Том 3 Глава 9 — Воспоминание четырех человек

— Та-а-ак, во что же мы будем играть? — Будем готовить! — Сделаем карри! 1 Не дав мне закончить, мгновенно ответили близнецы Хана и Сора. Показалось будто мне было объявлено, что они знают много чего интересного и теперь мы будем делать это все по порядку. Дом Руми-сан находится в старом квартале, похожим на пассаж, где первые этажи — это всяко-разные заведения. Мы сейчас находимся в комнате детей, на втором этаже, в то время как Руми-сан на первом готовиться к открытию заведения. Дети привычно, будто проделывали это множество раз, разложили на столе пластиковые овощи и сжали в руке пластиковый нож. — На старт…Внимание… — Хана-чан начала отсчет. — Марш! Тук-тук-тук-тук-тук, с ужасающей скоростью они начали разрезать овощи, которые состоят из двух половинок с липучкой, «разрезая» половинки летят в меня и ударяют по лицу от чего я с вскриком отгораживаюсь руками. — Карри готово! — сказал Сора-кун. — Спасибо за еду! — и эти двое начинают вгрызаться в пластиковые игрушки. — А! Это нельзя есть! — отчаянно пытаюсь их остановить. — Так! Следующая игра! — проговорила Хана-чан протягивая мне салфетки в коробке. — А? — Тот, у кого первым станет пустой коробка, выиграл! На старт…Внимание… Марш! Они на перегонки начали вытаскивать салфетки, которые будто конффети вылетали из огромной хлопушки и летали по комнате словно снег. — А! Не…нельзя! — отчаянно пытаюсь их остановить. Пока я собирала салфетки и пыталась сложить их обратно, Хана-чан положила мне руку на плечо и сказала: — Ты будешь Фудзиямой! 2 — А? Меня поставили по середине комнаты и от слов «На старт…» которые начал отсчитывать Сора-кун, мне стало как-то не по себе. — Марш! Близнецы с разбега врезались, и начали карабкаться по мне будто взбираясь на гору. Хана-чан поставила ногу мне на поясницу, а Сора-кун схватился за правое плечо, на что сестра поставила ногу на левое плечо одновременно с братом хватаясь за мою голову. Эти двое с гордостью встали у меня на плечах, пока я отчаянно пыталась держать равновесие чтобы не упасть. — Хааа…Хааа…Хааа… — пока я на четвереньках пытаюсь выровнять дыхание, эти двое носятся вокруг меня с криками «Вставай!» словно вечный двигатель — Наверное я не очень хорошо лажу с детьми… — после того как я это прошептала, сначала один использовал мою спину как трамплин, а следом второй погнавшись за первым сделал то же самое. У меня вырвался сдавленный вскрик. — Похоже другого выхода просто нет. — вдруг над головой прозвучал голос. Когда я изумленно подняла глаза, увидела, как сумка, стоящая на полке, начала шевелится, и из нее выпрыгнул на пол маленький детский стульчик. — ...! — близнецы пораженно застыли, и уставились на стул удивленными круглыми глазами. — Что!.. Соу… — передо мной которая была так потрясена что не могла полностью произнести «Соута-сан что же ты делаешь?!», стульчик со стуком медленно прошелся. — Ну как вам? Правда классно? Не правда ли, эта игрушка, хорошо сделана? От отчаяния я громче чем надо протараторила эти слова. Соута-сан подошел к Хане-чан бессловно встал и как верный белый конь из волшебной сказки преклонил переднюю ножку, давая ей сесть на себя. И с важным видом высоко поднимая переднюю ножку, начал прогуливаться по комнате с сидящей на нем девочкой. Через мгновение от близнецов послышался взрыв хохота. — Я следующий! Следующий! — кричит Сора-кун гоняясь за Ханой-чан. Соута-сан поочередно возит детей, со стуком расхаживая по комнате, а они будто ничего на свете веселее нет продолжают заливаться громким улюлюканьем и смехом. Я невольно задумалась над тем, любит ли Соута-сан детей? И наблюдая за его ритмичным маршем, настроение начало подниматься и у меня вырвалось: — Эй, Соута-сан, прокати следующей меня! — Тебя, нет. — Он говорит! Мы все резко замолчали, а Хана-чан слезла со стула и с опаской от него отошла. Что же делать? Я в панике пытаюсь подобрать слова. — А…Ну, это… Классно правда? Это последняя разработка робота в форме стула с искусственным интеллектом...! — под конец предложения я запнулась, боясь, что дети мне не поверят. — Как его зовут? — спросила Хана-чан посмотрев на меня горящими глазами. — А,ну...Со...Соута… — Соута? Вау! Ах, ИИ мы знаем! Встав на четвереньки, они начали подползать к стулу. — Соута, какая завтра погода? — Соута, включи музыку! — Соута, давай поиграем в слова! — Соута, что там сегодня на рынке акций? Они начали засыпать его вопросами и просьбами, обращаясь как к «эй,Сири» 3! — Соута, он не такой уж и умный! — спешно прерываю их я. — Судзумэ-сан, что ты там сказала? — стул со стуком повернулся ко мне. — Он опять заговорил! — вскричали близнецы. За окном детской комнаты стало совсем темно. Наблюдая за тем, как дети катаются на стуле, я пустилась в размышления. Вот через несколько лет, когда они подрастут, интересно как именно сегодняшние события запечатлеться в их памяти? Когда они достигнут моего возраста, как будут вспоминать сегодняшний день? Ведь в детстве часто бывает месту быть диким фантазиям, потому что невозможно будет объяснить то, что сейчас происходит, а может вообще эта картина со временем окончательно померкнет и сотрется, становясь похожим на простой сон? Но я надеюсь у них останется в памяти то, как они сегодня весело играли с кем-то вчетвером. В это время пока я следила за близнецами, Тамаки-сан решила поехать за мной в Кобэ (далее и в Токио), но об этом я узнаю позже. — Она ушла из дома? — сидя на водительском сидении проворчал Минору-сан, в тот день, они возвращались с объезда домов ответственных рыбаков обратно в офис. Он поглядывал на Таки-сан, которая в последние два дня была сама не своя и что бы ее немного подбодрить начал веселым тоном: — Вот я до сих пор помню себя в подростковом возрасте. В ее годы, разве не чувствуешь себя как-то тесно в родном городе и под крылом родителей? И вот… — Давай свои рассказы ты оставишь при себе. — холодно перебила Тамаки-сан. — И в правду… — он натянул улыбку на своем давно не бритом лице и прошептал извиняющимся тоном. Мне его даже немного жаль, у него все никак не получается подступиться к Тамаки-сан. А наши с ней отношения похожи на минное поле, ступая по которому и натыкаясь на мину она делает тяжелый вздох. Сообщения, которые она отправила мне в Лайн, все так еще и не прочитаны. И тут она, будто не обращая внимания на собеседника начинает жаловаться самой себе громким голосом: — Этот ребенок…Куда же все-таки она направляется? Что же ее не устраивало? Сколько раз бы я ее не спрашивала, она только уклоняется от ответа… Даже не сказала, где сегодня будет ночевать. — Эм, а как насчет GPS в телефоне? — А? — Ну приложение, которое часто используют молодые пары, чтобы видеть где находится их вторая половинка. — Да нет у нее такого приложения. — Как насчет… — он многое обдумывает и говорит Тамаки-сан то, насчет чего многие уже догадались бы сделать — Проверить счет в банке? Он должен быть прикреплен к телефону Судзумэ-чан… Ведь сейчас она все оплачивает телефоном? Припарковав машину рядом с портом и поставив на стояночный тормоз, Минору-сан спросил, сосредоточенную в телефоне Тамаки-сан: — И где она? — Этот ребенок сейчас в Кобэ. — ответила она, глядя на белый светящийся экран, на котором была выписка о моих расходах из банка за последние три дня: билеты на паром и булочки приобретенные там в автомате, билеты на поезда в Эхиме и наконец гамбургер купленный в Кобэ. Из-за неосторожных слов Минору-сана, моя история передвижений была раскрыта. — Кобэ! Это ж достаточно далеко… — Я не могу допустить, что бы она в одиночку уехала еще дальше. — с решимостью проворчала Тамаки-сан. Смотря на ее профиль, обрамленный бледным светом портового уличного фонаря, он будто решаясь на признание (хотя это бесполезно) открыл рот: — А, А-а-а Тамаки-сан! Если есть хоть что-нибудь с чем я мог бы помочь… — Минору-кун. — Да! — Я завтра на работе возьму выходной. Извини, что напрягаю, но не мог ты меня прикрыть на два три дня? —Эм…Давай я тоже возьму выходной… — Зачем? — оторвав взгляд от экрана, она уставилась на Минору-сана. — В этом нет никакого смысла. Работай спокойно. — И в правду… — грустно прошептал он. Если посмотреть с моей стороны, Минору-сан был мямлей и ставил мне палки в колеса (и вообще, как мне с радостью рассказывали, что стоило только красивой женщине зыркнуть на него, так он в прямом смысле начинал дрожать от страха.) но только то, что он в любое время готов прийти Тамаки-сан на помощь и желает ей счастья, делает его тем человеком которого хочется поддержать. — Судзумэ-чан, можешь подойти на минутку? — когда меня громко позвали, я спустилась по лестнице и увидела Руми-сан ждущую меня в похожей на подсобку тесной кухоньке. На ней было одето ярко-красное платье, волосы уложены в легкие кудри, губы ярко намазаны блеском, а густо накрашенные глаза с завитыми ресницами были как распустившееся бутоны на белой коже. — Ого, Руми-сан такая красивая! — открыв рот от изумления, неосознанно выдала я. — Хи-хи, я совсем на себя не похожа? — радостно засмеялась Руми-сан. И потом показав пальцем наверх сказала: — Как там мелкие? Все нормально? — Да, мы вдоволь наигрались и сейчас они спят без задних ног. В это время наверху в детской комнате, близнецы, облепив с двух сторон Соуту-сана, сладко посапывали. — Тогда Судзумэ-чан, не могла бы ты мне немного помочь? — она скрылась за занавеской продолжая ворчать о том, что редко выдается такой многолюдный день, как сегодня. Я поспешила за ней. — Ух, ты… Помещение в примерно 20 татами 4, было битком набито посетителями. За стойкой сидела и непринужденно болтала группка пожилых мужчин, в зале за двумя столиками расположилась компания мужчин и женщин, весело произносящих тосты, которая видимо зашла сюда после работы, а в середине на местах с диванами расположилась группа, в которой какой-то дядя с расслабленным галстуком и красным лицом завывал в караоке. На потолке крутится диско-шар, бросая вокруг разноцветные блики. В первые в жизни я увидела так называемый бар изнутри, оказывается Руми-сан заправляла таким заведением. — Эта девочка, твоя помощница?! —Да-да! — Да-а-а?! Руми-сан с легкомыслием и живостью бросилась к посетителю, оставив одну за стойкой девушку с длинными черными волосами и в синем платье которая с беспокойством в глазах уставилась на меня. И отчасти можно было ее понять, ведь без макияжа, в штанах, подаренных Чикой и вылинявшей джинсовой куртке, у меня будто на лице было написано что я еще подросток, версия выходного дня. — Ты…К гостям можешь не выходить. — Поняла. Хоть мне так и сказали, меня которую еще ни разу в жизни нигде не работала, так завалили работой что закружилась голова. Одни посетители уходили, другие приходили, а нас на полный зал гостей было всего три человека, я Руми-сан и девушка с черными волосами. Я лихорадочно мыла стаканы, которых сразу же начинало не хватать, далее старательно докладывала на тарелки с закусками тунца-пико5 и сушеного кальмара. Доставая из полотенцесушителя осибори 6 чуть не обожглась, а когда меня попросили подать бокал для вина, я не могла отличить стаканы друг от друга и чуть не плача неисчислимое количество раз металась от кухни до стойки и обратно. Я чувствовала себя так, будто меня закинули в стиральную машину и хорошенько прокручивают. В это время, множество людей спело в караоке множество песен, среди которых не было даже одной, которую бы я знала. Например текст песни эпохи сева 7 « Наши взгляды пресеклись как лазерные лучи и рисуют на ночном небе замысловатые узоры любви…» заставило меня удивиться, «что это за любовь такая?!» или другая песня «Я не хочу жить в деревне, я поеду в Токио и в Токио заведу корову…» прослушав которую я наклонив голову озадачилась «В чем же смысл?», а текст « Причина по которой я напилась это ты…» заставил меня усомниться в чувстве самосохранения написавшего это. Я до этого даже не представляла себе, как выглядит бар, но громко смеющиеся посетители входящие и выходящий из заведения Руми-сан похоже были искренне счастливы. — Какой старательный ребенок! — пока я складывала осибори в углу стойки, ко мне обратилась женщина в пестрой леопардовой кофте. — Давай, выпей вместе с тетей! — А может лучше с дедом споешь дуэтом? — протиснулся поближе дедушка с лысой головой. —Что ты предлагаешь такой молодой девчушке! Потом они начали между собой вести похожий на комедийный диалог между двумя супругами. И пока я колебалась как мне лучше ответить, из зала бодрым шагом подошла девушка с черными волосами, с двумя бокалами в руках и с возгласом как же она рада приглашению начала чокаться с ними. — Мики-чан, чего ты влезла мы ж не тебе предлагали. — А ну хотя какая разница. — Что вы там сказали? Давайте нам сюда бутылку. — это была единственная девушка, подрабатывающая здесь, Мики-сан и она, смеясь подмигнула мне. Чуть погодя до меня дошло, что она помогла мне. Понемногу я начала вникать в расплывчатые правила взрослого общества. Напейся, спой, развей тоску и отбросив деликатность позаботься о ком-нибудь. И я ловлю себя на мысли что мне все таки нравится это место. — О, господин Дайдзин!8— с мест, находящихся в глубине зала, послышались аплодисменты и мужские с женскими возгласами «Спасибо за угощение!». «Великодушный Дайдзин!» «Чего и следовало ожидать от вас, спасибо!» И среди улюлюкающей группы сидел…Наш Дайдзин, белый маленький котенок. «Уважаемый Дайдзин, не выпьете ли с нами?» или «Председатель Дайдзин, у вас дела идут превосходно» и тому подобные вопросы и утверждения от толпы сыпались на белого кота. — Вы шутите? —вырвалось у меня. — Эм…извините. — я подошла к Мики-сан сидящей у стойки и придвинулась к ее уху: — Мики-сан, за тем столиком… — с посылом, что там же сидит кот прошептала я. — А? — она повернулась и проследила за моим взглядом. — А, тот человек тут в первый раз. — Че…человек? — неосознанно повторилась я. — Хоть он и тихий, но сразу смог подружиться с завсегдатаями посетителями. Он видно влиятельный и благородный. — А…Эм…Ну…Он…не напоминает ли кота?.. — робко прошептала я, смотря на Дайдзина который сидя на диване, вел себя как настоящий кот, поднимая лапу и старательно вылизываясь. — Кота? Правда? — с лицом будто не могла оторвать взгляд от того столика и ее щеки окрасились в красный цвет. — Такой видный и прекрасный! А? Разве можно так назвать кота, вылизывающего себе лапы! Дайдзин поднял голову и встретился со мной взглядом, после чего мы оба застыли . Раздался звук колокольчика, Дайдзин подрываясь встал на четыре лапы, открылась дверь и под возглас Руми-сан «добро пожаловать!» зашел посетитель и в то же время белый котенок выскользнул за дверь. — Ой,простите…Мне надо идти! — А? Судзумэ-чан? Прокричав извинения, я выскочила на улицу и встав перед заведением обвела взглядом тускло освещенную улицу. Я заметила, как белый силуэт быстро удалялся по одному из темных переулков. — Соута-сан! — задрав голову к направлению второго этажа, прокричала я.— Дайдзин, он..! Из окна высунулся Соута-сан и для того, чтобы я не упустила из виду кота быстро спрыгнул вниз. Когда я мчусь по этой торговой улице, без прохожих и без света похожей на совершенно чужую страну, у меня возникает такое чувство будто я бегу в каком то незнакомом сне. Маленький белый силуэт прячется за каждым углом с интересом выглядывает и бежит прятаться дальше. Наконец я миную эту крытую улицу и выхожу на дорогу, оказываюсь под открытым ночным небом. — Чего ты добиваешься?! На расстоянии в несколько метров, на асфальте сидел и вылизывался Дайдзин. Не зная что же у него на уме, я выдержав дистанцию со злостью впилась в него взглядом. — Су-у-удзумэ. — подняв на меня морду, весело сказал он детским голосом. — Как у тебя дела-а-а ? — Что? Будто желая чтобы его приласкали он лег на спину показав живот, далее будто нежась перевернулся лег на живот и передней лапой указал в небо. — Смотри! — А? — я запрокинула голову и где-то в глубине души я уже знала, что там увижу. Этот гнилостно-сладкий запах, и это неприятное ощущение как будто под ногами с шелестом что-то одновременно начало свое движение. — Червь!.. — в далеке, за спальным районом с низкими домами, со стороны горы он начинал подниматься в высь светясь и переливаясь красно-черным, что на фоне ночного неба выглядит еще более зловеще чем прежде. Изза спины послышался звук как чтото деревянное ударяется обо асфальт. — Дайдзин! — крича Соута-сан бежит на полной скорости и его силуэт походит на собаку, а Дайдзин промолчав, понесся по направлению к червю. — Судзумэ-сан! Мы должны идти! — Угу! — мои ноги понесли меня еще до того как Соута-сан успел закончить предложение. Примечания 1. (Карри — это густой пряный соус с мясом или птицей. Его подают с вареным рисом, хлебом, лапшой. Используют его также в составе начинки для пирожков. Оно появилось в меню японской кухни в конце 19 века. В 20 веке стало настолько популярным, что считается национальным блюдом.) 2. (Фудзи (富士山, Фудзисан; также часто на русском можно встретить Фудзияма) — вулкан, гора, высотой 3776 м в Японии. Гора примечательна своей удивительно аккуратной для природы формой, заостренной у вершины. Фудзи почитается японцами как священная гора, а ее великолепные виды всегда притягивали художников и жителей, что делает ее одним из несомненных символов Японии.) 3. ( прим. Siri — персональный голосовой помощник с искусственным интеллектом, присутствующий на всех современных аппаратах Apple) 4. (прим. 5.69м х 5.69м) 5. (прим. закуска, сделанная в форме конфеток, из филе тунца приправленное соевым соусом и сахаром) 6. (прим. влажное полотенце, которое подаётся перед едой для вытирания лица и рук. Многоразовые осибори зимой обычно подаются подогретыми, а летом охлаждёнными.) 7. (период в истории Японии с 25 декабря 1926 года по 7 января 1989 года истории Японии с 25 декабря 1926 года по 7 января 1989 года) 8. (использован иероглиф обозначающий «богач» «магнат») Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: перевод редактируется