлуан очень интересное место. При встрече я расскажу тебе о ней…». Усталый и обессиленный, он задремал. В палатке раздавался храп молодых людей. ***** – Линь Си, эй, просыпайся, лежебока! Нам нужно готовиться, вступительные экзамены вот-вот начнутся… Линь Си приоткрыл глаза и увидел встревоженного Мэн Бая, который тряс его за плечо. Когда Линь Си полностью открыл глаза то увидел, что всего товарищи уже на ногах, одетые в свои лучшие новые одежды и причесанные. Ли Кайюнь, Чжан Пин и Сян Линь стояли у входа. Солнечные лучи пробивались в палатку и слепили Линь Си Товарищи оживленно переговаривались. Лин Си, который хотя и не выспался, почувствовал, что ему легко и весело. – Он заснул намного позже, чем все мы, а до этого у него было длительное путешествие, - сказал товарищам Чжан Пин. Линь Си кивнул ему благодарно. Затем Чжан Пин сказал: Линь Си, тебе следует как можно скорее умыться в озере. Это поможет тебе быстрее проснуться. Нам необходимо иметь ясную голову – Поторопись, там уже приготовлено много вкусного, – щеки Мэн Бая были раздуты, он что-то жевал, как обычно. – Хорошо, я тоже переоденусь в новую одежду. Линь Си потер глаза, улыбаясь. Затем сел и потянулся к своей дорожной сумке, доставая оттуда комплект светло-красной шелковой одежды. – Почему она красная? – осведомился Чжан Пин. – Лин Си, у тебя и так природная светлая кожа. Если ты будешь носить одежду красного цвета, то будешь выглядеть немного женственно. – Одежду выбирала моя мама, сказав, что красный цвет благоприятен – Ты же не жених, – иронично заметил Чжан Пин. – Впрочем, на экзамен приехало и немало красавиц, кто знает, может быть, вы заинтересуетесь незамужней дочерью из какой-нибудь богатой семьи, и станете счастливым женихом. Линь Си, не слушая его шуток, оделся и вышел из палатки.