Том 1 Глава 49

Роман смотрел на развалившегося на круглой площадке маленького ребёнка и поглаживал бородку, похожую на ласточкин хвост. — Хорошая работа. Человек в чёрной мантии позади него глубоко поклонился. Адъютант виконта Романа с робким выражением лица переводил взгляд с ребёнка на хозяина и волшебника. — Т-так и должно быть? Вы похитили дитя судьбы!.. — Мы лишь вернём её на положенное место. Это не похищение. — Но если Его Светлость узнает… — Сейчас прекрасный момент, пока он отвлечён на шпинель. Смеясь, Роман ткнул лежащую на животе Ривлеин ногой, переворачивая её. — Ха, что мне до этого? — пробурчал он, и тут. Скр-ип… Раздался стон ржавых дверных петель, и кто-то вошёл. — Председатель! — поспешил к нему Роман с радостным лицом. — Что такое случилось, что ты позвал меня сюд… — председатель не договорил, увидев лежащую на платформе Ривлеин. Его лицо тут же застыло. — Что ты натворил?! — Это доказательство моей лояльности Вам. Где ещё можно найти подобное доказательство? Дерзкое похищение ребёнка судьбы из-за забора Дювлета. — Осталось только продать девку работорговцам, и дело сделано. О, можете быть спокойны! Я предвидел нечто подобное и переманил волшебников крепости на свою сторону. Поставленный барьер никогда не… — Ты псих, — от этих слов Роман, вещавший с раздутым от гордости видом, резко остановился. Он повернул голову к внезапно поднявшейся и сидящей Ривлеин. — Ты дулак? Ты дейстивтельно велишь, что бальел смозет остановить гаспадина гецога? — Что? — лицо Романа покраснело. — Как ты смеешь так говорить!.. Он, громко топая, подошёл к Ривлеин и поднял руку. Однако он не смог ударить её по щеке, так как кто-то крепко схватил его запястье. Это был председатель. — Что ты делаешь с повелительницей?! — …Что? Повелительницей? Роман переспросил с ошеломлённым лицом. За дверями что-то взорвалось и раздался топот рыцарей. Растерянный адъютант Романа крикнул волшебнику: "Барьер!" — тот сразу стал ставить барьер, но едва начала, как застонал: — "Кха!.." Это было следствием магического воздействия на Ривлеин. После того, как на неё напали, герцог наложил на девочку заклинания. Это были магическая защита, отслеживание и проклятие. Любой, кто применял магию к Ривлеин, получал разрушение маны в своём теле. Роман почувствовал, что ситуация идёт не по плану. — Ч-что… Что случилось?.. Сидящая на площадке Ривлеин, глядя на Романа, сказала председателю. — Двель заклой. (Дверь закрой.) — Что? — Я вылублю ево до плохода гаспадина гецога. Под ногами Ривлеин поднялась печать. *** Я тряхнула руками и посмотрела на упавших на пол Романа, его адъютанта и волшебника. Председатель рассеянно глядел на них, валявшихся, словно груда обгоревших поленьев. — Вы точно фальшивое, а не настоящее дитя судьбы? — Ага, — небрежно ответила я, разглаживая руками измятую юбку; председатель сухо сглотнул. — Поверить не могу. Такая сила в четырёхлетнем теле… — Я так не думаю, — пробормотала я, сжимая и разжимая руки. "Ещё недостаточно." До возвращения в детство я часто видела, насколько сильны папа и Мина. В этой жизни наблюдала, насколько сильны двое молодых господ. "Даже сила, что использовал Буне в моём теле, не была такой большой." Это была действительно огромная мощь. Вероятно, понадобится очень много времени, чтобы достичь подобного уровня. "Герцог, отразивший силу Буне, поистине чудовищен." У меня мурашки пробегали по коже от воспоминания, как герцог раз за разом ломал барьер Буне, проходя ко мне в зале аудиенций, где волнами бушевала божественная сила, хлынувшая в первый раз. Тут с грохотом — бум! — вылетела дверь. Когда она отлетела, показалось чудови… нет, герцог. За ним хлынули Анри и Изаак, волшебники и войско. — Что за глупцы нашу малышку… — глаза вопившего Изаака округлились. — Побеждены? Уже догадывавшиеся о преступнике люди растерялись. Анри нахмурившись осматривался. — Что произошло? Его взгляд дошёл до председателя. Тот покосился на меня, и тотчас на мне скрестились и взгляды Дювлетов с воинами. — Ну, это… — я завращала глаза и резко указала на председателя: — Дедуфка спас меня! — Спас? — глаза Анри были полны сомнений. Так же как у Изаака, герцога и воинов. Падший Роман — лицо председателя верхней палаты парламента, общественный парламентарий, так зачем бы председатель победил одного из своих вассалов и спас меня? Отношения между председателем и герцогом были ужасно скверными, что делало ситуацию ещё более странной. — Плохой дядя мутил меня, а дедуфка наказял ево. Пасиба, дедуфка, — сказала я нарочито по-детски и пнула председателя по ботинку. Он покосился на меня и открыл рот: — Благодарить меня излишне. Я не смог заранее предвидеть действия своего подчинённого, поэтому на некоторое время юная госпожа оказалась в опасности, так что я был бы виновен в её смерти. То, что я рано прибыл и сумел предотвратить худшее, — вот единственное утешение старика. Чтобы помочь председателю, я подбежала к герцогу — топ-топ-топ. И повисла на его ноге с плаксивым видом. — Мне было стласно. Анри и Изаак тут же кинулись ко мне. — Ты так испугалась, Ривлеин. Прости, что не смогли прийти ещё быстрее. — Я прибью этих ублюдков! Хоть они уже и были чуть ли не при смерти, я поддакнула и сильно закивала. Но герцог был не так прост, как Анри и Изаак. Обняв меня, он продолжал с подозрением смотреть на председателя. "Тогда спецприём." Я повисла на шее герцога: — Папа… подём домой. Лишь после этого он перевёл взгляд на меня. Я сделала максимально жалостливое лицо. — Хорошо. Возвращаемся. Герцог понёс меня на руках, постукивая по спине. Я уткнулась лицом в его шею. "Кажется, действительно успокаивает." Видимо, я всё же немного испугалась. Герцог возвращался, словно ничего не случилось. Я скрытно одними губами сказала председателю: "Работай по плану. Помалкивай. Подтверди". Он кивнул. Этой ночью он проявил все свои таланты. Молодые господа, что, не зная этого, сунулись в подземную темницу, чтобы отрезать виконту Роману голову, вернулись с пустыми руками. Трое свидетелей моей силы умерли. *** Несколько дней спустя я встретилась с председателем в оранжерее. "Страшный человек." Прищурившись, я смотрела на председателя. — Я не плосила убивать их. (Я не просила убивать их.) — И без слов ясно, что виконт Роман — заказчик, его адъютан набивал брюхо, разгребая всякий мусор за ним. Волшебник же похищал стариков. чтобы проводить над ними опыты. — …Тогда ты плавильно их убил, — я довольно хмыкнула, отпив апельсинового сока через соломинку. — Шпинель? В ответ председатель поставил на стол небольшой ящичек. — Как мы и обговаривали, с помощью божественной силы удалось добыть эту шпинель за три дня. — Сколько дней понадобися, стобы подготовиться к войне с Клюгелом? — Хватит половины месяца. Я попросила у председателя ещё кое-что. Это были работники, которые соответствовали новому статусу Селии и были достаточно смышлёные, чтобы сработаться с ней. — И нузно пелеместить добытую шпинель в указанное место. Вы взяли с собой волсебника? Нужно переместить её сегодня. — Вы весьма экономны. Что же юная госпожа сделает для меня? — Вы полусите 2 плоцента от добыти шпинели. Он выдохнул и невольно рассмеялся. — Я председатель верхней палаты парламента от Дювлета и первый человек в империи по капиталовладению. У меня нет недостатка в богатстве. — Хм… — К тому же юная госпожа прекрасно знает, чего я желаю. — … Я надула губы. — Знаете, сколько аристократов желало меня получить? Даже мой предки волновались, что я не дал им клятву верности. Церковь и крупнейшие аристократические семьи протягивали мне руку. — Но? — Кто бы могу подумать, что в последние годы жизни я буду на побегушках с мелкими поручениями у маленького ребёнка… — сказал председатель, придав лицу измученный вид. Я похлопала его по плечу — тук-тук. — Я поняла. Тепель председатель мой. Халасо? После чего председатель принял ещё более недовольный вид. — Мне не нравятся столь трогательные речи. Хоть меня и пугали мужчины, и я даже испугалась его при первой встрече, но сейчас председатель казался мне милым дедулей. — Тогдя пойдём. — Куда? Я усмехнулась и ответила: — Надувать Церковь. После чего отправилась в кабинет герцога. Там собрались все вассалы во главе с виконтом Твиботом, дискутируя о шпинели. — Вы пришли, юная госпожа? С некоторых пор я спокойно могла входить и выходить из кабинета, даже если у герцога проводилось совещание. После обмена приветствиями я подошла к письменному столу, и герцог привычно посадил меня на колени. — Если так пойдёт, то мы вынуждены будет отказаться от битвы с Крюгером. — Даже императорской семье придётся нас понять. — Жаль добычи от захвата королевства Крюгер, но… Я, глядя на шпинель, что вертел в руках герцог, воскликнула: "Камушек!" — Это шпинель. Ценный минерал. — Неть. — Что? — Она нитего не стоить. Её много. Тут вассалы одновременно переключили на меня внимание.