Мне казалось, моё тело парит в воздухе. Я словно воспринимал события глазами других людей. С помощью порталов меня и королеву доставили в самую крупную больницу Мелромарка.
У нас обоих глубокие раны. Настолько серьёзные, что даже мне кажутся ужасными.
— Плохи дела… на них сильнейшее проклятие. Нужен магический ритуал, и скорее! — заявил врач.
Вскоре собрали заклинателей из Церкви Четёрых Героев. Похоже, нас собираются лечить всеми возможными методами.
— Пожалуйста, держитесь.
— Да! Братец!
— Господин-сама!
— Рафу!
Рен, Садина и остальные пострадавшие находятся в другой палате. К счастью, их раны не такие серьёзные как у меня и королевы. Думаю, они уже скоро поправятся и снова смогут сражаться.
— Что же, я приступаю к лечению. Пожалуйста, помогите нам.
Фиро, Фоур и остальные до конца выкрикивали слова поддержки. Я снова потерял сознание.
Когда очнулся в следующий раз, перед моими глазами были королева и Подонок. Раны королевы настолько плохи, что все смотрят на неё как на покойницу.
— Кхо!.. — зашлась она кашлем.
Подонок сжимал её ладони трясущимися руками и молился.
— Давайте ей зелья Иггдрасиля одновременно с Дритт Хилом и святой водой максимальной плотности. Готовьте магические ритуалы… — раздавал указания врач, по ходу дела занимаясь её ранами.
Как и положено, королеву лечили как только могли. Однако никакие методы ей уже не помогали.
— Какое ужасное проклятие… оно напоминает то, от которого раньше страдал Герой Щита…
— Но у Героя Щита большие запасы жизни… а вот у королевы…
— Мирелия.
Услышав голос Подонка, королева медленно открыла глаза и посмотрела на него.
— Я слышала голос… и… разговоры.
— Вам нельзя говорить, королева! — предупредил врач, продолжая ухаживать за ней.
— Я всё понимаю… — королева покачала головой. — Меня уже не спасти, не так ли?
— Понимаете… — попытался что-то ответить врач, но притих под взглядом Подонка.
— На что ты намекаешь?! — воскликнул Подонок, вставая. — Ты лечишь не кого-нибудь, а королеву нашей страны! Настоящий врач бы костьми лёг, чтобы её спасти!
— Не проси… от них невозможного, — слабым голосом сказала королева.
Не знаю, как к этому относиться, но прямо сейчас я хорошо понимал чувства Подонка, ведь он ощущал то же, что и я, когда терял Атлу. Он точно так же скорбел о потере дорогого человека, так же отчаивался в самом себе и так же ненавидел причину трагедии. Все вместе эти чувства не дают думать ни о чём другом.
— Но…
— Возможно… это моё наказание… за всё то, на что я шла, чтобы защитить нашу страну…
— Нет! Это неправда! — изо всех сил спорил Подонок с её словами.
— Ты правда так думаешь? Я… не могу отделаться от мысли, что я сама во всём виновата. Именно моё бессилие привело к тому, что наша дочь… Малти выросла такой… Возможно, как раз моя нерешительность привела к тому… что всё так закончилось.
— Нет, это я… я… — дрожащим голосом обронил Подонок, который явно считал, что сам виноват в этой трагедии.
— Я думаю, Герой Кнута… вернее, захватчики скоро вторгнутся в нашу страну, — сказала ему королева.
— …
— Мелромарк находится в очень сложном положении. К счастью, у нас есть Иватани-сама, Герои и их спутники.
— Но Герой Щита…
— Дорогой… разве ты ещё не понял? Ты должен забыть прошлые обиды и посмотреть в будущее ради всего мира.
По щеке Подонка пробежала слеза. Он молился, прямо как я и Фоур. И я прекрасно понимал, о чём именно.
— Мирелия… Люсия…
Затем Подонок тихо произнёс и имя Атлы.
— Когда-то тебя называли Королём-мудрецом… Я знаю, ты сможешь найти надежду.
— Но… Посох больше не отвечает мне!..
— Ты ошибаешься. Посох помогал тебе не потому что ты Герой, а потому что ты обладал непревзойдённой мудростью.
— …
— Я верю, что тебе хватит хитрости выйти победителем из безнадёжной битвы, ведь ты уже спас Мелромарк, когда тот находился на грани разрушения, и превратил его в сильную страну.
— Я… я…
— Хе-хе… Интересно, какими необычными ходами Король-мудрец удивит мир на этот раз?
— Мирелия…
— Я доверяю будущее нашей страны тебе. Спаси мир вместе с Иватани-самой, о Герой Посоха… — королева сплюнула кровь и улыбнулась Подонку. — Снова стань тем человеком… безграничной мудрости которого боялись все наши враги… Покажи миру, чего стоит… мой возлюбленный…
На эти слова королева потратила все остатки своих сил.
— Королева! — в палату вдруг ворвался королевский советник. — Фобрей объявил войну всему миру! Все страны говорят о том, что мы должны объединиться, чтобы дать им отпор.
Ситуация потребовала ответа намного раньше, чем ожидала королева.
Следующей в моей голове всплыла сцена, случившаяся через два дня.
— Фобрей решил воевать со всеми странами? Какая наглость!
После лечения Рен и остальные встретились в замке с командирами объединённой армии, и те бурно отреагировали на новости. Но вид у них мрачный — все прекрасно понимали, как много сил у Фобрея. Тем более что их элитные бойцы обгоняют Рена по уровню в три с лишним раза, и мы уже почувствовали на себе их силу. Конечно, мы хотим остановить Фобрей, но понимаем, что это будет нелегко.
— Как это подлый Герой только посмел… миру угрожают волны, а он считает, что у него есть время на захват мира?! — Рен тоже громко возмущался.
— По всей видимости, есть, — парировал Ицуки.
— Падре и Фиро-тан! Я никогда не прощу людей, которые так сильно ранили наших! — добавил Мотоясу.
Командиры охотно поддакивали. Им уже рассказали, что произошло в Фобрее.
Кроме того, за столом были и посланники из Шильтвельта, включая Вальнара и того гэнмуобразного деда.
— Наофуми до сих пор в больнице… мы должны сражаться с Фобреем без него?
— Да, — ответил Рену один из командиров. — Фобрей решил напасть на Мелромарк в первую очередь. Они уже собрали всю армию и движутся к нам. Когда в странах на их пути находятся люди, которые пытаются сопротивляться… их забрасывают бомбами с недавно разработанных самолётов, и они сразу сдаются.
— Есть какое-то объяснение тому, почему никто не может их остановить?
— Да. Самолёты пытались сбивать летающими монстрами, но они ничего не могут против машин…
— Тем более, я уверен, что у пилотов очень высокий уровень, — прокоментировал Ицуки.
— Уа-а-а… — как обычно протянула Лисия, и Ицуки погладил её по голове.
— Как некстати ранило Наофуми! — Рен ударил кулаком по столу. — Как он сейчас?
— Порадовать нечем, — ответил командир. — Он несколько раз приближался к границе жизни и смерти.
— Наофуми-сан… — протянул Ицуки.
— Да кто такой этот Такт, что умеет похищать Оружие Героев?! — возмутился Рен.
Именно тогда в зал вбежал солдат.
— Новая информация! Шилдфриден и Фобрей заключили альянс!
— Что?!
— Помимо этого Звёздный Герой Такт Алсахорн Фобрей всенародно объявил себя сыном бога и прилюдно подтвердил, что владеет несколькими Звёздными Оружиями!
Люди повскакивали со стульев с изумлением на лицах.
Враг сделал блестящий ход. С точки зрения простых людей, если он владеет несколькими Оружиями, то либо не боится богов, либо снискал божественное одобрение. В этом мире сильна вера в Легендарное Оружие и отношение к нему настолько особенное, что можно простить даже убийство Героев.
— Кроме того, он объявил себя спасителем мира, а призванных Священных Героев — злодеями, и призвал все страны уничтожить Героев. Он сказал, что уже успел очистить мир от четырёх Звёздных Героев!
— Неужели он думает, что это сойдёт ему с рук?!
— По всей видимости, Церковь Звёздных Героев Фобрея уже встала на его сторону. Однако другие церкви внутри и снаружи Фобрея не согласны с его мнением. Увы, все мятежи быстро подавляются людьми, получившими благословение Героя.
Тень что-то прошептала гэнмуобразному деду из Шильтвельта. Наверняка очередные дурные вести.
— Наша страна уже точно знает, на чью сторону встанет…
Положение становилось хуже с каждой минутой.
— Но что думает Герой Рукавицы?
— Ты спрашиваешь меня как хакуко или как Героя Рукавицы?
— Я спрашиваю вас как Героя Рукавицы, спутника Героя Щита. Или вы хотите сделать заявление как наследник Тайлана Га Феона? — спросил старик с вызовом в голосе, пытаясь на что-то спровоцировать Фоура. — После случившегося с леди Атлой возмущению нашего народа нет предела. Они не простят Героя Фобрея за такое трусливое убийство одного из символов нашей страны…
Но Фоур покачал головой и твёрдо заявил:
— Я Герой Рукавицы, защитник деревни Героя Щита. Моя кровь — дело вторичное.
Гэнмуобразный дед посмотрел на Фоура с жаром в глазах.
— Я вижу, вы понимаете, что именно этот дух мы ценим больше всего.
— Да! — поддержал Вальнар. — Герои оплакивали наших братьев и злились на виновника. Тот подлец, что виновен в их смерти, пытался нанести удар по нашей гордости и по нашей вере!
Полулюди, участвовавшие в совещании, дружно закивали. Они тоже не могли простить корень зла, из-за которого погибли их братья по оружию.
Жажда мести горела не только во мне.
“Мы должны покарать эту сволочь за смерти во время битвы с Фэнхуаном”, — витала в воздухе общая мысль.
— … — Фоур молча смотрел на собравшихся.
Позднее гэнмуобразный дед рассказывал, что в тот миг Фоур молчанием и мужественным взглядом напоминал своего деда.
— Ладно, вопрос в том, как быть дальше… — сказал дед. — Король-мудрец, мы уже видим путь, по которому должны двигаться. Как вы исполните предсмертную волю вашей мудрой жены?
— Кстати, — снова заговорил Рен. — Мне одному послужной список нашего врага кажется… странным? Он настолько гениален, что придумал самолёт и бомбардировки… это ведь оружие наших миров.
— Герои могли оставлять в этом мире какие-то технологии, и гениальный человек мог бы их воссоздать. Мне… — Ицуки ненадолго замялся. — Мне кажется, он может похищать ещё и ино, способности моего мира. У нас это был популярный сюжет в литературе — у человека проснулось умение воровать чужие способности, и он хочет стать сильнее с её помощью. Возможно, он обладал этим умением с самого рождения.
— Понятно. Не удивлюсь, если ты окажешься прав, Ицуки.
— В таком случае никто не замечал этого раньше, потому что он, как в тех историях, не хотел привлекать к себе внимания, пока какой-то веский повод не вынудил его использовать свою силу прилюдно. Другими словами, он вёл себя прямо как раньше я, — пояснил Ицуки с горечью в голосе.
Я бы с ним согласился. Мне тоже известны истории, в которых герой пытается скрывать свою силу, потому что она слишком велика. Позже правда вскрывается в ходе каких-либо происшествий, что уже показал Ицуки на своём примере.
— Вероятнее всего, поначалу он считал, что слишком опасно показывать людям отобранное у Героев Оружие. Однако затем он бросил жребий и кинулся покорять мир… — предположил Ицуки.
— Судя по женщинам в его окружении, он может руководствоваться тем же, чем прежний Мотоясу. Хорошо, теперь всё сходится. Спасибо, что помог разобраться, — Рен понимающе кивнул.
— Вы говорили о том, что его история напоминает Кё — пришельца из другого мира, который взял под контроль Лингуя, — сказал один из командиров. — От этого веет большой опасностью. Как мы собираемся сражаться против Фобрея?
— С помощью силы Кутенро, — предложил Ицуки. — Хотя Рафталии-сан с нами нет, вместо неё нас может благословить Руфт-сан. Также можно пустить в ход его Астрал Энчант.
В Кутенро придумали умение, которое позволяет собрать уровни многих людей в одном человеке. К тому же оно ослабляет Священное и Звёздное Оружие, так что на роль основы тактики подходит идеально.
— Это будет нелегко. Как говорила наставница, армию пытались остановить настоящими Камнями Воли Сакуры, но у них есть ограничения по уровню. Конечно, можно героически сражаться под прикрытием Камней, но нас всё равно победят за счёт уровня. И кстати, я уже пытался атаковать Мечом Камня Воли Сакуры, но на них он почти не действует.
— Возможно, они каким-либо образом нейтрализуют его эффект, — предположил Ицуки.
Совещание продолжалось…
А я почувствовал, что парю в пустоте. Виднелись только всполохи света.
Где я?
Вдруг меня наконец-то посетили те, кто может объяснить эти видения. Но я обомлел, увидев их возле себя.
— Атла?.. Ост?
— Да.
Погибшие Атла и Ост парили в пустоте возле меня. Я тут же обнял Атлу, чтобы проверить, настоящая ли она.
— Ах… как я об этом мечтала… Наофуми-сама-а!
Судя по реакции — настоящая. Но это, конечно, не отменяет того, что она мертва. Возможно, это всего лишь иллюзия, созданная моим сознанием.
Ост тихонько усмехнулась.
— Она говорит, что её зовут Ост, и она очень хорошо понимает все ваши положительные черты. Наофуми-сама, обнимите меня ещё раз!
— Хватит, Атла! Лучше скажи, что это — загробный мир?
Судя по тому, что вокруг меня одни только призраки — очень может быть. Конечно, судя по видениям, я ещё должен быть жив, но может, мой мозг уже умер? Буду надеяться, что я всё-таки не погиб в том бою.
Кстати, я что-то думал, что после смерти попаду в ад, а на самом деле загробный мир выглядит вот так? Во всяком случае, это подозрительное место на рай не тянет.
— Если вы ставите вопрос именно так, то нет, это не загробный мир, — с улыбкой ответила Ост. — Я бы сказала, это мир Щита… или мир Легендарного Оружия.
— О-о… ясно. Атла, тебе больно?
— Нет, ни боли, ни щекотки.
Ответ Атлы меня успокоил.
Кстати, все мои видения были связаны с Героями. Рен, Мотоясу, Ицуки, Фоур, Лисия, Подонок. Я наблюдаю за избранными Героями.
— Я могу посмотреть на Героя Звёздного Кнута? Тем более, он забрал мой Щит.
— Да. Только вы не правы, он не забрал Щит.
— А? Но ведь он отобрал его в бою.
— Этого слишком мало, чтобы полностью подчинить себе Священное Оружие. Это поверхностный эффект, который не даёт использовать настоящую силу Оружия.
— Да, эта никчёмная сила не сможет отобрать Священное Оружие у справедливо избранного Героя! — поддакнула Атла.
С помощью Оружия Такта мы смогли заглянуть в недавнее прошлое.
Его армия захватила королей и прочих правителей страны, которые не подчинились… и устроила им прилюдную казнь.
— Гха-а-а… заносчивый мерзавец! Священные Герои покарают тебя!
Немолодого мужчину — судя по виду, генерала — бросили на раскалённую стальную плиту, но он мужественно поднялся на ноги. Такт и его женщины смеялись над его ожогами и тыкали пальцами.
Ещё я вижу, судя по всему, дочь этого генерала… но с ней что-то не так. Она жмётся к Такту и смотрит каким-то отстранённым взглядом.
— Папа… я так рада, что ты разрешил мне выйти замуж. Наконец-то я стану невестой Олли…
— Я заставлю тебя забыть про своего Олли. Но он молодец — сберёг для меня твою девственность!
Очевидно, Такт с помощью иллюзии внушил девушке, что он — её возлюбленный.
— Ты не думал о счастье дочери, поэтому заслужил смерть!
— Что за чушь?!
— Господин Такт прав! Будь уверен — он сделает её счастливой. А ты должен расплатиться за грехи.
— Жизнью.
Такт, его женщины и Ссука ухмылялись, глядя на казнь. Убивать отца на глазах дочери… и говорить отцу в лицо о том, что он собирается изнасиловать его дочь… какой же мерзавец!
— Суровая кара ждёт любого, кто пойдёт против Такта, божественного сына! Ничто не останется безнаказанным!
— Ха-ха-ха-ха! Все, кто продолжают упрямо верить в Героев-подонков, не заслужили право на жизнь! Долой старые легенды, я создам новые!
Чёрта с два ты создашь!
— Где Рафталия?
— Есть одно видение, но оно не новое…
Сцена казни исчезла. Вместо этого появилась сидящая в темнице Рафталия, к которой пришёл Такт в окружении гарема. Он прошептал Рафталии какие-то слащавые слова, но, кажется, ни в чём не убедил.
Он так и ушёл с раздражённым видом, и вскоре Рафталия осталась в полном одиночестве. Я начал переживать…
Но тут Рафталия… точнее, Катана засветилась и исчезла.
Телепортировалась? Но куда?
Вдруг “в камеру” помахала Раф-тян-два. Затем убежала в угол и спряталась, потому что пришла Ссука со свитой.
Хм?..
Раф-тян-два распушила хвост. Видимо, что-то колдует.
Вдруг… Ссука и женщины связали одну из своих подружек и начали пытать. Кажется, иллюзия внушила им, что это Рафталия.
— Я не уверена, что это видение заслуживало просмотра, — сказала Ост.
— Ну нет, я же переживаю за Рафталию.
— Разумеется, с Рафталией-сан всё будет в порядке, — заверила Атла. — Если бы она так просто сдавалась, вы бы давно стали моим.
Ну… не спорю. Правда, хочется задать вопрос, что это у Атлы за извращённая вера в Рафталию.
— Где сейчас Рафталия?
— Думаю, в мире её Оружия, — ответила Атла.
То есть, она ушла от опасности через призыв в мир Кидзуны? Надеюсь, она в порядке. Вот бы с ней увидеться поскорее.
— И? Что я делаю в этом мире?
— Вы здесь по приглашению Эссенции Щита, которая даёт вам силу, — пояснила Ост.
— А-а… это и есть тот самый треклятый Щит?
— Да, тот самый, — согласилась Атла.
— Я немного сочувствую Эссенции.
Между Ост и Атлой парил шарик света. Это и есть Эссенция? Что-то она не очень внушительно смотрится.
Шарик начал двигаться, словно уловив мои мысли.
— Она говорит, что расстроена вашим отношением.
— Понятно. Дайте я ей для начала врежу.
Будет знать, как призывать меня в это чистилище.
— Хотя я понимаю ваши чувства, вы всего лишь второй Герой Щита, посетивший это пространство. До вас здесь был лишь самый первый из обладателей Щита, — сказала Атла.
— Ясно-понятно. И что же Эссенция Щита от меня хочет?
— Иватани-сама, ей нужно, чтобы вы приняли решение.
Со всех сторон слетелись огоньки, похожие на Эссенцию Щита. Думаю, это Эссенции другого Оружия.
Раз, два, три… а почему их всего четырнадцать?
Огоньков, похожих на Эссенцию Щита — включая её саму — четыре, все разных цветов. Ещё восемь одинакового цвета, но отличаются мерцанием. Если это Звёздное Оружие, то среди них одно лишнее. Почему-то пять из этих огоньков очень тусклые.
Наконец, последние два огонька разноцветные, в отличие от остальных. Это ещё что такое?
— Я?
— Да, — подтвердила Ост. — Если говорить прямо, то Эссенция предлагает вам отказаться от своего долга и отстраниться от судьбы этого мира.
— Отказаться от долга?
— Да. Вас пригласили, чтобы задать вопрос: не хотите ли вы получить вашу награду уже сейчас?
— Награду?..
— Все Герои, спасшие мир или пережившие волны, удостаиваются награды от Легендарного Оружия, — передала Атла слова парящего огонька.
Награда за спасение мира, значит. Знать бы об этом с самого начала, конечно.
— Первый вариант — возвращение в прежний мир. В этом случае вы в качестве награды получаете три любых желания в вашем мире.
— Любых?
— Наофуми-сама, ваш мир работает на законе кармы, — продолжала переводить Атла слова Эссенции. — Влияя на него, можно изменять определённые вещи. Вы можете стать богачом, найти лёгкую работу и жить, ни в чём себе не отказывая. Но вы, разумеется, не можете просить о бессмертии.
— Ага…
— Увы, поскольку в данном случае речь идёт о прерывании, а не выполнении долга, Эссенция не будет исполнять ваши желания. Впрочем, она разрешает вам взять с собой любимую девушку.
— А что будет с тобой, Атла?
— Я всегда с вами, Наофуми-сама. Я тоже отправлюсь в ваш мир.
Это… неплохой вариант. Я посмотрел на Ост, и та ухмыльнулась.
— Вам не удастся уговорить её ещё и на это.
— То есть, я должен радоваться уже тому, что смог встретиться с тобой ещё раз?
— Я Лингуй. Я всегда живу внутри Щита.
И зачем только скромничает? Ладно хоть добродушно.
— А нельзя ли тебя выпускать из Щита на правах фамилиара?
Ост почему-то посмотрела на Раф-тян-два в видении. Сдаётся мне, у Раф-тян-два есть какой-то секрет…
— Можно… но я воздержусь.
— Ясно.
Вернёмся к теме. Поскольку я очень хочу вернуться в прежний мир, ничего другого мне и не надо.
— Эссенция Щита предлагает вам вернуться в прежний мир, забыть о войне и жить спокойной жизнью, — продолжила Атла. — Разумеется, она обещает принять меры по адаптации Рафталии-сан к вашему миру. Правда… переговоры с Эссенцией Оружия Рафталии-сан идут не так легко, как хотелось бы.
— Почему она так уверена, что я возьму Рафталию?
— Эссенция спрашивает: “А что, нет?”
— Ну…
Если Рафталия придёт в мой мир и будет жить в нём вместе со мной, я буду совсем не против. Конечно, я должен уважать её чувства, но Рафталия вроде как говорила, что любит меня. Несмотря на огромную разницу в возрасте, у неё взрослая внешность, и тем более Эссенция обещала помочь с адаптацией.
Да, это достойная награда за всё, что я пережил.
— Позвольте я расскажу о других вариантах, — сказала Ост. — Второй — это остаться в этом мире на правах живого бога-Героя, почитаемого людьми. Многие прежние Герои Щита выбирали именно это.
Ну, это явно не моё, хотя я могу понять Героев, на долю которых выпали обычные приключения. Собственно, если бы и я не знал прогнившую сущность этого мира, я бы этому порадовался.
— Что-то это не очень похоже на награду.
— По словам Эссенции, сражаться ради людей, строить свой дом и жить в собственноручно спасённом мире — и есть высшая награда.
— Будто я спрашивал её высокохудожественное мнение!
Как тебе только хватает наглости, Щит! Можно подумать, в этом мире найдутся простаки, которые поведутся на такие проникновенные речи…
— Третий вариант — вернуться в прежний мир, но с правом перемещаться между тем миром и этим.
— И в чём смысл?
— Сложно сказать…
Эх. Хотя, конечно, возможность ходить туда-сюда это неплохо. Можно доделать все дела в старом мире, потом поселиться здесь на правах живого бога. Но хотя я всё понимаю, я не хочу оставаться в этом прогнившем мире.
Вдруг на ум пришли улыбки жителей деревни. Да, я хочу вернуться домой, но…
— У меня тонна вопросов.
— Каких же?
— Я должен выбрать прямо сейчас?
— Именно так. Удобное время для этого есть только сейчас, следующее настанет только после того, как в мире установится спокойствие.
Я могу вернуться домой прямо сейчас и даже взять с собой Рафталию, которая сбежала в мир Кидзуны.
— Почему Эссенция решила обратиться ко мне только сейчас?
Когда меня обманули, когда мне было тяжелее всего, когда я чуть не погиб, она молчала, но сейчас решила поговорить. Как понимать то, что она вдруг решила выставлять условия?
— Эссенция Щита говорит, что на самом деле вам досталась самая сложная судьба среди всех Героев Щита, — перевела Атла.
“Тоже мне, честь”, — подумал я, глядя как рядом кружат другие Эссенции.
— Также она говорит, что к концу этой войны Легендарное Оружие слишком ослабнет под натиском вражеских атак. Возможно, оно уже растеряло слишком много сил в преддверии грядущих битв. Поэтому перед гибелью мира оно хочет спасти хотя бы Героев, которых призвали сюда не по своей воле.
— Ещё раз, почему она спохватилась сейчас?
— Потому что вы находились при смерти. По её словам, Эссенции точно так же посещали Героев Меча, Лука и Копья, когда они приближались к порогу смерти.
— Что будет с деревней, страной… и миром, если я уйду?
— Скорее всего… они погибнут, — ответила Атла.
Я не могу забрать с собой всех. Получается, я могу спасти только Рафталию и Атлу…
Что скажет Рафталия и как посмотрит на меня, если я скажу ей, что мы бросаем мир и прощаемся со всеми?
Я… снова вспомнил предсмертные слова Атлы.
— Мне… пока рано возвращаться. Я уйду только после спасения мира, когда буду всем доволен.
Мне казалось, я хочу вернуться. Но сейчас у меня появились подопечные, и я должен их защищать. У меня появился враг, которого я должен победить.
Я хочу вернуться довольным.
Тем более, предложение кажется мне подозрительным. Так и кажется, что если я вернусь, мне скажут, что настоящий Герой так бы не поступил, и я заработаю плохую концовку. Я ведь тоже геймер со стажем…
Почему-то после этих мыслей засветилось место на руке, где был Щит. Неужели Эссенция радуется моей догадливости?
— Вы… уверены в вашем решении? — переспросила Ост. — Бесстрашие может привести к гибели. Вы точно не жалеете?
— Жалеть-то жалею, но если вернусь домой — буду ещё сильнее жалеть о том, что не остался. На мне слишком большая ответственность… так сказать, на своих двоих не унести.
Когда у тебя тяжёлый груз, его проще везти на машине. Вот и сейчас я выбрал не лёгкое бегство пешком, а комфортное возвращение на машине.
Тем более, раз уж я собираюсь вернуться с Рафталией, я хочу, чтобы она сама сделала выбор. Плюс я хочу, чтобы после моего ухода жители деревни были счастливы.
Да, на мне много ответственности… но я не чувствую себя несчастным.
— Остальные Эссенции восхищаются выбором Эссенции Щита, — сказала Атла.
— Ага, хорошо, прекрасно. Может, вернёмся к вопросам и ответам?
У меня накопилось множество вопросов к Эссенции Щита, и я хотел бы их задать. Я уже давно живу с чувством, что этот мир нарочно хранит от меня секреты.
— И начну я… да, вот с чего. Почему призвали именно меня?
— Потому что у вас есть Геройские качества, Наофуми-сама, — ответила Атла. — И сейчас Эссенция уже сделала вывод, что не ошиблась — вы и правда будете идти вперёд, отплёвываясь кровью, в какую бы беду ни попали.
Эссенции Священного Оружия чуть ли не танцевали. Судя по Эссенции Щита, если бы у неё была грудь, она бы выпятила её от гордости.
— Отплёвываясь кровью… а по чьей вине, а?!
Вот гадина… но ладно. Геройские качества, значит…
Приятно, конечно, об этом слышать, но неужели моя болезненная мнительность — Геройское качество?
— Эссенции Меча, Копья и Лука всегда обижались на Эссенцию Щита. Мол, почему только у неё всегда призывают первого в списке.
— Судя по этим словам, у остальных происходит что-то иное?
Что значит, с первого раза? На ум пришли мысли абитурента, который составляет рейтинг университетов, в которые хочет поступить.
— Так-так-так?.. — вслушалась Атла. — Похоже, что у остальных призываются, как правило, третьи кандидаты.
То есть, Рен, Мотоясу и Ицуки на самом деле были резервными вариантами?.. Да уж, лучше им про это не знать.
Но почему же я с моим сложным характером стал самым желанным кандидатом? Эссенция в своём уме? Или, возможно, она на многое не рассчитывает и сразу ищет компромиссные варианты. Вот спасибочки.
— Однако несмотря на призыв первых кандидатов, многие из них быстро умирают. Нельзя говорить о том, что первый кандидат — всегда лучший.
Ага, всегда есть возможности оказаться в Шильтвельте и быть убитым во время придворной интриги.
От каких-то Героев ничего не ожидают, но они становятся великими, поэтому не стоит много думать о том, каким по счёту кандидатом на призыв я был. В конце концов, Рен и остальные Герои тоже умудрились выжить и оказались не такими уж плохими людьми.
— Третьи кандидаты тоже обладают Геройскими качествами, но имеют серьёзные изъяны в характере.
— Ага, понятно… ещё что-нибудь?
— Когда приходит время получать награду, они как один пытаются уйти от своей смерти.
Все остальные Герои попали в этот мир, потому что умерли. Разумеется, они хотят изменить свою судьбу. Не очень-то приятно столько промучиться, спасая этот мир, а затем вернуться и тут же сдохнуть.
— По-моему, изъяны в моём характере не меньше.
Эссенции запрыгали, услышав эти слова. Такое чувство, что они мной недовольны.
— Они говорят: “Долг Эссенции Щита — защищать других. Она не могла ошибиться с выбором или поддаться влиянию врага”, — пояснила Атла.
Врага? Кажется, в данном случае речь идёт о первопричине происходящего. И об этом тоже нужно расспросить.
— Наофуми-сама, похоже, вы не до конца поняли. Эссенция Щита выбрала именно вас в качестве цели призыва. Вы должны гордиться собой.
— Нет, это я понял. У меня есть другие вопросы.
— По их словам, они плохо разбираются в том, что не касается долга Легендарного Оружия.
— Ничего, мне это и нужно. О каком враге они говорят?
— О настоящем враге Легендарного Оружия, с которым оно и должно сражаться.
— И кто это?
— Этого они не знают. Но это существо невозможно победить, оно пожирает целые миры. Задача Героев — не дать ему вторгнуться в мир.
— То есть мы должны торчать тут и не пускать его?
— К тому же это существо обладает ещё большей силой, чем Эссенции Священного Оружия, хранители миров.
Хм… загадок становится всё больше.
— В общем, мне ясно одно — кто-то стоит за слиянием и разрушением миров.
Пожалуй, можно предположить, что цель этого существа — пожирать миры. В играх тоже бывают такие зловещие персонажи, которых якобы “в принципе невозможно уничтожить”. А наша задача, получается, охранять мир и не отдать его ему.
— Да. Это… вероятнее всего, — сказала Ост.
— Ваш нынешний враг — его авангард. Эссенции недавно заметили, что он заранее испортил Рукавицу, чтобы не дать ей обменяться методами усиления с Щитом… Кстати, обладатель Клановой Книги тоже был авангардом.
Так вот почему в Помощи не было методов усиления! Очередные козни нашего врага!
И кстати… Кё тоже состоит в авангарде?! Охотно верю. Больно у них похожие характеры.
Эссенция Щита колебалась туда-сюда, словно привлекая внимание.
— Наофуми-сама, Эссенция Щита готова ответить на вашу решимость. Эта атака вам больше не навредит. Это ничтожество уже не сможет вас остановить.
— Хорошо говоришь, но…
Вдруг Эссенция Щита подлетела к остальным. Восемь Эссенций выстроились в ряд, преграждая путь к двум разноцветным. Одна из восьмёрки тоже усиленно что-то дёргалась в воздухе.
— Наофуми-сама, вы ведь хотите лично покарать этого злодея?
— Да, если можно.
— Эта Эссенция говорит, что хочет на время одолжить вам свою силу. Это означает, что вы освободитесь от ограничений вашего Оружия, пока снова не призовёте Эссенцию Щита.
— То есть… я смогу носить другое оружие?
— Да, и призвать Щит, когда понадобится, — подтвердила Ост. — До этого вы сможете сражаться оружием Звёздного Героя — с его согласия, разумеется.
— Однако для полного возвращения Оружия вам придётся забрать его назад у мерзавца, — добавила Атла.
Пока Эссенция кружила вокруг меня, наполняя силой, я понял, что за Оружие она представляет. И кроме того, понял, как именно победить Героя Кнута… вернее, захватчика из иного мира.
Ясно. Значит, вот как можно победить его в лоб. Да, это может сработать.
Если бы я не замкнулся в своём мире после гибели Атлы, то и сам бы про это догадался. Но главное — теперь я не проиграю.
— Эссенция также просит вас наставить её обладателя на путь истинный.
— Я могу подбодрить его только в моём стиле. Пусть не рассчитывает на многое.
— Помните, Четыре Священных Оружий и Семь Звёздных это ещё не все. Пожалуйста, спасите ещё и пять Клановых.
— Понял. И уже знаю, как. Последний вопрос: меня отправило в этот мир “Сказание о Четырех Священных Орудиях”. Что это за книга?
— Это портал в параллельный мир и книга, в которой написано предсказание будущего. Судя по всему, оно не сбылось.
Атла и Ост медленно поднялись в воздух вместе с Эссенциями.
— Я всегда буду с вами, Наофуми-сама.
— Атла, я не смог тебя защитить…
— Наофуми-сама.
— Что?
— Пожалуйста, не цепляйтесь за мои слова вечно, — Атла улыбнулась мне. — Я хочу, чтобы вы всегда были собой.
— Ты говоришь это мне, потому что видела, как я веду себя после твоей смерти?
— Да. Мне очень тяжело видеть, как вы мучаете себя.
— Ты просишь невозможного…
Если я буду самим собой, то снова стану заносчивым типом, который не доверяет людям. Как отвечать на чувства тех, кто любит меня, если я снова стану тем человеком?
С другой стороны, если уж и Атла просит меня об этом… то мне и правда не стоит зацикливаться на одном и том же.
Хех… не думал, что Атла даже после смерти будет меня учить.
— Ладно, хорошо. Ты принесла себя в жертву ради меня, поэтому я прислушаюсь к твоим словам.
— Так держать, Наофуми-сама! Все, кто любит вас не меньше меня и Рафталии-сан примут вас таким, какой вы есть.
— Ты выдвигаешь невозможные условия.
Не думаю, что кто-то ещё любит меня так же как Атла и Рафталия.
— Хи-хи, вот уж нет, соперниц у нас хоть отбавляй.
— Похоже, тебя это не очень напрягает.
— Я уже смогла стать вашим щитом. Разумеется, не напрягает.
Узнаю Атлу. Невольно тянет улыбнуться.
— Ага.
Я протянул руку и взял её за ладонь. От прикосновения полились слёзы, хоть мне и не было грустно.
— Мы ещё увидимся?
— Я и без этого всегда с вами.
— Я тоже буду рядом с вами, пока вы сражаетесь ради мира, — Ост тоже приложила ладонь. — Попросите меня о помощи, и я откликнусь… Милосердие и душа Лингуя всегда будут с вами.
— Ага…
— У Эссенции Щита для вас ещё одно сообщение.
— Какое?
Эссенция Щита подлетела к Ост, привлекая к себе внимание.
— Она говорит, что рядом с вами находится некая Сэйн, которая подпитывает Эссенцию Щита силой, — перевела Ост. — От этого Щит станет ещё сильнее.
Похожи, что Эссенции видят в Сэйн союзницу.
— Хорошо… я понял.
— Герой Щита, я надеюсь, что впереди вас ждёт счастье, — сказала Ост и тоже улыбнулась мне. — Я всегда буду присматривать за вами.
Атла и Ост превратились в сгустки света и исчезли. Я проводил их взглядом и начал возвращаться в реальность…
Обновлено: 09.04.2026