Битва в долине принесла четверым членам клана Е богатую добычу: им удалось захватить семь детенышей Длинноухого Оленя на начальной стадии первого ранга. По оценкам четвертого брата, продав каждого такого олененка клану, можно было выручить около тридцати духовных камней.
Среди восемнадцати туш взрослых особей того же ранга лишь семь оказались самцами, и только у трех из них были растущие панты. Разница в цене между оленем с рогами и без них была колоссальной.
Тушу с пантами можно было продать за пятнадцать духовных камней, тогда как без них – лишь за восемь.
Помимо этого, они добыли десять туш оленей среднего качества первого ранга. Девять из них были самцами, а пятеро имели панты. Стоимость каждого такого зверя достигала тридцати духовных камней, в то время как особи без рогов оценивались в двадцать.
Только за Длинноухих Оленей выручка составила почти шестьсот духовных камней.
Ценность Волков Лазурного Облака была скромнее: тридцать туш низшего качества первого ранга по четыре камня за каждую и двенадцать туш среднего качества по десять камней за штуку.
В общей сложности выходило около восьмисот двадцати духовных камней. Если вычесть расходы и то мясо, которое четверо практиков оставили себе для кормления своих питомцев, оставалось добрых восемьсот камней.
Разумеется, Е Цзинъюю полагалась большая часть добычи, ведь он использовал два Талисмана Огненного Дождя высшего качества первого ранга, стоимость которых составляла две сотни духовных камней.
Е Цзинчен не знал точно, сколько получит он сам, но сумма явно не должна была быть меньше сотни.
За один сеанс работы в Павильоне Алхимии, длившийся три дня, его чистая прибыль составляла всего около двадцати духовных камней.
Иными словами, не считая добытой ключевой воды, этот выход окупил пять заходов по варке Пилюль Питания Духа.
Горный дождь все еще лил стеной. Клубы тумана непрерывно поднимались ввысь, отчего Пик Линъюнь казался еще более призрачным и непостижимым.
Помимо радости от успеха, Е Цзинчен, глядя на вершину горы, невольно ощутил беспокойство. Он опасался, что разительные перемены, произошедшие с Нефритовой Кольцеухой Мышью и Алой Огненной Лисицей, могут вызвать подозрения у клана.
Путь самосовершенствования всегда был жестоким, хотя Е Цзинчен и понимал, что в клане Е все же ценились родственные узы.
Впрочем, он уже проверял это раньше: когда у него обнаружили духовный корень, Древняя Книга уже была при нем, но никто из старейшин ничего не заметил.
Что же касается контракта с Алой Огненной Лисицей – пока Цзинчен сам не разорвет Кровавую Связь, никто не сможет заключить с ней договор повторно.
К тому же, повторное наложение связи за короткий срок привело бы к ослаблению души зверя или даже к его неминуемой смерти.
Е Цзинчен покачал головой и перестал наблюдать за каплями дождя, стекающими со стрехи. Он вошел в дом и выпустил лисицу и мышь.
Достав три чашки, он наполнил каждую ключевой водой.
Нефритовая Кольцеухая Мышь забилась в угол, в одиночестве прихлебывая воду.
Алая Огненная Лисица, напротив, сама взобралась на колени к Е Цзинчену и преданно заглянула ему в глаза, издавая звонкие и мелодичные трели.
Ее алый язычок то и дело мелькал, словно она игриво ластилась к хозяину, после чего лисица с вожделением уставилась на чашку с водой.
— Сяоянь, ну и привереда же ты! — С притворным ворчанием произнес Е Цзинчен.
В глубине души он обожал лисицу, поэтому взял чашку и поднес к ее мордочке, позволяя напиться из своих рук.
Когда вода иссякла, по телу зверя снова пробежали едва заметные всполохи духовного света, отчего ее ярко-красная шерсть заблестела еще сильнее.
Е Цзинчен медленно поглаживал лисицу, а другой рукой осушил свою чашку с ключевой водой.
… …
Чуть выше по склону Пика Линъюнь, где уже клубились облака, открывался вид, подобный прекрасной картине, омытой дождем.
Там величественно возвышался Главный Зал – место, где старейшины клана Е принимали важные решения.
В этот момент в углу зала, почтительно склонив голову, стоял Е Цзинъюй.
Перед ним расположились несколько старейшин. Окажись здесь Е Цзинчен, он бы узнал в них Е Хайчена, предыдущего главу клана, и нынешнего главу – Е Синлю.
Рядом с ними находились несколько старейшин на девятом уровне Конденсации Ци.
Среди них были Е Хайи, глава Зала Охоты, и Е Хайюнь, глава Павильона Алхимии.
Е Синлю был облачен в простое свободное одеяние лазурного цвета, которое, впрочем, не могло скрыть его величественную ауру. Очевидно, что незаурядная внешность Е Цзинъюя передалась ему именно от отца.
— Что думаете, уважаемые? — Подал голос Е Синлю.
— Старик считает, что мы недооценили ту лисицу. У нее и впрямь редкие способности. Раз уж Цзинчен смог выходить ее, значит, такова его судьба. Пусть развивает свой дар. В конце концов, в нашем клане Е смотрят не только на духовные корни! — Первым заговорил Е Хайюнь. — Если у него есть талант к укрощению зверей, то чем больше у него атрибутов корня, тем лучше. Такой мастер тем более достоин поддержки клана!
В любом другом месте подобные слова вызвали бы изумление, но присутствующие здесь практики восприняли их совершенно спокойно.
Все согласно закивали, а Е Синлю перевел взгляд на Е Хайчена, сидевшего во главе.
— Ты ведь уже принял решение в своем сердце? — Е Хайчен повернулся к главе клана с вопросом.
— От дяди ничего не скроешь, — Е Синлю слегка улыбнулся и посмотрел на сына. — Ты хорошо сделал, что доложил об этом. Цзинчен – славный малый. Приглядывай за ним, а клан увеличит его содержание.
— Слушаюсь, отец! — Закивал Е Цзинъюй. Рассказывая о случившемся, он вовсе не зарился на Алую Огненную Лисицу.
Просто о столь необычном звере следовало известить клан, и он полностью доверял своему отцу.
Ответ старейшин был именно тем, на который он надеялся.
Клан Е никогда не притеснял своих сородичей, хотя осторожность была их неизменным правилом.
Закончив с этим, Е Синлю обратился к Е Хайюню:
— Четвертый дядя, прошу вас, найдите время и наставляйте Цзинчена почаще. Если он сможет стать алхимиком среднего ранга, его поддержка со стороны клана станет делом само собой разумеющимся. К тому же, говорят, при варке Пилюль Питания Духа он уже добился появления духовного аромата. Самое время готовить его к испытанию для вступления во Внутренний Зал.
— Будет исполнено, глава! — Кивнул Е Хайюнь. Он и сам ценил Е Цзинчена, чей характер и поведение всегда были на виду. Кроме излишней скромности, в нем и придраться-то было не к чему.
А теперь, когда юноша проявил талант еще и в обращении со зверями, он стал для клана еще более ценным кадром.
В том, что клан Е не ставил духовные корни во главу угла, крылись свои веские причины.
… …
В своем дворике Е Цзинчен провел весь день в медитации.
С выдохом мутной энергии в его меридианах прибавилось еще немного духовной силы Пламени Ли.
Ощущение невидимых оков, которые вот-вот падут, заставляло его сердце биться чаще.
Это было предвестие скорого прорыва.
За окном незаметно стих дождь, и в комнату хлынули лучи солнца.
Вскоре послышались голоса Е Цзинъюя и Е Цзинъюна.
— Цзинчен, ты здесь?
— Здесь, второй брат, четвертый брат! — Е Цзинчен поспешно убрал питомцев и вышел встречать гостей.
Проводив их в дом, он заварил чайник дикого горного чая. Хоть заварка была простой, вода из чудодейственного источника наполнила напиток духовной энергией, сделав его вкус глубоким и освежающим.
Е Цзинъюй лишь пригубил чай, а Е Цзинъюн осушил чашку одним глотком и тут же потянулся за добавкой.
— Цзинчен, плесни-ка второму брату еще! Четвертый сказал, что в этот раз его заслуга – четыре доли, твоя – три, а моя – две! И знаешь, за сколько мы все продали? Целых девятьсот духовных камней! Те семь оленей были в таком отличном состоянии, что клан накинул еще сотню сверху!
— Ты сорвал куш, так что я выпью у тебя еще пару чайников этого чая! — Возбужденно продолжал Е Цзинъюн. — А еще, раз уж твои Пилюли Питания Духа так хороши, клан дарует тебе бесплатный доступ к рецепту одной пилюли среднего качества первого ранга!
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 18.02.2026