К сожалению, он не успел дождаться добрых вестей от Ли Миндэ, как получил странное и дурное известие: его вызывает к себе заместитель мэра!
Первой мыслью Фэн Юя было то, что Ли Миндэ строит козни. Наверняка этот проныра подговорил своего покровителя надавить на Фэн Юя авторитетом чиновника, чтобы заставить его отдать техническую документацию и экспертов Машиностроительному заводу по дешевке, а то и вовсе даром!
─ Вот же дрянь, ─ Фэн Юй почувствовал, как неприязнь к Ли Миндэ вспыхнула с новой силой. Раньше он смотрел на него как на директора, который печется о благе завода и рабочих, и даже не стал сводить счеты за прошлую попытку обвинить его в контрабанде. Кто бы мог подумать, что этот тип снова решит подставить ему подножку!
Впрочем, Фэн Юй и сам искал встречи с этим заместителем мэра. Одной из причин, по которой он продавал оборудование и документацию по отдельности, было желание познакомиться с высокопоставленным чиновником. Он планировал использовать влияние зама, чтобы наконец навести порядок в Бинчэне.
Однако едва Фэн Юй переступил порог кабинета, как застыл в изумлении. ─ Как… почему он?
За рабочим столом с мягкой улыбкой сидел не кто иной, как Чжан Жуйцян.
─ Начальник департамента Чжан… ой, нет, господин мэр Чжан, какими судьбами? ─ вырвалось у него.
─ Ха-ха-ха! Что, удивлен? ─ Чжан Жуйцян так и светился от радости. Ему редко выпадал шанс увидеть Фэн Юя в замешательстве. Этот парень вечно сохранял невозмутимый вид, будто всё на свете было у него под контролем. ─ Только вчера перевелся, теперь буду работать в мэрии.
Фэн Юй действительно был поражен, хотя и не то чтобы совсем уж сильно. Он знал, что Чжан Жуйцян со временем станет вице-мэром, затем мэром и в итоге дорастет до министерских постов в ЦК, просто не помнил точных дат.
Он не знал, в какое именно время Чжан Жуйцян получил это назначение в его прошлом мире, но в целом события развивались в рамках истории.
─ Немного неожиданно, ─ признал Фэн Юй, быстро приходя в себя, ─ но вполне логично. Такому молодому и способному человеку, как вы, мэр Чжан, самое место у руля города. Позвольте поздравить вас с новой должностью.
─ Ох и хитрец же ты. Знаешь, зачем я тебя позвал? ─ Чжан Жуйцян вышел из-за стола и жестом пригласил Фэн Юя присесть на диван.
─ Ну как же… чтобы я знал, в какие двери стучаться, если вдруг потеряю вас? ─ Фэн Юй прикинулся дурачком.
─ Прекращай паясничать. Ты закупил в Советском Союзе передовое оборудование и продал его нашему городскому Машиностроительному заводу – это похвально, ты внес большой вклад в развитие родного края. Но почему ты заломил такую цену за техническую документацию? ─ Чжан Жуйцян укоризненно покачал головой.
─ Оклеветали! ─ Фэн Юй картинно возмутился. ─ Мэр Чжан, а Ли Миндэ вам сказал, что я потратил два миллиона рублей только на закупку? С учетом налогов и перевозки вышло два миллиона четыреста тысяч. Машиностроительный завод провинции Гирин предлагал мне огромные деньги, но я отказал им. А Ли Миндэ отдал мне те же два миллиона четыреста тысяч. Выходит, я сработал в ноль? А как же траты на подкуп лаомаоцзы? Моя реальная себестоимость перевалила за три миллиона рублей!
─ Неужели? ─ Чжан Жуйцян явно не поверил. Если расходы превысили три миллиона, с какой стати Фэн Юй показывал Ли Миндэ чеки на два миллиона четыреста тысяч?
─ Клянусь, это чистая правда! Если бы не мои связи, то даже за пять миллионов рублей – спросите хоть у Ли Миндэ – он бы не достал такого оборудования. А документация… она ценнее самого железа. Наука и техника – это главная производительная сила, великий лидер только недавно об этом говорил.
В сентябре высшее руководство действительно выдвинуло тезис о том, что наука и техника являются основной движущей силой производства. Чжан Жуйцян, конечно, был в курсе, но не ожидал, что об этом знает и Фэн Юй.
─ Скажу тебе прямо: город выделил заводу пятнадцать миллионов юаней. Два миллиона четыреста тысяч рублей ушли на оборудование, а всё остальное отдадут тебе в обмен на чертежи и инструкции.
Это выходило меньше четырех миллионов рублей. Сумма заметно не дотягивала до ожиданий Фэн Юя. Он рассчитывал как минимум на двадцать миллионов юаней – пусть он и купил всё за два миллиона рублей, но он всё еще оставался в долгу перед Кириленко за оказанную услугу.
К тому же этот комплект из станков и бумаг объективно стоил больше пяти миллионов рублей. Фэн Юй считал, что двадцать миллионов юаней – это и так со скидкой. Пятнадцать миллионов казались ему слишком скромным предложением.
─ Выходит, мэр Чжан тоже считает, что технологии стоят дешевле металла? ─ Фэн Юй усмехнулся. ─ Что ж, ничего страшного. Я отвезу бумаги в провинцию Гирин, там мне предложат достойную цену. Да если я только пущу слух, что у меня на руках секреты советского сельхозмашиностроения, я за одни бумаги выручу пятнадцать миллионов, вот увидите.
Чжан Жуйцян с прищуром посмотрел на парня. ─ И почему же ты до сих пор этого не сделал? Давай выкладывай, чего ты хочешь, кроме денег. Если это не противозаконно, я, возможно, соглашусь.
Чжан Жуйцян не зря столько лет проработал в аппарате – достичь такого поста к сорока годам без таланта невозможно. Он сразу понял: раз Фэн Юй завел этот разговор, значит, ему нужна «неденежная» компенсация.
Видя, что его раскусили, Фэн Юй коснулся кончика носа, изображая неловкость. ─ Вообще-то я искренне хочу помочь родному городу, поэтому готов смириться с меньшей суммой. Но раз уж вы спросили… у меня есть маленькая просьба. Вам не кажется, что в нашем Бинчэне стало как-то неуютно?
─ Неуютно? О чем ты? О городском планировании, экологии или о чем-то другом?
─ О безопасности. Чтобы инвесторы потянулись в город, они должны чувствовать себя защищенными. Недавно мою компанию разгромили, вы об этом знаете. Если даже племянник Сунь Четвертого ведет себя так нагло, то что говорить о самом Сунь Четвертом? А он до сих пор живет и в ус не дует. Есть еще Ван Хромой, Брат Кэ, Янбаоцзы… кто из них не состоит в триадах? Скажу честно: если бы не привязанность к Бинчэну, я бы давно перевез бизнес. Да, пришлось бы всё начинать сначала, но это лучше, чем жить в постоянном страхе.
План Фэн Юя как раз и заключался в том, чтобы донести эти мысли до верхов через заместителя мэра. Даже не нужно было задействовать ресурсы провинции – если город всерьез возьмется за дело, все эти «авторитеты» Лоцзяна вмиг окажутся за решеткой. Эта банда висела над Фэн Юем как дамоклов меч, не давая развернуться в полную силу.
Чжан Жуйцян достал сигарету, глубоко затянулся и долго молчал.
У Фэн Юя упало сердце. Неужели городские власти не собираются их трогать и будут ждать приказа из ЦК? Или он предложил слишком мало, и у Чжан Жуйцяна нет уверенности, что он сможет убедить руководство?
─ Я только вступил в должность, ─ наконец произнес Чжан Жуйцян. ─ Еще не все связи налажены. Мой голос пока не имеет того веса, чтобы начальство безоговорочно ко мне прислушалось.
Он уже изучал этот вопрос. Руководство порой использовало этих людей в своих целях и пока лишь собирало доказательства. Без неопровержимых улик аресты были бесполезны. Поэтому Чжан Жуйцян не мог давать пустых обещаний.
─ Значит, так и оставите всё как есть? ─ вспылил Фэн Юй. ─ Да, они приносят какую-то пользу, но вреда от них в сто крат больше! Не верю, что вы не слышали об их делишках – и это далеко не слухи.
Его охватил гнев. Стоит доброму человеку совершить один проступок, и его все презирают. А злодею достаточно сделать одно доброе дело, и ему всё прощают? Говорят же: праведнику трудно стать Буддой, а грешнику достаточно бросить нож, чтобы тут же обрести просветление!
─ Никто не оставит это без внимания, ─ твердо сказал Чжан Жуйцян. ─ Не пройдет и года, как эти преступные группировки будут ликвидированы. Клянусь партбилетом!
Обновлено: 19.02.2026