Слова Цинь Юйвэй подействовали как заклинание «Остолбеней». Су Чэнь замер, не в силах пошевелиться.
Ветер подхватил упавшие листы конспекта, гоняя их по асфальту, но он даже не дернулся их ловить. В голове эхом отдавалось: «Фильм о Нуо... Главная роль...»
— Учитель Цинь, я... — голос предательски дрогнул. — Я же студент, у меня опыта в кино — ноль.
— Мне не нужен твой опыт, — Цинь Юйвэй грациозно наклонилась и подняла один из листков, скользнув взглядом по кривоватому наброску маски Тао-те. — Мне нужна твоя... фактура. Ты понимаешь традицию, у тебя есть искра, и сейчас ты на слуху. Это редкое комбо.
Она вложила листок ему в руку.
— Фильм — арт-хаус, драма о последней труппе Нуо в эпоху Республики. Режиссер — Чжао Пин. Слышал?
Еще бы он не слышал. Чжао Пин — легенда авторского кино, собиратель фестивальных наград, известный своим маниакальным перфекционизмом.
— Но я...
— Не говори «нет» сразу. — Она достала из сумочки визитку. Черный матовый картон, золотое тиснение. Ничего лишнего: имя и номер. — Мой продюсер наберет тебя на днях. Сценарий в работе, старт через полгода. Время подумать есть.
Визитка холодила пальцы и пахла дорогими духами. Су Чэнь сжал её так, будто это был билет на Ноев ковчег.
— Спасибо, Учитель Цинь. Я... я подумаю.
Она кивнула, надела очки и села в подъехавший черный седан. Дверь захлопнулась с глухим, дорогим звуком.
Машина уехала, а Су Чэнь остался стоять под фонарем. Сердце колотилось как безумное.
[Внимание: Пульс носителя превысил 130 ударов в минуту.] — констатировала Система. — [Рекомендация: дыхательная гимнастика.]
— Система, ущипни меня, — прошептал он. — Это же бред. Цинь Юйвэй позвала меня в кино?
[Вероятность такого события составляла 0.0037%. Но факт зафиксирован. Причина: твоя текущая роль «Посла Нуо» идеально ложится в маркетинговую стратегию ее проекта.]
Су Чэнь присел на корточки и начал собирать разлетевшиеся записи. В свете фонаря рисунки древних чудовищ казались живыми.
«Не забывай бабушек,» — всплыли в памяти слова Учителя Ван.
«Конечно не забуду,» — ответил он сам себе.
По дороге домой он купил коробочку жареного риса. Пока ел, зашел в соцсети.
Официальный аккаунт шоу «Звезды тоже копают?» выпустил анонс:
«Сегодня в 20:00! Новый выпуск! Таинственный мастер Нуо против экспертов! Кто кого?»
И приписка: «Эксклюзивные бэкстейдж-кадры — такого вы не видели!»
Комментарии бурлили:
«Жду ради того парня с маской!»
«Говорят, он там профессора уделал?»
«Надеюсь, не вырежут самое интересное!»
В 20:00 Су Чэнь сидел перед ноутбуком.
Начало было стандартным: шутки, игры, реклама йогурта. Его почти не показывали.
Потом пошел блок «Археология». Вот он стоит в углу, как мебель.
Затем — тот самый момент с бронзовым кубком.
Монтажеры постарались: нагнали саспенса, добавили тревожную музыку, замедлили кадры, когда он брал кубок.
«Он справится?» — всплывали титры.
Когда он начал перечислять ошибки, камеру переключали на удивленные лица звезд. Финал — профессор Сунь подтверждает его слова. Эффект бомбы.
Зрители в чате ликовали:
«Красава!»
«Вот это поворот!»
«Наш парень — мозг!»
Су Чэнь выдохнул. Неплохо. Даже очень неплохо.
Но тут экран мигнул: «Бонус! Невошедшие кадры: Вся правда о Мастере Нуо!»
Су Чэнь нажал плей.
И улыбка сползла с его лица.
Первый кадр: его выход в маске. Голос Чжан Хао: «Это че, Таобао за 9.90?»
Здесь монтажеры добавили мультяшный ценник «9.90» прямо на лоб маске и закадровый смех. Его ответ про бабушек... вырезали.
Второй кадр: танец.
Они не показали танец целиком. Они нарезали его кусками. Самые резкие, странные движения.
Вот он дергается в конвульсиях (на самом деле — ритуальная тряска).
Вот он странно приседает.
Всё это под музыку из «Деревни Дураков».
Титры: «Древнее искусство? Или приступ эпилепсии?»
«Зомби-стайл!»
Третий кадр: обучение звезд.
Оставили только моменты, где Чжан Хао пародирует его, и все ржут. Выглядело так, будто Су Чэнь — клоун, над которым потешаются нормальные люди.
Титры: «Учитель года (нет)»
И финал. Тот момент после экспертизы кубка, когда он устало вытирал пот в гримерке.
Кадр сделали черно-белым, замедлили и пустили грустную музыку.
Титр: «Когда переиграл самого себя...»
Ролик длился пять минут. Пять минут чистого, дистиллированного унижения.
Чат взорвался, но теперь иначе:
«Ахахаха, что это было?!»
«Боже, какой кринж!»
«Так он реально фрик?»
«Экспертиза — стопудов постановка, вы посмотрите на эти танцы!»
«Отписка. Думал, там культура, а там цирк.»
Су Чэнь сидел, глядя в черный экран ноутбука. Руки дрожали.
Он вспомнил режиссера, который хлопал его по плечу: «Я тебе добавлю эфирного времени!».
Вот оно. Добавил.
Телефон завибрировал. Голосовое от Учителя Ван.
Су Чэнь боялся нажимать.
[Прослушай,] — мягко сказала Система. — [Не прячься.]
Он нажал.
«Сяо Су...» — голос Ван дрожал. — «Мы тут с девочками посмотрели... Почему они так сделали? Ты же так хорошо танцевал... А они музыку какую-то дурацкую наложили...»
Су Чэнь зажмурился.
Он набрал текст, стирал, набирал снова.
«Учитель Ван, это просто шоу. Они ради смеха так делают. Не принимайте близко к сердцу.»
Ложь. Каждое слово — ложь. Ему самому было больно так, что дышать трудно.
Пришло сообщение от профессора Суня:
«Посмотрел. Монтаж — мерзость. Но не смей опускать руки. Академическое сообщество видело оригинал. Мы знаем цену твоим знаниям. Жду на лекции.»
От Линь из Центра:
«Су Чэнь, держись. Это цена публичности. Мы ускорим процесс сертификации. Официальный статус заткнет рты хейтерам.»
И от режиссера того самого шоу:
«Су Чэнь! Брат! Ролик вирусный! 5 миллионов просмотров за час! Ты звезда! На следующую съемку ставлю тебе ставку 1500! Готовься, будем жечь!»
1500 юаней.
Цена его достоинства.
Су Чэнь смотрел на цифру. Ему нужны были эти деньги. Очень нужны.
Он написал: «Хорошо.»
Ночь накрыла город.
В Weibo тег #НуоФрик полз вверх по рейтингу. Люди резали его танец на гифки, делали мемы. Лицо его бабушкиной маски стало символом «испанского стыда».
Су Чэнь лежал в темноте, свернувшись калачиком.
— Система... — прошептал он. — Зачем это всё? Если в итоге меня превращают в шута?
[Шут — это тоже роль,] — ответила Система. — [В шекспировских драмах шут часто говорит правду, которую не слышат короли. Ты сейчас в центре внимания. Пусть смеются. Главное — они смотрят. А пока они смотрят, у тебя есть шанс показать им истину.]
— Я не хочу быть шутом.
[Тогда стань Королем. У тебя есть знания, есть поддержка, есть миссия. Используй этот хайп как топливо.]
Телефон снова пискнул.
Смс с незнакомого номера.
«Су Чэнь, здравствуйте. Это продюсер Цинь Юйвэй. Мы готовы обсудить детали контракта. Завтра в 15:00, кафе в CBD. Ждем.»
Су Чэнь уставился на экран.
В одной руке — мем «танцующий фрик». В другой — приглашение в большое кино.
Жизнь — странный сценарист.
Он закрыл глаза.
Завтра. Завтра он пойдет туда. И он не будет шутом.
Он будет Хранителем.
Пусть смеются. Он заставит их замолчать.
А где-то в монтажной студии два парня пили пиво и ржали:
— Прикинь, этот лох согласился на следующую съемку!
— Да за полторы тыщи я бы и не так сплясал!
— Давай в следующий раз ему музыку из «Бенни Хилла» поставим?
— Точняк!
Они не знали, что смеются над человеком, у которого в кармане лежит билет в вечность.
Обновлено: 20.02.2026