Глава 74 — Падшая (1)

Закончив свой рассказ, Богиня тьмы первым делом потребовала: — Дайте поесть. Став человеком, она нуждалась в пище, как и любой смертный. — Я голодала всё время, пока была в форме воплощения. Умираю с голоду. Хоть такое поведение и не подобало богине, смущённый Эфир всё же подбежал и принёс коробку с едой. Это были ржаной хлеб и жареная баранина, которые он припас на случай, если проголодается во время тренировки. — Ку-кушайте. — Спасибо, Эфир… так ведь тебя зовут? Память смертного так несовершенна. — Да. Кибриэль жадно вгрызлась в хлеб с мясом и начала проглатывать кусок за куском. Ханбин и его спутники молча наблюдали за этой сценой. «Вот это аппетит». «Не богиня, а какая-то обжора». «Это ведь богохульство, нет?» Выслушав объяснения, они, конечно, поняли ситуацию, но до конца поверить в происходящее всё равно было трудно. Неужели эта женщина с её совершенно земными повадками и есть та самая верховная богиня, создавшая всю Расу Драконов в Латне? Осторожно подбирая слова, заговорил Атис: — О Кибриэль, могу я задать вам вопрос? Но та неожиданно сменила тему: — Говори со мной на «ты». — Что? — Говорю же — на «ты». Я тебе не королева и не знатная дама. Будет странно, если юноши, что выглядят моими ровесниками, станут обращаться ко мне на «вы», согласись? Конечно, это было так. И всё же Атис не смел изменить тон. — Как я смею проявлять такое непочтение к великой богине… — Сейчас я не богиня, а обычная женщина. Ничего во мне нет ни великого, ни священного. Воплощение нельзя считать той же сущностью, что и богиню. Не только её божественная сила, но и большая часть знаний и мудрости были запечатаны. — Можно сказать, я своего рода терминал её личности? Что-то вроде того. Обращаться со мной как с Богиней тьмы — это в каком-то смысле и есть неуважение к Кибриэль. К тому же, в случае Рю Ханбина вежливое обращение могло создать серьёзные проблемы. — Воин из племени Вальтара — и на «вы»? То самое племя, что и королей ни во что не ставит? Любой заподозрит неладное, знаешь ли. Чтобы избежать путаницы с постоянным переключением между «ты» и «вы», Кибриэль предложила сразу определиться с обращением. — Оба зовите меня просто Киби. — Киби? Ханбин удивлённо склонил голову. Она пожала плечами. — Это просто выдуманное имя. Не могу же я использовать настоящее. В итоге Рю Ханбин и Атис решили звать её просто Киби, а юная Эфир — сестрой. Темноволосая красавица, не отрываясь, поглощала еду. Она, видимо, и вправду была очень голодна — половина коробки с едой уже опустела. Удивительно, как в такую тонкую талию помещалось столько пищи. — А, вот теперь я сыта. Кажется, снова хочется жить. Облизав жирные пальцы, она повернулась к Атису. — Кстати, ты же хотел что-то спросить? Атис ответил уже на «ты»: — Да, Киби. Всё-таки обращение имело большое значение. К воплощению по имени Киби можно было обращаться запросто, в отличие от Богини тьмы Кибриэль. — Почему Трое сильнейших пошли против небес? — Ты о том, почему они посягнули на божественность? На лице Киби отразилось недоумение. — Человеческая жадность не знает границ. Разве так странно, что Абсолюты, которым больше нечего было достигать в бренном мире, возжелали большего и устремили свои взоры ввысь? Атис покачал головой. — Я не об этом. Если бы они были обычными, хоть и могущественными, стареющими людьми, желание обрести бессмертие было бы вполне понятно. Вечная жизнь — мечта каждого. — Но они ведь уже получили благословение вечной молодости. Хоть они и не были бессмертными, Абсолютов уровня Троих сильнейших, которые даже не старели, убить было практически невозможно. — Можно сказать, они уже были бессмертными. А захват божественной силы, несомненно, был сопряжён с огромным риском. В случае неудачи их ждала бы поистине ужасная кара. Зачем тем, кто уже обладал достаточной силой, властью и даже не старел, нужно было идти на такой риск и посягать на божественность? — Конечно, как ты, Киби, и сказала, человеческая алчность безгранична, так что нельзя полностью исключать такой вариант. Один из них вполне мог поддаться жадности. — Но чтобы все трое загорелись одним и тем же желанием? Вот этого он не понимал. — На их месте я бы лет тысячу наслаждался мирской властью. Или это слишком мещанское мышление? Киби махнула рукой. — А, теперь я поняла, в чём твоё заблуждение. И спокойно продолжила: — Наше благословение вечной молодости работало не так. Если кто-то продолжает жить в молодом теле, это не нарушает мировой баланс. Но если смертный существует в мире дольше отведённого ему срока, это становится большой проблемой. — Особенно для таких влиятельных личностей, как они. Поэтому Шесть Богинь даровали Четвёрке сильнейших благословение — жить в молодом теле до тех пор, пока не истечёт отведённый им срок жизни. Слушавшая их Эфир удивлённо наклонила голову. — Постойте, что это значит? То есть, они всё равно умрут, когда придёт время? — Да. Киби на мгновение задумалась, припоминая. — Баотольту было отведено девяносто девять лет, Гархану — девяносто семь, Зенобии — девяносто восемь… кажется, так. А Холлиен, будучи нимфой, имела куда более долгую жизнь — триста пятнадцать лет. — Достигнув этого возраста, и Четвёрка сильнейших умрёт, — с улыбкой добавила Киби. — Мы позволили им прожить отведённый срок в молодом и здоровом теле. Это было лучшее благословение, которое мы могли дать. И они были очень тронуты. На мгновение Ханбин и его спутники лишились дара речи. То есть, другими словами… — Они точно узнали, когда умрут? Теперь стало совершенно ясно, почему Трое сильнейших пошли на такой отчаянный шаг. Люди цепляются за жизнь, даже когда смерть настигает их в глубокой старости, к которой они могли подготовиться. А тут им предстояло жить в полном расцвете сил, чтобы в один прекрасный день просто взять и умереть? — Да вы с ума сошли! — в изумлении воскликнул Рю Ханбин. — Это же смертный приговор! На лицах Атиса и Эфир было схожее выражение. — Какое же это благословение?! — Да это же настоящее проклятие! Увидев их реакцию, доселе спокойная Киби изменилась в лице. — А ведь и впрямь. Теперь она была не богиней, а человеком. Лишь облачившись в плоть смертной, она смогла понять их чувства. — Похоже, мы допустили ошибку, — пробормотала Киби, грызя ноготь. — Да, теперь их поступок мне понятен. Ханбин посмотрел на неё с сомнением. — В таком случае, Король Мечей, должно быть, тоже точит на вас, богинь, зуб? Киби не смогла ответить. Она подумала, что так оно и может быть. После долгого раздумья она всё же покачала головой. — …Не думаю. Король Мечей Баотольт не присоединился к остальным троим. — Если бы он был с ними заодно, они бы не оставили его в стороне. Это был не просто переворот, а посягательство на саму божественность. Естественно, они хотели бы максимально увеличить свои шансы на успех. Рю Ханбин снова спросил: — А может, Король Мечей просто решил сохранить нейтралитет? На этот раз Киби ответила уверенно: — Для Баотольта не существует нейтралитета. Есть только враги и союзники — одно из двух. Если бы Король Мечей и впрямь точил зуб на богинь, он бы первым возглавил восстание. Этот человек был лишён даже понятия о самосохранении. — В одном я уверена. Баотольт точно мне поможет. Ханбин и его спутники вернулись в город Тиарон вместе с Киби. Они размышляли о том, что делать дальше. Её цель — добраться до Великого Лабиринта Калтан и найти Короля Мечей Баотольта. Проблема заключалась в том, что это место было одной из Четырёх Запретных Зон. Запретная Зона, как и следует из названия, — это область, вход в которую запрещён. В отличие от обычных подземелий, Четыре Запретные Зоны строго контролировались Тремя Великими Державами. — Что ж, до Серкал'тана мы можем двигаться вместе, — сказал Атис. Серкал'тан — город у Запретной Зоны. Он служил базой для тех, кто стремился покорить Великий Лабиринт Калтан. Помимо высокоуровневых Охотников, там жили торговцы и множество обычных горожан. Чтобы добраться туда, высокий уровень не требовался. — Но чтобы войти в Великий Лабиринт, нужен как минимум семидесятый уровень. Даже Атису и Эфир пока не хватало уровня. А Киби, ставшая обычным человеком, и вовсе не могла рассчитывать на получение разрешения. Эфир добавила: — Да и пересечение границы уже само по себе проблема, не так ли? У сестры Киби ведь нет документов. Даже при входе в Тиарон, пограничный город Королевства Фей, Ханбину и его спутникам пришлось пройти строгую проверку. — У нас-то есть удостоверения Охотников, так что проблем не возникло. Именно поэтому Рю Ханбин, расставаясь с Беркманом, настоял на обновлении своего удостоверения, хотя и знал, что к нему отнесутся с пренебрежением. Отсутствие документов создаёт массу неудобств. — И как ты предлагаешь решить проблему с её документами? — спросил Рю Ханбин у Атиса. — Прозвучит не очень… — Атис, покосившись на Киби, ответил, — …но, думаю, мы можем выдать её за служанку в нашем отряде. А по прибытии в Серкал'тан оставим её в безопасном месте и отправимся на поиски Короля Мечей одни. Передав послание богини Королю Мечей Баотольту, они могли бы вернуться в Серкал'тан и устроить им встречу. До этого молча слушавшая Киби возразила: — Нет, я пойду с вами. Дело было не в том, что ей не хотелось, чтобы с ней обращались как со служанкой. — Если я не встречусь с Баотольтом лично, убедить его будет нелегко. Подумайте сами. Вы бы поверили, если бы к вам ни с того ни с сего явились незнакомцы и заявили: «Вас ищет Богиня тьмы. Пойдёмте с нами»? Атис, повернувшись к ней, слегка нахмурился. — Я это понимаю, но другого выхода нет. В Великий Лабиринт Калтан невозможно войти, не имея достаточно высокого уровня. Их остановят прямо у входа. Киби усмехнулась. — Кажется, вы все что-то неправильно поняли… Она подняла правую руку. — Я стала человеком, а не бездарностью! Вшууух! Угольно-чёрный свет потёк по ребру её ладони. Ханбин и его спутники изумлённо расширили глаза. — Аура? Гладкое, словно обсидиан, сияние разрушения, мягко озарившее всё вокруг. — Создавая это воплощение, я вложила в него столько силы, сколько смогла. Теперь я Воин и Пользователь Ауры. А мой уровень… где-то в районе восьмидесятого. Рю Ханбин ошеломлённо кивнул. Теперь он и сам был Пользователем Ауры. Благодаря своему восприятию он мог примерно это определить. Аура Киби почти не уступала ауре монстра восемьдесят пятого уровня, Королевы Кровососов, с которой им доводилось сражаться. С клинком из чёрного света разрушения в руке темноволосая женщина уверенно заявила: — Я хочу, чтобы вы мне помогали. А не просто защищали.