Мы вышли на пустырь одновременно с тем, как на него упал… меч. Когда он воткнулся в землю, вокруг него сразу начала распространяться фиолетовая порча.
— Меч?
Клинок с белым лезвием и ядром в рукояти.
Это опять какая-то отсылка к Ямата-но-ороти[✱]По легенде, знаменитый меч Кусанаги, одно из трёх сокровищ Японии, был добыт из хвоста Ямата-но-ороти.?
Одно дело меч в качестве дропа… но в качестве ядра?
— Его нельзя оставлять здесь надолго, — сказала Атла. — Он уже пытается заразить эту землю.
— Кюа-а-а.
— Ну, если это ядро, то его достаточно скормить Гаэлиону.
Монстр так или иначе относился к драконам, и оставшееся без тела ядро он как-нибудь утихомирит.
Гаэлион поднёс пасть к ядру, но тут его оттолкнуло.
— Кюа?!
— Похоже, порча слишком сильна, — предположила Атла.
— Гаэлион, ты бесполезен.
Это ж надо, так подвести именно сейчас.
— Можно было бы вытащить его и куда-нибудь деть… но по-моему он проклянет любого, кто к нему притронется, — добавил я.
Он даже выглядит зловеще. Я до сих пор страдаю от проклятия, и мне даже стоять рядом больно. У меня будто кожа гореть начинает.
Я прищурился и посмотрел на клинок.
[Проклятый меч Амэ-но-муракумо]
Судя по тому, что Оценка почти ничего не сказала об оружии, это очень сильный клинок.
Вот уж не думал, что встречу в параллельном мире одно из трёх сокровищ Японии[✱]Меч Амэ-но-муракумо и меч Кусанаги это одно и то же.. Правда, я знаю его название только в переводе Щита, возможно на самом деле он называется по-другому.
— Уа-а-а… раз это меч, может, лучше отдать его Герою Меча-саме?
Хм, передать Рену, чтобы он сам с ним возился? Но разумно ли давать ему проклятое оружие? Да и жалко как-то, с другой стороны.
Конечно, оставлять клинок здесь тоже нельзя, а то змей наверняка воскреснет. Есть вариант поглотить его Щитом, но тогда можно получить повторение истории с Магическим Драконом.
— О-о, вы победили.
Тут до нас добрались Дядя-оружейник и его учитель, он же Мотоясу-2.
— У вас всегда грандиозные битвы, парень — что Лингуй, что эта, — сказал Дядя, выставляя большой палец. — Даже смотреть издалека было увлекательно.
— Спасибо, что ли. Я, правда, только защищал.
— О-о, Наофуми-тян, без твоей силы мы бы ни за что не победили, — польстила мне Садина.
В последнее время я всё чаще просто наблюдаю за битвами. Хотя, конечно, просто наблюдением это назвать сложно, я ведь использую Эрст Шилд и так далее. Но разве не мог я как-нибудь обездвижить змея?
— А тут вы что делаете? — поинтересовался Дядя.
— Да вот бежали за ядром, которое вылетело из чудовища. Оказалось, это проклятый меч. Думаем, что с ним делать.
Мотоясу-2 окинул торчащий из земли меч взглядом.
— Эх… какое прекрасное оружие. Это и есть настоящее тело змея?
Затем этот придурок взял и вытащил меч из земли. Тут же поднялись фиолетовые клубы и обволокли Мотоясу-2. И что теперь, второй раунд битвы? Он совсем идиот? Я поднял Щит.
— Так, ну-ка успокоились! — прикрикнул на нас Мотоясу-2, услышав лязг оружия.
В следующий миг зловещая аура развеялась.
— Что за?
— Да, меч действительно проклят. Пользоваться им нельзя.
— Но ты держишь его в руке. Как такое возможно?
— Ты что, совсем? Я ведь кузнец. Как бы я жил, если бы против меня работало проклятое оружие?
Неужели это правда? Я посмотрел на Дядю-оружейника, но тот лишь пожал плечами и сказал:
— Впечатляет, учитель. Я удивлён, что ты спокойно держишь такой клинок.
— Ха! Только третьесортный кузнец позволит оружию проклясть себя. Просто держать, не поддаваясь проклятию, проще простого.
Вот блин. Мне что, придётся убирать с него клеймо идиота-бабника? Похоже, он действительно знает своё дело.
— Ты можешь пока подержать меч у себя, чтобы он никому не навредил?
— А? Сдалось это мне.
Учитель Дяди как ни в чём не бывало занёс клинок, собираясь снова воткнуть его в землю. Ну-ка не смей!
— Пожалуйста, согласитесь. Будет очень неприятно, если монстр снова появится, — Рафталия смекнула, в чём дело, сложила ладони перед грудью и обратилась к учителю Дяди.
— Как пожелаете, юная леди. Ради вас я что-нибудь придумаю.
Как он меня достал!
— Дядя, ты можешь забрать меч у этого придурка?
— Прости, парень. Видимо, я третьесортный кузнец. Надеюсь, однажды дорасту до своего учителя…
А учитель, стало быть, первосортный, если не выше. Эх… ничего не поделать.
— У нас появилась работа, Эрхарт. Придётся нам переделать этот меч так, чтобы он никому больше не навредил.
— Как скажешь, учитель. Поможешь нам, парень? Я чувствую, потребуется уйма редких материалов.
— Ещё бы, такой мощный меч. Помогу, конечно. Тем более, что эта работа точно пойдёт на пользу твоим навыкам.
— Спасибо, парень.
Итак, мы доверили оставшийся от змея меч Дяде и его учителю.
— Осталось… оценить ущерб городу и окрестностям?
— Часть портового города разрушена, но пострадавших почти нет. Всё благодаря Герою Щита-саме и повелительнице, — ответил Ральва после осмотра города.
“Пострадавших почти нет” — это здорово. Это очередной камень в фундамент народного восстания.
— Но курган и его окрестности сильно пострадали. Земля заражена порчей, и пройдёт ещё немало времени прежде чем она рассеется.
— Ну, с этим придётся смириться.
Это ведь не какая-нибудь важная база.
— В любом случае, правительство нельзя оправдать — они выпустили на свободу запечатанного монстра и пытались свалить вину на мятежников. Как же от их выходки пострадал народ!
Ральва охотно закивал и ответил:
— Мы немедленно расскажем об этом соседям, а в лучшем случае и всей стране. Если нам повезёт, этот случай поможет собрать под нашими знамёнами ещё больше союзников, недовольных политикой.
Я повернулся к Рафталии. Мы уже слишком далеко зашли, так что давай, не отлынивай.
— Прошу вас. Только в наших силах остановить врагов, которые преступили черту.
Неплохо, вполне в её стиле. Только слабенько. Такими словами всех не завоюешь.
— Именно! Та, что пошла на этот шаг, не достойна называться повелительницей! Ей плевать на счастье простых людей! Неужели вас это устраивает?! — декламировал я, разжигая негодование людей Ральвы.
Они смотрели на меня с предельной серьёзностью, будто укрепляясь в собственной решимости.
— Слава повелительнице!
Люди Ральвы, мятежники Кутенро, мигом протрезвели и вновь поклялись в верности Рафталии.
— Наофуми-сама, я ничего не хочу сказать, но неужели вам нравится так говорить? — спросила Рафталия, недоумённо глядя для воинов Ральвы.
— Всегда лучше немного преувеличивать свою правоту.
Я пытаюсь разжечь в них ощущение того, что мы поборники справедливости, карающие врагов. Ощущать себя героем, а не злодеем всегда приятнее.
— В этой ужасной стране боготворят Рафталию-сан.
— Прошу заметить, что не по моей воле. Я просто ношу одежду жрицы и складываю руки перед грудью. Если бы не мой долг перед отцом и матерью, я бы уже давно сбежала.
Атла, как обычно, нарывается на спор с Рафталией.
— Кстати, ты неплохо сражался, брат.
— Ага, Атла! Я бился как мог.
— И именно поэтому я не смогла принести пользу Наофуми-саме. Я никогда не прощу тебя, брат.
— Что?! Атла?!
Вот невезучий, его даже за подвиги ненавидят. Тяжёлая жизнь у Фоура. Аж пожалеть захотелось.
— Кстати, госпожа повелительница и Герой Щита-сама.
— М?
Мятежники смотрели на Фиро в облике Филориала. Она как раз прибежала после того, как отыскала свой моргенштерн.
— М-м?
— У нас самого начала битвы появился вопрос…
— Что-то не так с Фиро?
— Мы хотим уточнить, говорящий Филориал… вернее, крылатая девочка — союзница Героя Щита-самы?
— Угу! Меня зовут Фиро! — ответила Фиро, косо посматривая на Гаэлиона.
— Да, это мой Филориал. Её развитие пошло по особому пути, поскольку её воспитывал Герой. Что вас смущает?
— Понимаете, она белый Филориал с розовым узором. Мы предполагаем, что её внешность может принести пользу нашему делу.
Я посмотрел на Фиро. Тогда я ещё не знал, о чём именно говорили воины Кутенро.
Обновлено: 09.04.2026