— Жуть какая-то.
— Да не пялься ты просто так, помоги давай, придурок.
— А снимать тогда кто будет?
Дже Ён, ответивший Вон У, который только что его отчитал, отступил на шаг. Ворча под нос, Вон У изо всех сил нажал на рычаги болтореза. Раздался скрежет, с которым поддалась ржавая цепь. Бросив инструмент, Вон У распутал обрывки цепи. Тишину записи наполнили лишь его тяжелое дыхание и металлический лязг.
Наконец, сняв намотанные цепи, Вон У отодвинул засов. Засов, к которому явно долгое время никто не прикасался, со скрипом поддался и загрохотал. От времени дверная рама перекосилась и просела, из-за чего створки закрывались неплотно.
С трудом распахнув дверь, Вон У закашлялся. Даже в темноте было видно, как густая пыль, осевшая внутри, вырывается наружу вслед за открывающейся дверью.
— Ух, блин. Пылищи-то сколько.
Проворчав это, Вон У первым вошел внутрь. Камера Дже Ёна последовала за ним. Вон У, на голове которого был закреплен фонарь, задрал голову и указал на потолок.
— О, это еще что за странная хрень?
Объектив камеры направился на потолок. В этот момент Джи Ан невольно подался вперед. Ю Чхан, наблюдавший вместе с ним, недоуменно спросил:
— Что это? Не на вечеринку же они собрались.
В луче налобного фонаря показался бумажный талисман в форме человеческой фигурки. Подвешенный на нити в самом центре потолка, он казался настолько ветхим, что, казалось, рассыплется в любой момент.
От этого талисмана в восемь сторон расходились сплетенные из тонких и длинных полосок белой бумаги ленты, напоминающие по форме сеть.
Как и сказал Ю Чхан, это походило на украшение для детского праздника. Однако Джи Ан прекрасно знал, что это такое. Помолчав немного, он произнес:
— Это Блокирующая цепь восьми врат. Магическая формация для заточения призраков.
— Что?
Глаза Ю Чхана округлились. Блокирующую цепь восьми врат обычно устанавливали Мастера-заклинатели, читающие сутры для изгнания духов, чтобы связать и удержать злых сущностей. Однако было совершенно непонятно, зачем подобное установили в обычном складе посреди горы.
К тому же, из-за сложности подготовительных работ, использовать эту формацию мог далеко не каждый Мастер-заклинатель. У каждого мастера были свои методы изготовления бумажных атрибутов и способы установки преграды. Обычно эти секреты не передавались даже ученикам.
В современном мире осталось лишь несколько человек, способных на подобное.
— Давайте смотреть дальше, — сказал Джи Ан, не отрывая взгляда от экрана.
Вон У, смотревший на потолок, озадаченно склонил голову, а затем снова огляделся. Луч фонаря медленно скользил по пустому складу.
Не успев сделать и четырех шагов, Вон У замер на месте. Камера Дже Ёна все еще снимала потолок, поэтому был слышен только голос Вон У:
— Эй, эй-эй... Твою мать, это еще что такое? Что это, я спрашиваю?!
В его голосе, полном паники, отчетливо слышался первобытный ужас. Дже Ён спросил «Что там?» и перевел камеру. В следующий же момент на дрожащем экране четко проявился силуэт.
Это был человек.
В ярком свете фонаря кто-то сидел. Прислонившись спиной к стене, замерла молодая женщина. На вид ей было немногим больше тридцати. Волосы, собранные в хвост, растрепались, одежда была самой обычной.
Босая женщина, обнимавшая что-то руками, смотрела прямо перед собой. Её широко раскрытые глаза были пустыми и невидящими.
Ё Хын на мгновение поставила видео на паузу. Женщина на застывшем кадре выглядела абсолютно живой. Если бы не мертвенно-бледное лицо и следы крови, стекавшие по безвольно поникшей шее, не было бы ничего удивительного, если бы она вдруг встала и заговорила.
— О-она... она правда мертва? — запинаясь, спросил Ки Джу.
Даже с учетом холодной погоды на теле не было заметно никаких признаков разложения или повреждений. Женщина выглядела так, словно была жива.
Ё Хын молча снова нажала на кнопку воспроизведения. Было видно, как застывший от ужаса Вон У осторожно подходит к женщине и кончиками пальцев толкает её в плечо.
— Эй... послушайте... вы...
В ту же секунду сидевшая женщина медленно завалилась на бок. Движение было совершенно безжизненным. Увидев, как она рухнула, словно полено, Вон У попятился и споткнулся, упав на землю.
— Бля-я-ять! Мертвая! Она мертвая! Труп! Это труп! Уходим! Уходим, Юн Дже Ён! Черт, бежим отсюда!
Послышался вопль Дже Ёна. Под звуки грохота угол обзора камеры резко сменился. Казалось, он бросился бежать, забыв о съемке. Видео оборвалось под звуки шагов Вон У, который бежал следом, выкрикивая имя Юн Дже Ёна.
— На этом всё, — Ё Хын остановила запись, и в конференц-зале на мгновение воцарилась тишина.
Издав звук, похожий на тяжелый вздох, Ю Чхан потер лоб.
— То есть эти придурки пустили это в прямой эфир, и были люди, которые это видели?
Ё Хын кивнула.
— Да. Говорят, у них около ста тысяч подписчиков, канал довольно известный в определенных кругах. Прямой эфир смотрели около двухсот человек. Были и те, кто делал скриншоты в реальном времени и выкладывал в соцсети или сообщества, но местное отделение полиции уже приняло меры, чтобы всё это удалить.
Как только Ё Хын закончила, Сон Хё залпом допила остывший кофе и нахмурилась.
— Но это же бессмыслица. Судя по состоянию тела, смерть наступила максимум за шесть часов до обнаружения. Нужно, конечно, ехать на место и осматривать всё подробно, но, по крайней мере, судя по видео, в это здание никто не заходил несколько лет... Окон там нет, войти можно только через дверь. Выходит, кто-то оставил там тело, снова запер дверь цепями и сбежал? К нам обратились, потому что не могут это объяснить?
— Нет, — коротко ответила Ё Хын и тихо вздохнула. — Мы проверили личность погибшей. Она — та, чья пропажа входит в серию исчезновений тридцатилетней давности.
— Тридцать... что?
Сон Хё невольно вскочила со своего места. Ки Джу, который в это время пил воду, поперхнулся и закашлялся. Сон Хё с недоверчивым лицом схватила пульт и быстро перемотала видео назад. Остановив запись на моменте, где обнаружили тело, она указала на экран.
— То есть она одна из пропавших тогда? На вид ей не больше тридцати с небольшим.
Вместо ответа Ё Хын щелкнула мышкой. На экране вместо видео появилось досье. Высветились лицо женщины, имя, дата рождения и прочая информация. Сон Хё, ошеломленно глядя на строки текста, перевела взгляд на Ё Хын.
— ...Ей был тридцать один год, когда она пропала?
Если бы она была жива, сейчас ей было бы около шестидесяти. В какое бы время она ни умерла, то, что её нашли в таком виде, было невозможно. В конференц-зале повисла тишина. Джи Ан, сцепив пальцы в замок у рта, пристально смотрел на экран.
Ко Ын Су.
Три буквы её имени врезались в память. Почему женщина, которая должна была прожить обычную жизнь, появилась мертвой лишь спустя тридцать лет после серии исчезновений, сохранив свой последний облик? На фото в документах она слегка улыбалась, и её лицо совсем не походило на лицо человека, предчувствовавшего свою смерть.
Обновлено: 08.04.2026