Чжоу Чи был человеком слова. В сочельник я получила этот подарок как нечто само собой разумеющееся. Безупречный крой, мягкая ткань, яркий цвет.
Система облегченно выдохнула:
[А я уж думала, ты меня обставишь. К счастью, главный герой отправился в торговый центр, чтобы купить его. Ха-ха-ха, ты ведь не ожидала, что он окажется таким гермофобом, а? Кто станет покупать поношенные вещи с чужого плеча? Только человек, чью голову, как твою, лягнул осел…]
Система безжалостно глумилась надо мной, но мне было плевать.
— Ты сказала, он пошел в торговый центр, чтобы купить его.
После банкротства Чжоу Чи стал мишенью для своих бывших конкурентов. Он не мог устроиться ни в одну крупную компанию, не мог найти достойную работу. Ему оставалось только идти на стройки, склады и доки — заниматься изнурительным ручным трудом за поденную плату. Тем временем я, его капризная и тщеславная жена, проматывала его заработок в ту же секунду, как он попадал мне в руки.
Я поджала губы. «Четыре тысячи юаней… откуда у него такие деньги?»
Вскоре я узнала, откуда. Кто-то выложил фото в сеть. Из-за того, что парень на снимке был исключительно красив, фото на мгновение стало вирусным.
«Посмотрите, какого красавчика наняло наше домоуправление мыть окна. Хорош, правда?»
«Чертовски круто, я тоже хочу, чтобы ко мне в дверь постучал такой горячий парень… кхм, я имею в виду, почему наше управление не предлагает мойку окон? Одна звезда им за это!»
«Я живу в том же комплексе. Жилец сверху оказался таким беспечным: оставил цветочный горшок на подоконнике, и тот упал прямо на парня. Там была такая длинная рана, кровь просто хлестала. Напугало меня до смерти».
«Вот именно. И парень-то оказался покладистым: попросил только частную компенсацию. Будь я на его месте, точно бы их выставила на позор, пусть бы люди увидели, что за неотесанные соседи там живут!»
Ночью я тихо проскользнула в комнату Чжоу Чи. Назвать это «комнатой» было преувеличением; на самом деле это была просто раскладушка, стоявшая за временной занавеской в углу гостиной. Это было еще одно моё злодеяние — занять спальню и не пускать Чжоу Чи внутрь.
Я приподняла его рукав. И действительно: там была рана длиной почти десять сантиметров, безобразная и пугающая. Висеть на высоте двадцать шестого этажа, вцепившись в раму… Болтаться на одном тросе, спускаясь сверху вниз… Ловить на себе изучающие взгляды, пока моешь окна дом за домом…
Чжоу Чи, неужели ты уже тогда решил, что пойдешь в торговый центр за тем самым пальто?
— Ты даже не сказал мне, что ранен.
Рана была обработана лишь грубо. Чжоу Чи вел себя так, будто ничего не случилось. Во время ужина он дал мне яблоко, но не очистил его, как обычно. Он сказал: «Яблоко в сочельник нужно есть с кожурой. Только так мир, о котором ты молишься, останется целым».
Дело было не в кожуре. А в том, что его левая рука была повреждена. Он не мог удержать нож, поэтому сочинил неуклюжую ложь. И эта ложь обманула лишь глупую, порочную меня.
Нанося лекарство, я осторожно касалась старых шрамов на запястье Чжоу Чи. Вот этот — с того раза, когда у меня был жар и нужен был врач; он пошел на стройку таскать кирпичи и порезался инструментом, потому что не привык к такой работе. Вот этот — когда я заставила его купить мне золотое ожерелье; он пошел помогать кому-то в драке и получил удар стальным прутом по левому плечу. И этот, и тот…
Я пыталась сдержать эмоции, но чем сильнее старалась, тем больше слез катилось из глаз. Система попыталась утешить меня:
[Перестань плакать. Как по мне, так это ты — неудачница. Выйди ты за него год назад, была бы светской львицей. Одно только приданое составило бы несколько зданий. Вместо этого ты ничего не получила. Оказалась в подвале в тот же миг, как появилась здесь. Что плохого в том, чтобы потратить немного его денег?]
Я должна была ненавидеть Чжоу Чи. Ненавидеть за банкротство, за нищету, за неспособность обеспечить мне хорошую жизнь. Но что чувствовал он? Некогда любимец небес, он рухнул в грязь. Терпел насмешки, унижения и косые взгляды, выполняя тяжелую работу под палящим солнцем. А когда возвращался, его встречали капризные обвинения жены: «Ты такой неудачник, такой никчемный. Даже украшения купить не можешь. Будь я на твоем месте, давно бы руки на себя наложила».
В безмолвной тишине ночи, Чжоу Чи, когда ты смотришь на этот облупленный сырой потолок… Помнишь ли ты себя прежнего — окрыленного, с безграничным будущим?
Снаружи выл холодный зимний ветер, а у мужчины, лежащего внутри, дрожали ресницы. Я прижала щеку к его ладони, и мои слезы медленно пропитали его запястье.
— Система, когда Чжоу Чи попросит у меня развод?
Я больше не хотела творить зло, не хотела издеваться над ним. Этот сочельник был тусклым, а яблоко — горьким. Если бы он просто развелся со мной… Перестал бы он так отчаянно вкалывать? Перестал бы работать на трех работах в день? Перестал бы получать раны?
Обновлено: 20.02.2026