В девять утра во двор медленно въехал белый Geely (1).
Приподняв занавески на окне, Су Но выглянула. Мужчина средних лет, вышедший из-за водительского места, был одет в немного староватый костюм и был слегка полноват. При появлении Отца Шэнь он слегка смутился.
Опустив занавеску, Су Но повернулась и покинула комнату.
Как раз когда Су Но спустилась по лестнице, Юань Гохун прошел в гостиную.
Она неуверенно посмотрела на своего родного отца. На вид этот слегка полноватый мужчина выглядел довольно скромным и достойным. Он сцепил руки перед животом, и постоянное потирание кончиков пальцев выдавало его внутреннее беспокойство. Пока Су Но оценивающе на него смотрела, он также спокойно изучал Су Но.
Рост Су Но составляет 165 см, она не слишком низкая, но у нее хрупкое телосложение, тонкие конечности, бледная кожа и маленькое лицо, из-за чего у людей создается впечатление, что она несколько болезненна. На ней белое платье до колен, вязанный свитер повязан на хрупкие плечи, волосы аккуратно уложены по обеим сторонам лица, а глаза были большие и водянистые.
Она выглядит как одна из тех девушек знатного рода в старину.
Внезапно родной отец смутился и опустил голову.
— Что вы все там стоите? Проходите и садитесь, — Мать Шэнь тепло пригласила всех сесть и попросила домработницу заварить чайник лучшего чая пуэр.
— Иди сюда, Ноно, это твой... биологический отец, — при упоминании слова "отец", улыбка Матери Шэнь заметно померкла.
Ничего не сказав, Су Но плотнее закуталась в свитер и села напротив Юань Гохуна.
— Приятно, Ноно, — Юань Гохун осторожно поднял брови, послушно назвав ее по детскому имени.
— Здравствуйте, — не показывая зубов улыбнулась Су Но, не добавив больше ни слова.
Атмосфера в гостиной зашла в тупик. Отец Шэнь и Мать Шэнь переглянулись, а затем Отец Шэнь нарушил тишину легким покашливанием:
— Поскольку господин Юань взял на себя труд приехать сюда, я буду краток. Хотя мы по ошибке приняли её за другого человека, Су Но – это наша дочь, которую мы воспитывали на протяжении 14 –15 лет. Мы с женой уже давно относимся к ней как к родной дочери и за все эти годы никогда не обращались с ней плохо.
По правде сказать, мы очень удивлены внезапному появлению Юань Сяншэнь (2). Если вы искренне признаете Ноно своей, и Ноно готова пойти с вами, мы, естественно, не будем этому препятствовать. Но если по каким-то другим причинам, то извините, я своего согласия не дам.
Отец Шэнь всегда выражает свои мысли прямо, и любой, кто внимательно слушает, может понять смысл его слов.
Семья Юань обанкротилась год назад и оказалась в огромных долгах. Им также приходилось растить двух непослушных сыновей, поэтому их ежедневные расходы были огромными. В этой ситуации есть только одна причина для повторного усыновления дочери – ради облегчения бремени семьи.
Семья Шэнь безмерно любила Су Но половину ее жизни, так как же они могли позволить ей стать "служанкой" в чужой семье?
— Честно говоря, — заговорил Юань Гохун смутившись от этих слов, — Идея вернуть Ноно принадлежит моей жене. У нее изначально слабое сердце, а с исчезновением Ноно, здоровье начало стремительно ухудшается... — словно опасаясь, что его слова могут заподозрить в нагнетании жалости к себе, Юань Гохун поспешно добавил, — Не волнуйтесь, мы желаем возвращения Ноно, только для того, чтобы воссоединиться всей семьей. У нас нет других намерений. Ноно уже взрослая, она может возвращаться, когда захочет, мы никогда не станем ее останавливать, даже если она останется с нами всего на два дня в неделю, мы будем довольны.
Его искренний взгляд тронул мягкосердечную Мать Шэнь, и она наконец потянула Су Но за руку и сказала:
— Ну что, Ноно, ч-что скажешь?
Слегка сдвинув брови, Су Но посмотрела на свои тонкие кончики пальцев.
В романе нет подробного описания родителей Юань, говорится лишь, что они крайне недобрая пара. Однако сейчас перед ними сидит честный и застенчивый мужчина, что не имеет ничего общего с подлостью, конечно, это может быть маскировкой.
Она глубоко вздохнула. Во время пребывания в приюте она, как и другие дети, день и ночь мечтала о жизни с родителями. А проснувшись, не могла не задаваться вопросом, почему они бросили ее.
Теперь, пройдя все те перерождения и вернувшись обратно, нынешняя Су Но хочет дать той себе из детства ответ.
— Я вернусь с вами и посмотрю, — последовал ее отстраненный и ровный ответ.
Глаза Юань Гохуна загорелись, но он быстро успокоился:
— Ладно, тогда посмотри. Если тебе будет некомфортно, возвращайся. Мы не будем тебя заставлять.
— Тогда я пойду собирать вещи, — кивнула Су Но.
Мать Шэнь последовала за ней в спальню, закрыла дверь и помогла разложить вещи.
— Ноно... — выражение лица Матери Шэнь выглядело нерешительным.
— Мам? — подняла на нее взгляд она.
Она увидела, как та достала банковскую карточку и протянула ей.
— Ты выросла в достатке и ни в чём не нуждалась, поэтому не умеешь справляться с трудностями. Теперь, когда ты попадешь в такое место, тебе точно будет трудно. Здесь больше двухсот тысяч юаней, возьми их, потрать на нужное. Я хотела дать больше, но твой отец опасается, что семья Юань позарится на них...
При виде этой легкой и тонкой карты, на сердце Су Но потеплело, и она с улыбкой отодвинула ее:
— Не нужно, мам. У меня все еще есть те, которые ты дарила мне раньше.
Выражение лица Матери Шэнь помрачнело и она ничего не слушая сунула карту ей в сумку и сказала:
— Мама знает, почему ты возвращаешься. Подожди, пока А Ван успокоится, и мы с твоим отцом попытаемся его уговорить. Не волнуйся, кроме тебя, я не позволю ни одной женщине переступить порог семьи Шэнь, — при этих словах выражение лица Матери Шэнь выражало чрезвычайную твердость намерений.
— Мои слова в тот день в больнице не были сказаны необдуманно, — немного беспомощно заговорила Су Но. — И это не было пустое обещание в гневе. Я уже отказалась от Ван-гэ. Мама, я знаю, что ты жалеешь меня, но чувства нельзя принудить, а принуждение к тому, чтоб мы были вместе, не пойдет на пользу никому из нас.
Глядя на милую, но упрямую Су Но, Мать Шэнь про себя вздохнула. Она подумала, что как ее собственный ребенок может быть настолько слеп и совершенно неразумным. Его не устраивал нежный и сладкий цветок дома, а вместо этого шел и искал дикий цветок на улице (3). За исключением Су Но, ее не удовлетворяла бы ни одна женщина.
Собрав вещи, Су Но тайком достала банковскую карту и положила ее под книгу. Бросив последний взгляд на свою комнату, она спустилась вниз, держа в руках небольшой сверток.
Увидев Су Но, Юань Гохун поспешно встал и принял у нее вещи.
Когда они подошли к двери, Су Но посмотрела на двух старейшин и сказала:
— Мам, пап, я пошла.
Отец Шэнь всегда был немногословным человеком. Дав несколько указаний, он повернулся и пошел обратно в гостиную. Расстроившись, Мать Шэнь сказала с покрасневшими глазами:
— Как приедешь, обязательно позвони.
— Угу, мам, пап, пожалуйста, берегите свое здоровье, — обнимая ее сказала Су Но на прощанье, развернулась и села в белый автомобиль Geely.
Когда машина постепенно отъехала от особняка Шэнь, Су Но увидела, что Мать Шэнь продолжает стоять у входа, с грустью наблюдая за ее отъездом. От этого зрелища в груди у нее болезненно сдавило, а в глазах защипало.
В этой жизни, что бы ни делали Шэнь Ван и Мэн Ижань, будь то хорошие или плохие поступки, это не будет иметь к ней никакого отношения. Однако она обязана сохранить эту привязанность родителей Шэнь к ней, никто не сможет разрушить ее.
Машина ехала по шоссе, с обеих сторон которого располагались пышные деревья, бросающие на дорогу густые тени. Юань Гохун, сидевший на водительском сиденье, украдкой взглянул на Су Но через зеркало заднего вида. Она лениво откинулась на спинку стула, и слабые солнечные лучи играли на ее коричнево-малиновых волосах, делая ее кожу еще белее и прозрачнее. Уголки глаз с темными ресницами опустились, как будто она спала или отдыхала.
——Действительно прекрасна.
Чиста, далека от мирской суеты, прекрасна.
При мысли о полуразрушенном двухэтажном старом доме, Юань Гохун внезапно почувствовал укол вины перед Су Но. А вспомнив свою безумно тоскующую по дочери жену, его мысли стали еще более запутанными.
— Вы можете ненадолго здесь остановиться? — слабо подала голос Су Но, когда они проезжали мимо очередного городского квартала.
Взглянув куда она указывала, Юань Гохун увидел там парикмахерскую.
— Сначала я хочу покрасить волосы, — коснулась своих вьющихся волос Су Но.
Юань Гохун остановился.
— Это может занять некоторое время, — чуть поколебавшись заговорила Су Но, — Можете просто дать мне адрес, я доберусь к вам сама.
— Все в порядке, все в порядке, — поспешно замахал руками тот, — Мне все равно нечего делать, так что спокойно иди.
Выйдя из машины с пакетом в руках, Су Но направилась прямиком в парикмахерскую.
В этот час клиентов было немного, и, увидев подошедшую к двери клиентку, парикмахер с улыбкой поприветствовала ее:
— Мисс, вы хотите завивку или покраску?
— Покраска, — отозвалась Су Но.
— У вас светлая кожа, вам бы очень подошел цвет авокадо, что сейчас в тренде, — предложил парикмахер отодвигая кресло.
— Просто покрасьте в черный, — отказалась Су Но.
Окрашивание не заняло много времени. Через сорок минут Су Но, чьи волосы были окрашены в первоначальный цвет, расплатилась и вышла из парикмахерской.
Юань Гохун курил в машине. Увидев выходящую Су Но, он поспешно выкинул окурок и открыл окно для проветривания.
Из-за здоровья, Су Но не любила запах сигарет. Несмотря на то, что Юань Гохун открыл все четыре окна, неприятный запах все равно проникал в ее ноздри. От этого у нее в горле запершило, и она прикрыла нос, дважды слегка кашлянув.
— Мне стало скучно и я выкурил сигарету, — смущенно сказал Юань Гохун, — Если тебе нехорошо, то давай подождем пока запах выветрится, а после уже поедем.
— Все в порядке, запах не такой уж сильный, — заправив свои мягкие черные волосы за ухо Су Но.
— Черный цвет тебе идет, — посмотрел на ее черные пряди Юань Гохун. — Ты выглядишь точь-в-точь как твоя мать в молодости.
После этих слов в салоне машины повисла тишина.
— Когда ты потерялась, мы долго искали тебя днем и ночью, но так и не сумели найти, — снова вырулив на дорогу, заговорил Юань Гохун. — Твоя мать выплакала все глаза. В принципе она так и не оправилась от всего этого.
Густые загнутые ресницы Су Но затрепетали:
— Но директор приюта сказал, что меня оставили у дверей, — когда она была ребенком, у нее сильно поднялась температура. После того, как лихорадка спала, ее память внезапно стала смутной. Она помнила только, что в тот день, когда ее бросили, шел сильный дождь, и она стояла под проливным дождем, одинокая и беспомощная.
Юань Гохун вцепился в руль мертвой хваткой, заговорив подавленным голосом:
— В тот день мы с твоей мамой были на работе, а о тебе и Юань Цзэ заботилась бабушка. Когда мы вернулись, тебя уже не было. Твоя бабушка сказала, что играя с братом ты убежала и исчезла. Из-за этого Юань Цзэ всегда сожалел о случившемся... Кстати, Юань Цзэ – твой старший брат, на три года старше тебя.
При упоминании Юань Цзэ тон Юань Гохуна немного дрогнул, и он продолжил:
— В прошлом году наша семья обанкротилась, а твою бабушку госпитализировали с раком. Только в прошлом месяце, перед самой своей смертью, она рассказала нам, что намеренно бросила тебя. Она побоялась взять ответственность за свои действия, поэтому переложила всю ответственность на ничего не понимавшего Юань Цзэ. Вот так, следуя за предоставленной ею информации, мы тебя и нашли. Су Но, надеюсь, ты не станешь винить своих родителей...
При мысли о матери, которая настолько отдавала предпочтение мальчикам, что избавилась от его дочери, в сердце Юань Гохуна шевельнулась ненависть, но теперь, когда мать умерла и была похоронена в желтом песке, вся обида сменилась лишь глубокой печалью и беспомощностью.
Глаза Су Нуо вспыхнули от удивления, а Юань Гуохун больше не говорил, молча ведя машину.
Через пятнадцать минут машина остановилась, и Юань Гохун помог достать из багажника ее вещи.
В узком переулке с извилистой, вымощенной булыжником дорогой, дома вокруг тесно прижимались друг с другом, а со дворов доносится запах еды.
Су Но последовала за Юань Гохуном. Остановившись у ворот в конце переулка, она увидела, как он толкнул дверь и крикнул внутрь.
— Жена, Ноно вернулась...
Вскоре из дома выбежала худая и хрупкая женщина средних лет.
Она застыла в дверях, не двигаясь. Ее взгляд, полный дрожи, был прикован к Су Но.
В романе семья Юань не испытывала к Су Но никаких чувств, и их волнение при встрече с ней было всего лишь притворством. Но, глядя на родную мать, которая была так убита горем, что не в состоянии говорить, у Су Но вдруг зародилось сомнение.
Линь Чжи опустила голову, чтобы вытереть готовые вот-вот хлынуть из ее глаз слезы, затем подняла голову и нежно улыбнулась:
— Ты, видимо, устала с дороги, Ноно, заходи скорее, еда готова, вымой руки и садись есть.
Су Но не умела справляется с подобными ситуациями. За десять пережитых ею жизней она почти всегда была сиротой, и даже если у нее имелись родители, все они относились к ней холодно. Первая встреча с биологическими родителями, которые в оригинальном романе были описаны как глубоко патриархальная семья, были так воодушевлены и радушны, что она не знала, как реагировать.
Крепко сжав в руке сумку, Су Но неловкими шагами вошла в дом.
********************
1. Geely Automobile — одна из самых крупных автомобилестроительных компаний Китая.
2. Просто не знаю как это интерпретировать, Сяньшэнь – господин, вежливое обращение, используется отдельно или вместе с фамилией. Но Дарен тоже господин, оно менее вежливое? Не знаю.
3. 家花 (jiā huā) - домашний цветок, но так же законная жена. 野花 (yě huā) - дикий цветок, полевой цветок, но так же любовница.
Обновлено: 18.02.2026