Гарри Поттер думал, что битва с драконом была пиком унизительного страха. Он ошибался.
В тот момент, когда на пороге ванной старост материализовалась профессор Волкова, одетая в один лишь тонкий халат, который, казалось, был соткан из ночных теней и лунного света, Гарри понял, что есть вещи похуже драконьего пламени. Например, смерть от смущения.
— Ой, — сказала она, и это простое слово прозвучало в гулкой, наполненной паром ванной как бархатный колокол. — Мистер Поттер! Какая… неожиданность.
Её глаза, казалось, видели всё, несмотря на густые мыльные пузыри. Гарри инстинктивно попытался съёжиться и утонуть. Вода предательски плеснула.
— А я-то думала, здесь никого нет, — продолжила она, делая шаг внутрь и плотнее запахивая халат. Движение было плавным, ленивым, и от него тонкая ткань лишь сильнее обрисовала изгибы её тела. — Хотела немного расслабиться после тяжёлого дня. Эти ваши движущиеся лестницы… настоящий фитнес.
Из-за одного из кранов вылетела Плакса Миртл. Она зависла в воздухе, разглядывая Еву с откровенной девичьей завистью.
— О-о-о! — протянула она своим фирменным писклявым голосом. — У Гарри гости! Краси-и-ивые гости!
Гарри закрыл лицо руками. Он молился, чтобы пол под ванной провалился и он улетел прямиком в кабинет Снегга. Хотя нет, это было бы ещё хуже.
А в коридоре, в метре от двери, стоял он. Невидимый. Недышащий.
Северус Снегг слышал всё.
Он слышал её голос, этот проклятый, сводящий с ума тембр, который теперь будет преследовать его в кошмарах. Он слышал плеск воды. Он слышал писклявый голос привидения. И его разум, его гениальный, отравленный ненавистью и желанием разум, начал рисовать.
«Халат… Она в одном халате… Она пришла сюда к нему. Специально. Знала, что он здесь. Этот мерзкий щенок Поттер… весь в отца… такой же самодовольный, такой же удачливый… Он позвал её. Или она его? Неважно. Они здесь. Вдвоём. В этой парной, влажной…»
Он сжал кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. Боль была единственным, что удерживало его от того, чтобы вышибить дверь и проклясть их обоих. Нет. Он должен слушать. Он должен знать. Приказ был «изучить». И это была часть его… изучения. Пытка, которую он сам себе и устроил.
Ева, тем временем, полностью проигнорировав Миртл, подошла к краю огромного бассейна.
— Так вот чем вы занимаетесь по ночам, мистер Поттер, — сказала она, и в её голосе звучала игривая насмешка. — Слушаете… эмбиент?
Она кивнула на яйцо, которое Гарри в панике снова зажал под мышкой.
— П-профессор, я… это… — Гарри не мог связать двух слов.
— Расслабьтесь, Поттер, — она села на мраморный бортик. Не слишком близко, но и не слишком далеко. Ровно на том расстоянии, чтобы её присутствие было почти физически ощутимым. — Ваша тайна со мной в безопасности. Более того, я, кажется, знаю, как вам помочь.
Снаружи Снегг прижался ухом к замочной скважине. «Помочь? С чем помочь?! Смыть ему спину?!» — мысленно взвыл он.
— Эта песня, — сказала Ева, её голос стал тише, интимнее, — она очень красивая. Трагичная. О потерянной любви, о тоске по тому, чего нельзя вернуть. Вы не находите?
Она говорила о песне русалок. Но Снегг слышал совершенно другое. Он слышал, как она говорит о них. О нём. О его потерянной любви. Она знала. Она всё знала и теперь издевалась над ним, рассказывая об этом Поттеру!
— Вы… вы тоже её слышали? — удивлённо спросил Гарри, на мгновение забыв о своей наготе.
— Конечно, — мягко солгала Ева. Она понятия не имела, о чём поют русалки, но её работа научила её главному: всегда уверенно говори то, чего от тебя хотят услышать. — Такой страстный, такой надрывный зов… Его нельзя не услышать. Особенно здесь. В такой… располагающей обстановке.
Она провела рукой по поверхности воды. Вода пошла рябью, которая докатилась до Гарри, коснувшись его тела, как призрачное прикосновение.
— Некоторые секреты, мистер Поттер, — сказала она, глядя на воду, но обращаясь к невидимому слушателю за дверью, — открываются только тогда, когда ты полностью обнажён. Когда ты один. И уязвим.
В коридоре Снегг замер. Каждое её слово было пощёчиной. Каждое слово было отточенным, ядовитым дротиком, нацеленным ему прямо в душу. Она не просто помогала Поттеру. Она вела с ним диалог. Через голову этого идиота. Она знала, что он здесь. И она наслаждалась каждой секундой его мучений.
Он почувствовал, как к горлу подкатывает волна ледяной, бессильной ярости.
Он ошибся. Это была не просто интрижка. Это было нечто куда более сложное и жестокое.
Это была казнь. И он сам добровольно взошёл на эшафот.
Обновлено: 22.01.2026