Глава 64 — Глава 64. Сговор и клевета

Глава 64. Сговор и клевета — Прости… Я правда не думала, что бабушка велела позвать тебя именно ради этого. Вечерние сумерки сгущались за окнами уютного ресторанчика, где друг напротив друга сидели Су Мусюэ и Чжао Сяо. Чжао Сяо отправил в рот очередную ложку риса и, не потрудившись прожевать, прошамкал с набитым ртом: — Да ладно тебе, не ты же заставляешь меня подменять Су Сяна. К чему эти извинения? — Он проглотил еду, поднял голову и, хитро прищурившись, хохотнул: — А если тебя и впрямь мучает совесть и ты не хочешь, чтобы твоя безмозглая родня меня клевала, может, просто дашь мне вольную? Пока он говорил, несколько рисинок вылетели изо рта, приземлившись на скатерть. Су Мусюэ, только что испытывавшая уколы вины, мгновенно посуровела. Взгляд её стал ледяным: — Мечтай! — И потом, ты сама обещала меня защищать. Или уже передумала? Чжао Сяо с трудом проглотил огромный ком еды и картинно вздохнул: — Эх, я так и знал. Очередная женщина, ослепленная моей красотой, ищет любой повод, лишь бы удержать меня рядом. Поняв, что Чжао Сяо ни капли не расстроился из-за случившегося, Су Мусюэ почувствовала облегчение, и напряжение отпустило её плечи. — Кстати, а что вообще случилось с Су Сяном? Почему его арестовали? — Откуда мне знать? — Чжао Сяо пожал плечами с самым невинным видом, разводя руками. Су Мусюэ подозрительно прищурилась: — Ты думаешь, я поверю? Как утверждали Су Пинху и его жена, сделку о поглощении провернул именно Чжао Сяо. Логично, что если Чэнь Цзя собиралась требовать долг через суд, она должна была искать Чжао Сяо или подавать иск непосредственно на Медицинскую корпорацию «Дахэ». Су Сян тут вообще был бы ни при чем. Чжао Сяо скривил губы: — Честное слово, без понятия. Может, это карма? На самом деле, именно он подсказал Чэнь Цзя обратиться в полицию. Но посвящать жену в детали он не собирался — меньше знает, крепче спит. Да и объяснять пришлось бы слишком многое. Су Мусюэ пронзительно посмотрела на мужа. Интуиция кричала ей, что он лжёт, но вёл он себя настолько естественно, что придраться было не к чему. Вздохнув, она отогнала сомнения: — Видимо, Су Сян своим отношением просто вывел старуху Чэнь из себя, вот она и заявила на него. Но, может, это и к лучшему? Теперь бабушке придётся заплатить. Не успела она договорить, как к их столику подошли двое полицейских. Один из них извлек документ: — Господин Чжао Сяо? Медицинская корпорация «Дахэ» подала заявление о том, что вы присвоили средства компании в размере сорока миллионов. Будьте добры проследовать с нами для выяснения обстоятельств. — А? Рот Чжао Сяо приоткрылся, и кусок мяса, который он только собирался прожевать, шлепнулся обратно в тарелку. Он тряхнул головой, словно пытаясь вытрясти воду из ушей, и, убедившись, что не ослышался, выругался: — Твою ж мать! Когда это я успел присвоить сорок миллионов у «Дахэ»? Даже если бы он захотел что-то присвоить, это можно было бы сделать только *после* перевода денег Чэнь Цзя! А в тот момент деньги переводила сама Чэнь Цзя ему на счет, так что технически это никак не могло быть хищением средств корпорации. Су Мусюэ, в растерянности поднявшись с места, воскликнула: — Вы, должно быть, ошиблись! Я президент Медицинской корпорации «Дахэ», а Чжао Сяо — мой муж. Я могу с уверенностью заявить, что он не брал ни цента из кассы компании! Офицер с ордером на арест сухо ответил: — Наша задача — доставить подозреваемого. Детали нам неизвестны. Если у вас есть вопросы, обратитесь к вашему председателю совета директоров. Заявление подала именно она! Затем он повернулся к Чжао Сяо: — Вставайте, идемте с нами. Чжао Сяо, прищурив глаза, медленно поднялся и жестом остановил готовую разразиться тирадой жену: — Не паникуй. Я съезжу с ними, разберусь, что к чему. — Я сейчас же поеду к бабушке, узнаю, что происходит! --- Чжао Сяо доставили в Городское управление уголовного розыска, в отдел по расследованию экономических преступлений. Стоило ему переступить порог, как он увидел всё семейство Су в полном составе. Заметив его, они, словно стая стервятников, бросились навстречу. — Чжао Сяо, ты, никчемный приживал! — Семья Су приняла тебя, дала кров, позволила проявить себя, а ты чем отплатил?! — Куда ты дел сорок миллионов на покупку «Цзягэ»? Ты хоть понимаешь, что из-за того, что ты не заплатил, Сян оказался за решеткой?! — Офицер! Дело не в том, что мы не хотели платить, всё это устроил вот этот тип! Как только он вернет украденное, мы немедленно рассчитаемся с Фармацевтической торговой компанией «Цзягэ»! Родственники галдели наперебой, обвиняя его во всех смертных грехах, словно Чжао Сяо был самым страшным злодеем на свете. Из потока их брани картина прояснилась. Уголок рта Чжао Сяо нервно дернулся: — Охренеть… Я-то думал, семья Су — это просто кучка эгоистов, неспособных договориться даже о цвете обоев, а вы, оказывается, умеете сплачиваться! Жаль только, что ваше единство направлено не туда и не на того человека. Ради того, чтобы заполучить «Цзягэ» бесплатно, они решили коллективно его подставить. Сунь Яфан фыркнула, брызгая слюной: — Пытаешься оправдаться? Бесполезно! Мы все свидетели, мы все подтвердим, что ты забрал эти сорок миллионов! Это ты не расплатился за компанию, наш Сян тут совершенно ни при чем! Гу Цуйцю яростно закивала, поддерживая невестку: — Именно! Мой мальчик не виноват! Когда он менял права собственности и проводил слияние с «Цзягэ», он и понятия не имел, что ты не перевел деньги! Разве стал бы он иначе это делать? — Товарищ полицейский, вы должны нам верить! Мой сын невиновен, мы все стали жертвами обмана этого Чжао Сяо! Шум стоял такой, будто это был не полицейский участок, а овощной рынок в час пик. Следователь, ведущий дело, громко рявкнул: — Достаточно! Ваши показания зафиксированы. Если проверка подтвердит ваши слова, мы отпустим Су Сяна. А пока — идите домой и ждите уведомления. Он кивнул конвойным, чтобы те уводили Чжао Сяо. — Ну всё, Чжао Сяо, готовься гнить в тюрьме! — бросил кто-то из толпы. Достигнув цели, члены семьи Су со злорадными ухмылками покинули здание управления. У выхода они столкнулись с запыхавшейся Су Мусюэ. Она не нашла дома Хуань Цзиньхуа, но слуги проболтались, что Сунь Яфан и остальные поехали в полицию свидетельствовать о том, что Чжао Сяо украл у корпорации сорок миллионов. Увидев довольные лица родственников, выходящих из участка, Су Мусюэ вскрикнула: — Как вы могли?! Всем было известно, что это Хуань Цзиньхуа и Су Сян решили «кинуть» продавцов и присвоить «Цзягэ» даром. А теперь они перевернули всё с ног на голову, сделав козлом отпущения Чжао Сяо. Сунь Яфан подскочила к ней и с размаху влепила пощечину: — Чего разоралась? Он жрет наш хлеб и живет в нашем доме, пусть хоть какую-то пользу принесет! К тому же, меня от одного его вида тошнит. Отличный шанс упечь его подальше, желательно навсегда. — Я этого не допущу! Я сейчас же пойду и дам показания в его защиту! — Су Мусюэ прижала ладонь к горящей щеке. В этот момент в её сердце что-то оборвалось — последние крохи уважения к родне рассыпались прахом. Но Сунь Яфан вцепилась в её руку мертвой хваткой: — Какие еще показания? А ну живо домой! Пусть этот нищеброд сам выкручивается! Понимая, что одной ей не справиться, Сунь Яфан крикнула Гу Цуйцю и Су Пинчжэнь. Женщины навалились скопом и силой потащили упирающуюся Су Мусюэ прочь, не давая ей возможности разрушить их план. --- В тесной камере для допросов, размером четыре квадратных метра, Чжао Сяо ритмично постукивал пальцами по металлическому столу. На губах играла холодная усмешка: — А семейка Су — забавные ребята. Не вышло заставить его сесть добровольно — решили оклеветать. Ради сорока миллионов они окончательно потеряли человеческий облик. Дверь распахнулась, и вошел следователь. Он швырнул на стол перед Чжао Сяо папку с документами: — Это показания тех, кто тебя обвиняет. Есть что сказать? Чжао Сяо лениво пролистал пару страниц, бросил папку обратно и развел руками: — Я невиновен. Что тут еще скажешь?