Наступила ночь.
Скалистая панцирная черепаха остановилась на отдых.
Тук-тук-тук!
Му Лян постучал в дверь:
— Мино, выходи ужинать.
— Ешь первым, у меня нет аппетита, — донесся из комнаты смущенный девичий голос.
Му Лян стоял у двери и нарочито громко пробормотал:
— Четырнадцать лет… Неужели начался переходный возраст?
Звукоизоляция у двери, сделанной из обломков старого навеса, была соответствующей.
Вжик!
Дверь мгновенно распахнулась.
На пороге стояла Мино с пылающими щеками и широко распахнутыми синими глазами. Уперев руки в бока, она с упреком произнесла:
— Никакой у меня не переходный возраст!
— Да-да, конечно, — Му Лян невольно почувствовал себя так, будто воспитывает дочь. Он с улыбкой легонько щелкнул девушку по лбу и мягко добавил:
— Иди скорее за стол.
— Ой…
Глаза Мино внезапно расширились. Она в шоке смотрела на полностью преобразившуюся гостиную.
В центре комнаты, откуда ни возьмись, появился высокий квадратный стол и четыре табуретки. На столе уже стоял котелок, а друг напротив друга были аккуратно разложены деревянные миски и палочки.
— Чего застыла? Садись есть, — спокойно позвал Му Лян.
— Ты сделал всё это за один вечер? — Мино ошеломленно опустилась на табурет.
Она провела рукой по поверхности стола и сиденью – дерево было идеально гладким.
— Заодно с большой кадушкой смастерил.
Му Лян налил девушке мясного бульона и небрежно добавил:
— Не всё же нам на корточках у очага сидеть.
— Еще и большая кадушка?! — Мино от изумления чуть не прикусила язык.
— Сделал одну для сбора воды и купания.
Му Лян указал на угол гостиной, где стояла кадушка высотой почти в полчеловеческого роста.
С его нынешней силой работа с деревом превратилась в легкую забаву. Если раньше ему приходилось по чуть-чуть соскабливать стружку, то теперь одно движение ножа скалывало огромные щепы.
— Сколько же воды в неё влезет… — Мино, забыв про еду, подбежала посмотреть поближе.
— Десяток таких, как ты, точно поместится, — Му Лян отхлебнул бульон.
Мино вздохнула:
— Но воды-то нет.
— Пойдет дождь – и будет, — Му Лян смотрел на вещи проще. Если воды не будет здесь, они найдут её на базе Кровавой Бороды. Место, выбранное для штаба, просто обязано иметь источник воды.
— Кто знает, когда он пойдет… Дождя не было уже семнадцать дней.
Мино вернулась за стол. Вспомнив про «кислый запах», о котором говорил Му Лян, она потеряла всякий интерес даже к любимому бульону.
Му Лян, пережевывая кусок мяса, поторопил её:
— Давай, доедай скорее, у меня для тебя кое-что есть.
— Что это? — С любопытством спросила Мино.
— Поешь – узнаешь, — Му Лян покосился на её миску.
— Сейчас всё съем! — Мино принялась за еду с удвоенной силой.
Меньше чем через десять минут всё было кончено.
— Я закончила!
Мино облизнула губы и посмотрела на Му Ляна синими глазами, пошевеливая кроличьими ушками. Сейчас она напоминала маленькую девочку, которая ждет от отца обещанную конфету.
Му Лян достал из-за спины доску и протянул ей картину под названием «Родина».
— Только не трогай само изображение, иначе уголь размажется, — предупредил он.
— Поняла, — Мино с любопытством приняла подарок и перевернула доску.
В то же мгновение её синие глаза расширились, а рот приоткрылся от изумления. Знакомый пейзаж на доске мгновенно отозвался в самом сердце девушки.
— Как… красиво… — в носу у Мино защекотало, а перед глазами всё поплыло.
— «Родина» – так называется эта картина. — Му Лян поднялся и погладил девушку по голове, оставляя её наедине с чувствами.
Он вышел из дома во двор и уставился в непроглядную тьму пустоши, где не было видно даже собственной руки. В этот момент мысли Му Ляна унеслись далеко.
Он думал о том, как попал в этот мир и как ему повезло встретить добрую девушку, которая не дала ему погибнуть. О том, что она доверилась человеку, которого знала всего неделю, и согласилась уйти с ним. Единственное, что он мог сделать для неё – это постараться сохранить её драгоценные воспоминания.
— Ау-у-у!
Внезапно тишину ночи прорезал протяжный волчий вой. Он вырвал Му Ляна из задумчивости.
Взглянув в ту сторону, он увидел вдали цепочку мерцающих белых точек, которые, словно искры, неслись по черному бархату ночи.
— Му Лян, скорее, заходи внутрь! — Раздался тревожный хриплый голос Мино.
Девушка стояла в дверях и отчаянно махала ему рукой.
— Что случилось? — Му Лян поспешил к ней, заметив её покрасневшие глаза.
— Скорее, снаружи слишком опасно! — Мино схватила его за руку, втащила в дом и с силой захлопнула дверь.
Она бросилась к очагу и принялась выгребать дрова, оставляя лишь крохотный огонек.
— Фух… — Мино облегченно выдохнула.
— Это из-за того воя? — Мягко спросил Му Лян.
— Это Свирепый зверь – Лунный волк. Они очень опасны, когда ходят стаей, — Мино шмыгнула носом. Еще минуту назад она была растрогана картиной до слез, а теперь дрожала от страха перед хищниками.
— Ты забыла? У нас тоже есть Свирепый зверь, — Му Лян усмехнулся и топнул ногой.
— Р-р-а-а-а! — Скалистая панцирная черепаха издала предостерегающий рев.
— Ау-у-у!
Где-то вдалеке Лунный волк ответил на вызов.
— Ау-у-у…
Вой начал отдаляться, пока не затих окончательно – стая покинула эту территорию.
— Они ушли? — Мино изумленно моргнула, её поникшие кроличьи ушки начали медленно подниматься.
— Ушли. — Му Лян уже достаточно понимал своих питомцев, чтобы улавливать смысл их сигналов.
В переводе на человеческий язык это звучало примерно так:
Скалистая панцирная черепаха предупредила волков: «Убирайтесь с моей территории».
Волки не остались в долгу, огрызнувшись: «Ну погоди у нас».
— Ушли и ладно, — Мино снова начала раздувать огонь. На секунду она замерла, чувствуя, что о чем-то забыла.
— Ой, а где моя картина?! — Она побледнела и начала лихорадочно озираться, пока не увидела доску на столе.
В порыве беспокойства за Му Ляна она просто бросила её, где стояла.
— Му Лян, как мне её сохранить, чтобы не испортить? — Взмолилась она.
— Просто повесь её на стену в своей комнате, — подсказал он.
— Помоги мне повесить, — Мино бережно подняла картину обеими руками, боясь лишний раз вздохнуть.
— Хорошо, давай помогу. — Видеть, как девушка дорожит его подарком, было по-особенному приятно.
Обновлено: 18.01.2026