Глава 4 — Глава 2.2

Глаза Се Сюэчэня были холодны как лёд, и он не сказал ни слова. Уголки губ Му Сюаньлин изогнулись, когда она медленно приблизилась к губам Се Сюэчэня. Дыхание последнего становилось всё тяжелее по мере приближения Му Сюаньлин. Се Сюэчэнь не мог отступить, не мог избежать этого и мог только наблюдать за приближением противника. Его кулаки так крепко сжались, что костяшки пальцев побелели, но он не смог вырваться из хватки Му Сюаньлин. Как только кончики их носов соприкоснулись друг с другом, за дверью послышались шаги, за которыми последовал тихий стук в дверь. Напряженная атмосфера была нарушена несвоевременным звуком. Му Сюаньлин ослабила хватку на Се Сюэчэне, поднялась и, мягко улыбнувшись ему, проворно развернулась и направилась к двери. Она ступала легким и непринужденным шагом, и от ее ступней раздавался хрустальный звон. Се Сюэчэнь невольно посмотрел на лодыжку Му Сюаньлин, и его взгляд привлек колокольчик из белого нефрита. Этот колокольчик, вероятно, также был магическим оружием расы демонов, потому что его звук завораживал и даже сумел возбудить его разум. Се Сюэчэнь не спеша привёл в норму дыхание и проследил за движениями Му Сюаньлин, которая подошла и открыла дверь. В дверях стояла сгорбленная женщина преклонных лет с доброй улыбкой на морщинистом лице, она держала в руках поднос, на котором стояли фарфоровые чаши – там были две тарелки рисовой каши и одно блюдо с соленьями. - Барышня Му, мы только что услышали голоса, доносившиеся из вашей комнаты. Я решила, что ваш муж проснулся, и приготовила немного жидкой каши. Поешьте, в сельской местности сложно найти хорошую еду, чтобы попотчевать гостей, вы уж не обессудьте. Му Сюаньлин взяла поднос и сказала мягким и ласковым голосом: - Большое спасибо, матушка, мы оба как раз проголодались. Мой муж уже проснулся. Мы уедем завтра рано утром, чтобы не доставлять вам хлопот. Пожилая женщина улыбнулась и сказала: - Все в порядке. Местечко у нас захолустное, вы можете спокойно оправляться от своих травм, и не бояться, что вас догонят враги. От сына я слышала, что ваш муж серьезно ранен. Через несколько дней, когда рана заживет, вам еще не поздно будет уехать. Так уж получилось, что мой сын немного сведущ в искусстве врачевания и может помочь сменить повязки. Му Сюаньлин улыбнулась и сказала: - В таком случае прошу простить за беспокойство. Бабушка улыбнулась и махнула рукой: - Ничего, ничего. Я пойду, если вам что-нибудь понадобится, можете смело сказать. Когда старушка увидела лицо Се Сюэчэня, она подумала, что этот молодой человек действительно красив, но его лицо было слишком холодным, что заставляло людей испытывать страх при виде него. А вот девушка была способной, прелестной и располагающей к себе. Пожилая женщина вышла, закрыв за собой дверь. Се Сюэчэнь взглянул на рисовую кашу, а затем на Му Сюаньлин. - Хорошо, только что я солгала, - сказала Му Сюаньлин. - После того, как ты упал в обморок, мои меридианы были заблокированы, и я не могла пошевелиться. К счастью, мимо проходил охотник - сын этой женщины. Их семья спасла нас. Я, наконец, с трудом сломала печать и сказала им, что мы пара влюблённых, сбежавших из дома. Я молодая барышня из богатой семьи, а ты – бедный мастер меча из Цзянху. Члены моей семьи не одобрили наш брак и послали людей в погоню, чтобы убить тебя, поэтому они нас приютили. - Му Сюаньлин без малейшего стыда призналась в обмане, бросила на Се Сюэчэня кокетливый взгляд, улыбнулась и сказала: - Муж, как по-твоему, мы похожи на пару? Се Сюэчэнь проигнорировал ее обольстительный взгляд и с безразличным лицом спросил: - Это сын той женщины помог мне обработать раны? Лишившись своей силы, он не заметил дыхания людей снаружи, и снова был обманут этой демоницей. - Да, да... – неохотно подтвердила Му Сюаньлин, вздохнув. - Я признаю, что не обрабатывала твои раны и не видела твоего великолепного тела. Се Сюэчэнь холодно усмехнулся, сказав: - Демоны коварны по своей природе, а клан духов лучше всех поднаторел в обмане. Му Сюаньлин виновато произнесла: - Но одна фраза всё же была правдивой. - Какая фраза? - поинтересовался Се Сюэчэнь. Глаза Му Сюаньлин заблестели, когда она сказала: - То, что ты мне нравишься. Се Сюэчэнь: «...» Не злись, гнев порождает внутреннего демона. Не злись, гнев порождает внутреннего демона… Му Сюаньлин старательно подула на кашу, чтобы её остудить, и поднесла к губам Се Сюэчэня: - Муж мой, каша больше не горячая. Се Сюэчэнь с каменным лицом взял тарелку и ложку. - Мои руки в состоянии двигаться. Му Сюаньлин с разочарованным видом негромко пробормотала: - Очень жаль... Се Сюэчэнь: «...» Хотя Се Сюэчэнь воздерживался от употребления злаков*, его физическое тело сейчас было травмировано, а магическая форма повреждена, и он ничем не отличался от смертного. Употребление пяти основных продовольственных культур** должно было помочь восстановить его изначальную ци, поэтому, как только содержимое тарелки попало ему в живот, он почувствовал, как у него прибавилось немного сил. * избегать употребления злаков, чтобы обрести бессмертие (даосская практика). ** пять основных продовольственных культур - обычно рис, просо, ячмень, пшеница, бобы. Му Сюаньлин подперла подбородок рукой и с интересом наблюдала, как Се Сюэчэнь ест. Се Сюэчэнь даже когда ел, демонстрировал достойную осанку и благородные манеры. Увидев, что он закончил есть, Му Сюаньлин предупредительно забрала тарелку и спросила: - Как на вкус? Се Сюэчэнь вежливо кивнул. Му Сюаньлин улыбнулась и сказала: - Я добавила лекарство в кашу. Се Сюэчэнь внезапно застыл и повернул голову, чтобы посмотреть на Му Сюаньлин. - Не смотри на меня так свирепо, это всего лишь тонизирующее средство. - Му Сюаньлин невинно моргнула. – Сладких снов, выспись хорошенько, это полезно для твоего здоровья. На него напала сонливость, и Се Сюэчэнь тотчас ощутил, как сбилось дыхание, сожалея о том, что на какое-то время потерял бдительность и действительно съел еду, принесенную демоницей... Когда она умудрилась добавить лекарство? Что именно она хотела сделать? Прежде чем он успел что-то сообразить, он очутился в царстве грёз, заснув крепким сном. Се Сюэчэнь не знал, какое средство Му Сюаньлин подсыпала в кашу, но он действительно очень хорошо спал этой ночью, и его физические силы и энергия значительно возросли, но когда он проснулся, в его объятиях было то, чего не должно было быть – ароматное и мягкое женское тело. Посреди ночи в горах стоял сильный мороз и стужа. Ледяной лунный свет падал на край кровати сквозь щель в оконной решетке, смутно очерчивая тенями прелестный силуэт. Му Сюаньлин лежала на боку рядом с Се Сюэчэнем в тонкой ночной рубашке. Обеими руками она держалась за руку Се Сюэчэня, ее голова покоилась на его плече, ноги были слегка согнуты, а правая перекинута через него. Ее тонкая и легкая одежда соскользнула, обнажив ладную белокожую голень. Она крепко спала, дыша ровно и мягко. Горячее и влажное дыхание, сопровождаемое чудесным нежным ароматом, касалось шеи Се Сюэчэня, словно перышко, и, доходя до основания его уха, вызывало покалывающий зуд. Се Сюэчэнь очнулся от глубокого сна, и некоторое время не мог понять, не было ли то, что он видел перед собой, иллюзией. Через некоторое время он пришел в сознание, а затем внезапно затрясся, его зрачки сузились, и он инстинктивно использовал всю свою физическую силу, чтобы оттолкнуть Му Сюаньлин. Му Сюаньлин, ничего не подозревая, получила тычок ладонью Се Сюэчэня и тут же скатилась с кровати, с грохотом приземлившись на пол и сильно ударившись лбом. «Ай! - Му Сюаньлин вскрикнула от боли, растерянно усевшись на пол, потёрла рукой ушибленный лоб, и подняла голову, чтобы посмотреть на Се Сюэчэня на кровати. Ее глаза помимо воли подёрнулись дымкой, когда она обиженно пожаловалась: - Ты снова сделал мне больно». На виске Се Сюэчэня запульсировала жилка, и он крепко сжал кулаки, пытаясь успокоить свой взбудораженный разум. Его сердце Дао всегда было спокойным и безмятежным, а он был серьезным и умел держать себя в руках, редко проявляя излишние эмоции перед другими, но, возможно из-за ущерба, нанесенного его самосовершенствованию, Му Сюаньлин снова и снова вызывала его гнев. Се Сюэчэнь холодно посмотрел на Му Сюаньлин и спросил низким и хриплым голосом: - Почему ты здесь? Му Сюаньлин медленно поднялась с пола и уверенно сказала: - Мы муж и жена. Разве муж и жена не должны спать в одной постели? Се Сюэчэнь не сказал ни слова, только едва слышно выдохнул: - Хм. Они могут быть друг другу кем угодно, но никоим образом - мужем и женой. Му Сюаньлин забралась в кровать, не обращая внимания на застывшее лицо Се Сюэчэня, и закуталась одеяло, оставив снаружи только нежное маленькое личико. - Глава фракции Се, давай спать, - как ни в чем не бывало, сказала Му Сюаньлин. Се Сюэчэнь глубоко вздохнул, заявив: - Если ты спишь здесь, я пойду в другое место. С этими словами он собрался встать. Однако Му Сюаньлин схватила его за запястье. - Глава фракции Се, будь благоразумен. - Му Сюаньлин зевнула, глядя на него затуманенным взглядом с долей сонливости и долей улыбки. – Разве ты можешь победить меня сейчас? Лицо Се Сюэчэня напряглось, и он ничего не ответил. - Если я захочу что-то сделать с тобой, ты сможешь меня остановить? - Видя, что Се Сюэчэню нечего сказать в ответ, Му Сюаньлин слегка улыбнулась, похлопала по деревянному настилу кровати и, словно уговаривая капризного ребёнка, заявила: - Упрямец, ложись и спи. Се Сюэчэнь чувствовал, что его сердце Дао висит на волоске. Путь совершенствующегося мечника – скорее сломаться, чем согнуться*, и смело двигаться вперед, не боясь трудностей. Он с рождения был незаурядным, и никогда, ни на мгновение, не терпел такого унижения. Если он снесёт оскорбление, его сердце Дао будет нестабильным, если же будет стоять насмерть, он опасался, что не сможет сохранить свою чистоту. * предпочесть гибель капитуляции. Кроме того, противник всё ещё может опозорить его, утверждая, что он «строит из себя недотрогу...» Закрытые глаза Му Сюаньлин слегка приоткрылись, и в лунном свете она увидела смятение в глазах Се Сюэчэня. Она тихо засмеялась, отодвинулась к краю кровати, выделив побольше места для Се Сюэчэня, и клятвенно заверила: «Я не стану распускать руки, обещаю». Се Сюэчэнь на мгновение нахмурился, затем медленно лег на спину. Они вдвоем укрылись одним одеялом, но их разделяло расстояние в половину вытянутой руки. Му Сюаньлин действительно больше ни разу не коснулась его. Она спала очень сладко – всего лишь закинула ногу на талию Се Сюэчэня. Конечно же, ни единому слову демоницы нельзя было верить - Се Сюэчэнь не мог уснуть всю ночь.