Двое заправил Бинчэна сидели по разные стороны стола и переговаривались, словно обычные соседи, обсуждающие повседневные дела, но в каждом их слове сквозила затаенная жажда крови.
─ Ван Хромой, мой племянник просто перебрал лишнего, с кем не бывает. Прислал бы своего человека предупредить, неужели я не возместил бы ущерб? ─ лицо Сун Четвертого было мрачнее тучи. Из-за такой пустяковины Ван Хромой посмел схватить его племянника – какая неслыханная дерзость! ─ Ты приказал своим людям скрутить его и притащить сюда… Куда мне после такого девать свое лицо?
─ Перебрал? Хе-хе, неужто его развезло с одной рюмки? Сун Четвертый, ты хоть иногда включай мозги, когда рот открываешь! Значит, твоя физиономия – это лицо, а моя, Хромого, выходит, так, пустое место?
─ Ладно, я здесь не для того, чтобы лаяться. Кто прав, кто виноват – разберемся позже. Сначала отпусти Сяофэна. По законам улиц, семья за дела не отвечает! ─ глухо произнес Сун Четвертый. То, что Сяофэн был в руках врага, связывало ему руки.
Ван Хромой махнул рукой, и его подручные вывели пленников. Кроме Сяофэна, всем остальным переломали ноги. Племянник Суна стоял на своих двоих, но по нему было видно, что его изрядно помяли.
Увидев дядю, Сун Сяофэн задергался и завопил: ─ Четвертый дядя! Ван Хромой велел меня схватить, меня били! Ты должен отомстить за меня!
Услышав это, Сун Четвертый переменился в лице. У племянника в голове было пусто: мало того что грамоте почти не обучен, так еще и в обстановке совсем не ориентируется. Нашел время орать! Ты же всё еще в когтях у Ван Хромого, какого черта ты голосишь?
Как и ожидалось, Ван Хромой пришел в ярость. Его и так бесило, что Сун Четвертый называет его Хромым, но этот щенок Сяофэн посмел выкрикнуть это прозвище при всех, да еще и требовать мести!
─ Никакого уважения к старшим. Видать, придется мне вместо Сун Четвертого заняться твоим воспитанием.
Едва Ван Хромой договорил, как его люди влепили Сяофэну две звонкие затрещины. Удары были такими хлёсткими, будто прилетели по лицу самому Сун Четвертому.
Взгляд Сун Четвертого налился кровью. Он пристально посмотрел на того, кто ударил его племянника. Это был личный телохранитель Ван Хромого – мастер на все руки и костолом, занимавший при боссе то же положение, что и Ли Гуанчжэн за спиной Суна.
Сяофэн снова открыл рот, но Сун Четвертый рявкнул: ─ Заткнись!
Если бы племянник не был в заложниках, Сун Четвертый прямо сейчас приказал бы Ли Гуанчжэну искромсать Ван Хромого в клочья.
─ Ван Хромой, ты его проучил. Теперь я заберу его и займусь воспитанием сам. Давай на этом сегодня и закончим.
─ Проучил я его за поганый язык, но убытки моему залу всё равно придется возместить. Много не прошу – ста тысяч хватит.
Столько парней согнал, каждому ведь нужно что-то отстегнуть. Эти деньги, само собой, должен выложить Сун Четвертый. Если раздать бойцам по две-три тысячи, они будут служить еще преданнее.
Подавляя ярость, Сун Четвертый кивнул: ─ Ладно. Деньги пришлю позже, сначала отпусти его.
─ Нет денег – нет человека! ─ Ван Хромой давно хотел сбить спесь с конкурента. Ишь, возомнил себя великим боссом из-за того, что пара человек ему поклонились. К тому же, где гарантия, что Сун Четвертый не передумает платить? Раз уж драки всё равно не миновать, лучше заранее стрясти с него на лекарства для парней.
─ Ван Хромой, когда я ехал сюда, меня видели полицейские. Если мы сегодня пустим в ход стволы, выйдет очень некрасиво! ─ Сун Четвертый всё еще пытался строить из себя «чистого» бизнесмена. Он не хотел лишнего шума и крови, чтобы не рушить образ, который создавал последние два года.
─ Ты мне угрожаешь? Отправь кого-нибудь за деньгами, а я подожду здесь. И плевать мне на полицию! Это мой танцевальный зал. Что, в собственном доме с братьями поговорить нельзя? А ножи у нас так – арбузы резать. ─ Ван Хромой становился всё наглее. Надо же, Сун Четвертый попался!
Сун Четвертый глянул на Ли Гуанчжэна. Тот вышел и достал из багажника «Мерседеса» сто тысяч юаней. Там у Суна всегда лежало несколько сотен тысяч на экстренный случай.
Вообще-то Сун Четвертый и впрямь думал кинуть его с деньгами, но сначала нужно было вызволить племянника. После этого он собирался прижать Ван Хромого, иначе Бинчэн забурлит, и его трон «хозяина Лунцзяна» пошатнется.
Когда пачки перекочевали к Ван Хромому, тот расплылся в довольной ухмылке. Он махнул рукой, и Сяофэна буквально швырнули к дяде.
Сун Четвертый развернулся, чтобы уйти, Ли Гуанчжэн прикрывал его, отступая спиной к выходу. Как только племянник оказался в машине, Сун Четвертый сделал Ли Гуанчжэну знак: «Действуй». Травмы парня оказались серьезнее, чем виделось издалека, а вспомнив наглую рожу Ван Хромого, босс окончательно потерял терпение.
Едва машина отъехала, Ли Гуанчжэн с бойцами ворвался обратно в зал «Осень». Но Ван Хромой уже успел скрыться через заднюю дверь, оставив своих людей дожидаться нападавших.
Ли Гуанчжэн был «первым конем» Сун Четвертого; можно сказать, больше половины территории босс захватил именно его руками. Смерть такого человека ополовинила бы влияние Суна.
Ван Хромой предвидел, что Ли Гуанчжэн вернется, а потому намеренно оставил здесь побольше людей, решив во что бы то ни стало прикончить его сегодня.
Через четверть часа двери зала распахнулись. Весь в крови, Ли Гуанчжэн вышел наружу, сел в машину и рванул с места.
Внутри залы остались лежать шесть или семь десятков раненых: у кого конечности переломаны, у кого глубокие порезы, а у кого и вовсе сквозные дыры от ножей.
Узнав, что Ли Гуанчжэн ушел, Ван Хромой в ярости грохнул пивную бутылку об пол. ─ Олухи! Кругом одни олухи!
Больше сорока человек против неполных тридцати, и всё равно упустили! Это заставило Ван Хромого не на шутку встревожиться: Ли Гуанчжэн, этот «первый конь», оказался на деле куда опаснее, чем о нем болтали.
─ Гвай-е, если бы вы позволили мне остаться, я бы точно прикончил этого выскочку! ─ подал голос Ланцин, лучший боец Ван Хромого.
Ван Хромой покачал головой: ─ Тебе нельзя было светиться. Даже если бы ты его убрал, ты бы больше не смог оставаться при мне. После того как покончим с Сун Четвертым, нам еще придется оглядываться на банду Брата Кэ.
Пока они обсуждали дела, в дверь постучали: вошедший доложил, что снова пришел Фэн Юй.
─ Гвай-е, проезжал я тут мимо «Осени» и, кажется, видел, как оттуда удирал Ли Гуанчжэн. Неужто вы ради меня схлестнулись с Сун Четвертым? ─ Фэн Юй выглядел до глубины души тронутым.
Ван Хромой не подтвердил и не опроверг, лишь загадочно улыбнулся, напуская на себя важный вид.
─ Гвай-е, слов нет… Вы ради меня подставили парней под удары, я просто обязан отблагодарить. Вот, здесь сто тысяч. Если мало – скажите, я расшибусь в лепешку, но достану еще, ─ Фэн Юй с пафосом ударил себя в грудь.
Ему нужно было не только показать свою преданность перед лицом босса, но и заставить всех мелких сошек поверить в его благородство. Тогда, когда с Ван Хромым что-то случится, никому и в голову не придет, что нож в спину всадил именно Фэн Юй.
Правда, жаль, что они друг друга не перерезали. Вот тогда в Бинчэне стало бы по-настоящему спокойно.
─ Брат Фэн, Гвай-е не возьмет у тебя эти деньги. Но сегодня ему не удалось прикончить Сяофэна, да и Ли Гуанчжэн его увел. Ради тебя Гвай-е изрядно натерпелся. Сейчас есть шанс отплатить ему делом – возьмешься? ─ встрял Ланцин.
Фэн Юй оторопел. Твою ж мать… Неужто этот тип хочет, чтобы я пошел валить Сун Четвертого? Окстись, я в жизни даже курицы не зарезал!
PS: Все вышеописанные события являются художественным вымыслом автора. Просьба не искать совпадений с реальностью. Главный герой стремится устранить злодеев, а не пополнить их ряды.
Обновлено: 19.02.2026