Глава 85 — Глава 85

— Но сейчас я не могу этого сказать. — Его взгляд неопределенно задержался на её губах, где размазалась помада, а в голосе слышалось с трудом сдерживаемое возбуждение: — А до тех пор держи язык за зубами. — Г-господин. — Сюэ Чжэньчжэнь совсем запуталась. — Так когда же мне следует?.. Глаза юноши потемнели, а улыбка в уголках губ медленно исчезла. — Когда этот день придет... я сам дам тебе знать. * * * Резиденция принцессы, Шаньфан. Дом из синего кирпича и белой черепицы утопал в тени стройного бамбука и зеленых стеркулий. Дул прохладный ветерок, ветви шелестели — поистине тихое и уединенное место. Снаружи две маленькие служанки занимались уборкой. — Ты видела А-Юэ в последнее время? — Да, вчера столкнулись на маленькой кухне. А что? Первая служанка тут же оживилась: — А-Юэ ведь перевели прислуживать во Двор Свисающей Радуги. Неужели тебе не любопытно? Та, что живет там, — зазноба нашего господина. Говорят, он содержал её больше десяти лет, а потом умолил принцессу позволить забрать её в резиденцию. Она тяжело вздохнула, беспорядочно водя метлой по земле: — Как я ей завидую. А-Юэ, должно быть, прилично прибавили к жалованью. Её напарница лишь усмехнулась и, ничего не ответив, сосредоточенно продолжила подметать. Подруга не унималась, вцепившись ей в руку и по-всякому упрашивая, пока та наконец не вздохнула, ткнув пальцем ей в лоб: — Ты и правда глупая. — Она бросила взгляд на дом позади них. — Мы каждый день прислуживаем подле господина. Видела ли ты, чтобы за всё это время он хоть раз навестил ту, из Двора Свисающей Радуги? Маленькая служанка в замешательстве начала загибать пальцы: — В прошлом месяце он, кажется, ходил... и полмесяца назад тоже... один, два... два... Досчитав, она обомлела: — Всего два раза?! — Вот именно, — напарница посмотрела на неё с жалостью. — Глупышка, господин заходил к госпоже Хун лишь дважды, не считая той ночи, когда её привезли. И после этого её называют «зазнобой»? По-моему, она просто пара старых соломенных сандалий, которые выбросили за ненадобностью. Маленькая служанка не сдавалась: — Но... но есть ещё принцесса! Двор Свисающей Радуги выбрала сама принцесса, там так тихо и чисто, всё убранство по высшему разряду... — Ты и правда дурочка. На мой взгляд, наша принцесса — по-настоящему мудрый человек. — Другая служанка понизила голос. — Не знаю, как господин убедил её, но раз она согласилась, то, конечно, обставит всё красиво ради приличия. А что там на самом деле — кто знает, и кому какое дело? Ты не ходишь в переднюю часть поместья и не знаешь, а я слышала, что во Дворе Свисающей Радуги еду дают только утром и вечером. С наступлением зимы им даже корзины серебряного угля не выделили. В прошлый раз, когда я видела А-Юэ на кухне, она выпрашивала грубые дрова, оставшиеся после готовки... — Здравствуйте, господин! Она осеклась на полуслове, когда её напарница громко поздоровалась. Служанка тут же прикусила язык и присела в поклоне. Вэнь Чжисюань, словно не слыша их, прошел прямо мимо них. — Странно. — Как только его фигура скрылась за углом, служанки переглянулись. — Господин сегодня пошел в сторону... Двора Свисающей Радуги... * * * Вэнь Чжисюань действительно шел к Чжоу Жухун. Только что в кабинете он разбирал свои стихи, написанные за многие годы, готовясь издать сборник, и внезапно наткнулся на то самое стихорение, которое сочинил почти двадцать лет назад в трактире маленького городка. Тогда он был пьян, попросил у хозяина кисть и тушь и размашисто начертал строки на белой стене, выкрикивая их вслух. Когда он закончил, то ожидал бурных оваций, но толпа на мгновение затихла, а затем раздались лишь смешки. «Эти невежественные люди, ничего не смыслящие в поэзии!» Юный Вэнь Чжисюань пришел в ярость и уже собирался разразиться проклятиями, как вдруг из толпы донесся тихий, восхищенный вздох: — Как чудесно! Его глаза загорелись, он хотел было сказать «вы мне льстите, сударь», но увидел девушку в шляпе с вуалью. Встретившись с ним взглядом, она густо покраснела и поспешила скрыться в толпе. Конечно, он не мог позволить ей уйти. Это была их первая встреча с Чжоу Жухун... Вспоминая об этом спустя столько лет, Вэнь Чжисюань невольно улыбнулся. Он вдруг осознал, что давно не видел Жухун. Когда Линь Цинцин сама предложила принять Жухун в резиденцию, он был вне себя от радости. Его тронули великодушие и добродетель жены, и в тот миг его сердце наполнилось нежностью. Он твердил себе, что раз Цинцин так благоразумна, он должен относиться к ней еще лучше и ни в коем случае не бежать к Чжоу Жухун сразу после её переезда, чтобы не ранить чувства супруги. В эти дни они с Линь Цинцин проводили чудесное время. Поздней осенью лакомились крабами, в начале зимы собирались за горячим котелком, даже Сяо Чжэн изредка соглашался составить им компанию. Глядя на благородную жену и красавца-сына, Вэнь Чжисюань чувствовал глубокое удовлетворение. Поначалу он напоминал себе, что навестит Жухун позже, но шло время, и он действительно забыл, что в отдаленном дворе резиденции принцессы живет женщина, которая когда-то сбежала с ним из дома, последовала за ним за тысячи ли в столицу, скрывала свое имя и, наконец, в страхе вошла в этот дом. Если посчитать, в последний раз он видел Жухун... полмесяца назад. Стихотворение напомнило Вэнь Чжисюаню о ней. Он поджал губы и решил заглянуть во Двор Свисающей Радуги. Не забывать старую любовь, имея прекрасную жену — таков истинный стиль благородного мужа. Выйдя из дома, он тут же почувствовал холод. Вэнь Чжисюань хотел дойти до Двора Свисающей Радуги неспешной походкой, но на нем был лишь легкий халат цвета бамбука. Стало так холодно, что пришлось ускориться. Двор Свисающей Радуги располагался в очень уединенном месте, но, к счастью, стража знала свое дело. Увидев его издалека, охранник у ворот с бесстрастным лицом кивнул и тут же вошел внутрь, чтобы доложить. Только тогда Вэнь Чжисюань восстановил облик утонченного литератора и, заложив руки за спину, не спеша переступил порог. Чжоу Жухун уже вышла встречать его. Заметив явное удивление на её лице, Вэнь Чжисюань с нежностью произнес: — Жухун, я пришел поздно. Чжоу Жухун лишь часто закивала. Вэнь Чжисюань взял её за руку и улыбнулся: — Погода и впрямь холодная, пойдем в дом, там поговорим. Войдя внутрь, он на мгновение замер. — Почему здесь так холодно? — Его взгляд упал на изящную жаровню. Он возмутился: — Твои слуги совсем от рук отбились! В такую погоду даже жаровню не разожгли! Чжоу Жухун шевельнула губами, но не проронила ни слова. — Ладно. — Вэнь Чжисюань подошел и сжал её руку. — Жухун, ты уже привыкла к жизни в резиденции принцессы? Разве можно привыкнуть к жизни в «резиденции принцессы»? Чжоу Жухун не знала, что ответить, поэтому просто кивнула. — Вот и славно. — К счастью, Вэнь Чжисюань не собирался вникать в детали. Увидев её кивок, он удовлетворенно произнес: — Принцесса — очень добрый человек, не бойся её. Навещай её почаще, и она, конечно же, будет к тебе благосклонна. На душе у Чжоу Жухун стало горько, она не могла вымолвить ни слова. Она невольно бросила взгляд в сторону спальни и тут же отвела его. Вэнь Чжисюань долго о чем-то болтал, держа её за руку, причем большая часть его речей была хвастовством о нынешней жизни: какая принцесса нежная и покладистая, как благоразумен Сяо Чжэн... — Кстати, Жухун, ты ведь уже знаешь? Принцесса выхлопотала для Сяо Чжэна титул цзюньвана! — Он был в восторге. — Цзюньван! Даже некоторые настоящие принцы еще не получили титула! Чжоу Жухун выдавила улыбку. Вэнь Чжисюань недовольно нахмурился: — Сяо Чжэн ведь твой сын. У него блестящее будущее, неужели ты не рада? Её сын? Её сына забрали у неё, когда ему было восемь лет. Она плакала дни и ночи напролет в своем одиноком маленьком домике, едва не лишившись зрения. И только в этом году, когда она тяжело заболела, он навестил её один раз. — Ну ладно, вы, женщины, совсем не понимаете, что к чему. — Вэнь Чжисюань рассмеялся. Ради старой привязанности он решил не обращать внимания на эти мелочи. В комнате было слишком холодно, ему становилось всё труднее усидеть на месте, и лишь мягкая ладонь, которую он сжимал, дарила тепло. Сердце Вэнь Чжисюаня дрогнуло, и он потянулся к её поясу. — Жухун, мы ведь так давно не были близки. Только что выглядевший столь благородно мужчина прильнул к ней с вкрадчивой улыбкой, обдавая жарким дыханием: — Я слишком долго заставлял тебя томиться в одиночестве, это моя вина... Сегодня я как следует восполню это. Чжоу Жухун в ужасе поспешно оттолкнула его, вскрикнув: — Нельзя! Из внутренней комнаты донесся резкий звук. — Что это? — Вэнь Чжисюань недовольно обернулся. — ...Должно быть, мышь что-то уронила, — дрожащим голосом произнесла Чжоу Жухун, умирая от страха. — ...Я видела одну сегодня утром. — Мышь? Вэнь Чжисюань удивился. Он никогда не видел мышей в резиденции принцессы. «Должно быть, потому, что Двор Свисающей Радуги слишком заброшен», — решил он. Он продолжил расстегивать её одежду, тихо посмеиваясь: — Ну же, Жухун, не стоит ломаться... Губы Чжоу Жухун задрожали: — Не надо, не надо... Вэнь Чжисюань потерял терпение и больно прикусил её мочку уха.