Я проснулся на следующее утро с тяжестью в груди, словно всю ночь ворочался под каменной плитой. Это была не просто физическая усталость, а что-то более глубокое. Я пытался отмахнуться от воспоминаний, но они сами всплывали: кровь на плаще Бранда, оскал чёрной твари в полутьме, дрожащий факел в моей руке… Хотелось бы записать всё это в дневник как дурной сон, но слишком реальной была та ночь.
И всё же рассвет пришёл — тихий и обманчиво спокойный. Из окна мне были видны знакомые улицы Строхольма, залитые мягким солнцем. Никто бы не сказал, что буквально несколько часов назад здесь творился кошмар. Я откинул тонкое одеяло, потёр лицо и встал. Жил я всё в той же комнате при мастерской моего отца, Далмира. Вскоре послышался его голос снаружи:
— Парень, просыпайся! Есть разговор.
Я накинул рубаху, вышел в главный зал. Отец сидел за старым деревянным столом, потягивая горячий отвар из трав и внимательно смотрел на меня. В жёлтом свете солнца были видны у него на висках серебристые волосы, которые резко контрастировали с ещё молодой линией скул. Хоть и называли его иногда «старым», сорок с небольшим — не такой уж возраст, но вояки быстро седеют.
— Как ты, Арден? — спросил он.
— Нормально, — соврал я. На самом деле во рту стоял странный привкус горечи.
— Ладно. — Отец сделал глоток, поморщился. — Я тут подумал: вчерашняя история — не пустяк. Стражники уже с утра оповещают горожан, чтобы к ночи никто не шатался за стенами. Говорят, Бранд в сильной лихорадке, бредит, а лекарь не уверен, что спасёт его руку.
При этих словах во мне что-то оборвалось. Бранд был добрым парнем. Я видел, как он, совсем мальчишкой, пришёл во стражу два года назад и горел желанием защищать город. И вот результат: несколько страшных царапин от чудовищных когтей могут лишить его дальнейшей службы, а может, и жизни…
— Надо что-то делать, — тихо сказал я.
— Уверен, что хочешь вмешаться? — Отец нахмурился. — Понимаешь, там ведь не просто зверь, а нечто… непривычное. А ты ещё не рыцарь, сын.
— Но я не могу спокойно смотреть, как все боятся выходить за ворота, и притворяться, что меня это не касается, — выпалил я.
Отец покачал головой, что-то хотел ответить, но тут в дверь коротко стукнули. Я приоткрыл её: на пороге стоял Рив, тот самый рыжеволосый стражник, который звал меня ночью. Сейчас на нём были тёмная форменная туника, поверх — лёгкий нагрудник из металла. Вид у него мрачный, под глазами синяки, словно всю ночь не спал.
— Привет, Арден, простите, что с утра. Седрик попросил меня передать: сегодня днём будет встреча с новым… человеком. Хозяева из крепости сообщают, что в город прибыл «Странный Мастер». Так его называют. Мол, учёный, лекарь и охотник на нечисть в одном лице.
— Странный мастер? — переспросил я, удивлённо приподняв брови.
— Да вот, — Рив вздохнул. — Говорят, прибыл с какой-то северной дороги, узнал о проблемах. Якобы может помочь выявлять нечисть и выследить тварей. Седрик хотел бы, чтобы ты тоже пришёл послушать: ты ведь был свидетелем атаки. Тебе придётся подтвердить свои слова о чудовище.
Я глянул на отца. Тот молчал, но кивнул, мол, решай сам. Я тоже кивнул Риву:
— Хорошо. Где и когда?
— В казарме у городских ворот. Примерно к полудню. — Рив ссутулился. — Бранд ещё жив, но в бреду. Наш лекарь говорит, если «Мастер» действительно разбирается в таких ранах, то, может, спасёт парню жизнь.
Упоминание Бранда резануло меня острой жалостью. Я посмотрел на отца — тот отпил ещё глоток травяного отвара, кивком благословил меня. Я быстро собрался. Внутри меня смешивались тревога и капелька надежды: а вдруг правда, кто-то понимает, что за сволочь гуляет у нас за стенами?
Я снова шёл по улицам Строхольма, но сегодня они выглядели иначе. Будто пелена тревоги лежала на каждой лавочке, на каждом лице прохожих. Люди перешёптывались: «Вы слышали? На Бранда напал монстр… Говорят, это призрак?» или «Кто-то видел в ночи волка размером с лошадь!». Разумеется, слухи росли как на дрожжах. Я шёл мимо точильни, чулочной лавки, кузницы… нигде не виднелось прежнего беззаботного оживления.
У городских ворот, у самих казарм, меня уже ждал Рив, с ним — Седрик: старший стражник, широкоплечий мужчина с большими тёмными усами и впалыми щеками. Я заметил ещё трёх или четырёх стражей, при них — двое незнакомых людей в кожаных плащах. Но моё внимание сразу привлёк ещё один человек, стоящий в стороне: высокий, худой, в дорожном чёрном одеянии, на груди висела какая-то странная металлическая пластина, а волосы его были белёсые, завязанные в небрежный хвост на затылке.
— Добро пожаловать, парень, — бросил Седрик, когда я подошёл. — У нас тут появился гость. Этот человек — называют его Мастером Дрейном. Утверждает, что разбирается в магических штуках, изгнании чудовищ и прочей чертовщине.
— Не только в магических, — раздался негромкий, но отчётливый голос незнакомца. — Я… — Он сделал короткую паузу, посмотрел прямо мне в глаза, — я бы сказал, специалист по «аномальным существам», которые не вписываются в привычную фауну.
Я кивнул и представился:
— Меня зовут Арден. Я… ну, просто горожанин, помогаю стражникам в последнее время. — Почему-то я смутился, когда он так внимательно меня разглядывал. Наверное, из-за того, что у него был проницательный взгляд, почти холодный.
Вблизи я заметил, что лицо у Мастера Дрейна лишено привычных эмоций, будто он держит некий внутренний нейтралитет. Глаза — серо-стальные, с узкими зрачками, а пальцы на руках длинные, тонкие, «пальцы хирурга», подумал я.
— Так ты тот самый юноша, который вчера отогнал «зверя»? — спросил Мастер Дрейн.
— Ну… вместе со стражником Ривом, да, — уточнил я, чуть пожав плечами.
— Опиши мне, что увидел. Точно, без прикрас.
Я взглянул на Седрика — он кивнул, мол, давай. Пришлось пересказать всё: как мы услышали рычание, как наткнулись на раненого Бранда, про длинные лапы чудища и блеск глаз в темноте. Я жёстко держал себя в руках, чтобы не показать внутренней дрожи. На мне всё ещё были небольшие синяки да порезы от того, как я падал в траву.
Мастер Дрейн слушал молча, лишь изредка коротко кивал, будто отмечал самое важное. Когда я закончил, он произнёс:
— Мне нужно осмотреть раны Бранда. И посмотреть место, где напала тварь. Только тогда смогу сказать, с чем именно вы столкнулись. И да, если в вас таки говорят, что «она» двигается непривычно… боюсь, это не просто волк.
— Мы уже поняли, что никакой это не обычный волк, — буркнул Седрик. — Пойдём, я отведу вас к лекарю.
Остальные стражи разошлись, кто по постам, кто по двору, а я шагал сзади, слушая их разговор. Рив пару раз кидал мне понимающие взгляды: мы всё равно оставались чуть в стороне от этой «старшей компании», но меня не прогоняли, что уже было странно и приятно одновременно.
Мы прошли через небольшой внутренний двор казарм, где тренировались новобранцы. Обычно по утрам там стоял звон мечей, топот, выкрики командиров, но сегодня царила напряжённая тишина. Я только заметил двоих парней, державших копья, которые вполголоса о чём-то перешёптывались. Наверняка тоже о вчерашней резне.
В дальнем углу двора располагалось каменное здание — по сути, лазарет и мини-лечебница для стражи, где обычно залечивали раны, вывихи. В углу там жила пожилая женщина-лекарь со своей внучкой, помогавшей в повязках. Именно туда нас повёл Седрик.
Когда мы зашли, я первым делом уловил резкий запах травяных настоек и чего-то едкого, что обожгло ноздри. В комнате на жёсткой койке лежал Бранд. Его лицо было бледным, на щеке залёг странный лихорадочный румянец. Плечо туго перевязали, на бинтах виднелись тёмные пятна. Лекарь — невысокая женщина по имени Миралла — встала, приложив палец к губам, давая понять, что больному нужен покой.
— Как он? — хмуро спросил Седрик.
— Нехорошо, — покачала головой Миралла. — Рваные раны, уже началось какое-то воспаление. Укусы странные: ткань разрывает, будто есть яд. Я делаю настои, но пока не помогает.
Мастер Дрейн без слов подошёл к кровати, жестом попросил лекаря отойти. Тот запустил длинные пальцы под бинты, слегка приподнял повязку. Я невольно напрягся, боясь увидеть мерзкие подробности, но Дрейн работал быстро и чётко, без лишних эмоций. Спустя минуту тихо выдохнул и постучал пальцами по своей металлической пластине на груди, точно обдумывая что-то.
— Если эта тварь относится к так называемым «осквернённым» созданиям, то в её слюне может быть смесь трупных токсинов и какой-то заразы. Нужно срочно обработать рану вот таким составом… — Он вытащил из сумки пузырёк с мутным раствором, в котором плавали волокна. — И трижды в день давать пить капли. Иначе он не продержится до следующей луны.
Лекарь Миралла нахмурилась, но молча взяла пузырёк. Я же, затаив дыхание, наблюдал. Бранду, похоже, было уже безразлично, что делают — он лежал в забытьи, тяжело дыша.
— Я вернусь завтра, — добавил Дрейн, — проверю, если будет улучшение, значит, дело в яде. Если нет… придётся применять более радикальные меры.
В комнате на миг повисла зловещая тишина, а я осознал, что от этого «странного» человека и правда веет неким знанием, будто он уже сталкивался с подобным не раз. Лекарь дала знак, что Бранду нужно спокойствие, и мы все вышли обратно во двор.
Выйдя на свежий воздух, Мастер Дрейн перевёл взгляд на Седрика и произнёс:
— Значит, ты старший стражник?
— Да, зови меня Седрик.
— Что ж, — Дрейн кивнул, — тогда займёмся поиском следов твари. Я хочу увидеть место нападения. Возможно, есть остаток её шерсти, отпечатки лап, что угодно.
Седрик оглянулся на меня:
— Арден, ты же знаешь точно, где это было? Покажешь?
— Конечно, — ответил я, чуть удивившись, что меня снова зовут с собой.
Так и получилось: спустя полчаса мы втроём — я, Седрик и Мастер Дрейн — вышли за городские ворота. На стене торчали ещё несколько солдат, тревожно смотревших вниз, но никто не решался покинуть пост. Мы прошли вдоль той самой стены, где я вместе с Ривом нашёл Бранда и столкнулся с тварью. И вот я опять чувствовал, как внутри всё сжимается от воспоминаний.
Небо было пасмурным, солнце скрылось за тучами. Ветер пробирал по полю. Когда мы приблизились к небольшой ложбине, я показал рукой:
— Вот здесь мы наткнулись на плащ Бранда… а потом и на него самого, чуть дальше, у тех кустов.
Дрейн, не тратя времени, пошёл осматривать землю. Он приседал, трогал пальцами влажную почву, принюхивался к чему-то. Временами проводил ладонью над каким-то местом, словно пытаясь уловить неуловимые колебания воздуха. Седрик глядел на него с недоумением, но молчал — чувствовалось уважение к возможному профессионалу. А я стоял чуть в стороне, настороженно озираясь, чтобы никакая тень не напала вновь.
— Здесь, — вдруг сказал Дрейн, указывая на едва заметный отпечаток. — Когти. Пять. Причём, расстояние между подушечками очень велико, шире волчьей лапы. И при этом след глубже, чем у обычного зверя. Значит, оно тяжелее, чем кажется.
Он поднял глаза, посмотрел на кустарник:
— А вот клок странной шерсти… или шкуры. — Осторожно снял небольшую тёмную лохмоть с ветки и поднёс к носу.
— Что скажешь? — спросил Седрик.
— Запах гнили. Это плохой признак. Существа, обитавшие в нечистых пещерах, иногда пропитываются разложением. — Мастер выпрямился, спрятал клок в небольшой мешочек у пояса. — Надо будет проверить по своим записям, но, похоже, это «осквернённая звероформа».
Я почувствовал, как внутри всё похолодело. «Осквернённая звероформа» звучало безнадёжно страшно.
— И что это значит? — спросил я.
— Бывает, когда животное (иногда и человек) заражается особой скверной, — задумчиво произнёс Дрейн, глядя на меня. — Дух и тело искажаются, появляются «лишние» конечности или резкие мутации, поведение становится звериным. Иногда за этим стоит тёмная магия, иногда проклятие, иногда… более глубокие силы.
Я посмотрел на Седрика: тот побледнел, морщил лоб.
— Выходит, если одна такая тварь околачивается рядом, не исключено, что есть и другие?
— Возможно, — неопределённо пожал плечами Мастер. — Или, может, она единственная, выбралась откуда-то. Обычно подобные твари долго не живут в одиночку, если нет «заказа» от кого-то.
Слово «заказ» заставило меня вздрогнуть. Неужели кто-то мог специально натравить на нас это создание? И ради чего?
Мы продолжили осмотр ещё минут двадцать, но ничего нового не нашли. Отчаянно хотелось просто сказать: «Давайте сожжём эти кусты и выставим ловушки», — однако я понимал, что если тварь была настолько быстра, нам нужны более точные методы.
К тому же Мастер Дрейн, судя по виду, не слишком верил, что зверя легко поймать «по горячим следам». Взгляд у него оставался спокойным, но что-то в нём тревожило меня — возможно, холодная уверенность, будто он уже не раз с такими монстрами сталкивался.
— Предлагаю сделать так, — сказал Дрейн: — Уж сегодня днём я попробую приготовить противоядие, а также кое-что для приманки. Ночью выставим стражу, а я буду наблюдать. Если тварь снова появится у ворот, мы сможем её либо загнать, либо убить. Но придётся рисковать.
Седрик крепко стиснул зубы:
— У нас нет лучшей идеи. Снаружи могут страдать люди, а внутри все на панике. Хочешь, чтобы Арден помог? — он бросил на меня быстрый взгляд.
Я честно признаться, напрягся: вчерашний опыт сбил с меня всю спесь, но отступать тоже было не в моём характере.
— Арден, — тихо сказал Дрейн, — в бою ты вряд ли сделаешь много против такой твари — но как очевидец, знающий, как она действует, ты можешь помочь ориентироваться на месте. Да и стражникам твоя поддержка придаст храбрости: видели ведь, как ты не струсил в первую ночь.
Я сглотнул, чувствуя внутри комок страха. Но вслух сказал:
— Хорошо, я готов.
Мы вернулись в город, и Мастер Дрейн остался в казармах «готовить снадобья» — что бы это ни значило. Седрик вернулся к своим обязанностям. А я, подавленный, побрёл домой к отцу. По пути услышал, как пара горожан громко обсуждали: «Говорят, странный охотник приехал! Наверно, колдун!», «Хоть бы помог, а то скоро вообще за стены не выйти!». На лицах людей читалась смесь страха и надежды.
В мастерской я застал отца Далмира за привычным делом: он работал напильником над заготовкой для меча. Увидев меня, быстро отложил инструменты:
— Ну что там?
Я пересказал ему встречу с Мастером Дрейном, осмотр следов и наши планы на ночь. Отец нахмурился:
— Будьте осторожны. Я, конечно, не могу тебя удержать — понимаю твой порыв. Но знай меру. Если эта тварь — порождение тёмной магии, одного твоего энтузиазма мало.
— Мастер Дрейн вроде знает, что делает, — пожал я плечами. — По крайней мере, так выглядит. А я… я не хочу быть безучастным.
Отец вздохнул, кивнул. Затем достал из угла завернутый свёрток:
— Я как раз закончил кое-что… помнишь, говорил, что клиент просил длинный боевой нож? Он передумал и заказал другое, а эта заготовка осталась. Думаю, тебе стоит воспользоваться ей.
Он раскрыл ткань: там оказался небольшой, но массивный клинок, чуть короче короткого меча, с простым гардами и несильно заострённым остриём. Я провёл пальцами по лезвию: чувствовалась крепкая сталь, хотя без изысков.
— Правда? Мне? — Я ощутил тёплую волну благодарности.
— Да, но будь аккуратен. Чтобы эта железяка не сыграла тебе злую шутку. Помни: оружие само по себе мало значит, важен тот, кто его держит.
Я кивнул, испытывая странную смесь гордости и страха. Принял дар и мысленно поклялся, что не буду махать им попусту.
Остаток дня я провёл в раздумьях, помогая отцу по мелочам, но всякий раз отвлекаясь на мысли о приближающейся ночи. Солнце клонилось к закату, тени удлинялись, и тут в дверь снова постучали. На пороге предстал Рив со словами:
— Арден, всё готово, Седрик хочет видеть тебя возле ворот. Мы собираемся на «охоту».
Я только кивнул, схватил свой новый клинок в ножнах и вышел. Сердце колотилось: предстоит ночь, которая может оказаться ещё страшнее предыдущей. Но я не мог отступить.
Мы вместе с Ривом пришли к воротам, где в лучах закатного солнца уже стояли Седрик и ещё пара опытных стражей. В стороне угрюмо возвышался Мастер Дрейн, прижимая к боку сумку. При моём появлении он коротко кивнул.
— Я приготовил приманку, пропитанную эссенцией трав и добавил несколько ингредиентов, которые должны вызвать в твари охоту к еде. Надеюсь, она появится, — сказал Дрейн. — Но если нет, нам придётся искать логово.
Седрик отправил нескольких стражей занять позиции на стене, а мы вчетвером (Седрик, Рив, Дрейн и я) заняли засаду у подножия стены, недалеко от того места, где вчера произошла схватка. По словам Дрейна, главное — дать твари укусить или потрогать эту «приманку» (какое-то мясо с вшитым ядом-отравой?), а потом уж атаковать.
Я и Рив засели в тени большого валуна, Седрик в другом укрытии, а Дрейн встал чуть поодаль, поставив на земле странную металлическую конструкцию — вроде кольца с шипами, заполненного горючей смесью. Он объяснил, что это «ловчий круг»: если существо попадёт в область, он сможет его сковать вспышкой огня на пару секунд.
Признаюсь, никогда не слышал о подобных штучках, но вопросов не задавал. Казалось, что Мастер Дрейн пользуется каким-то магическим знанием — возможно, скрытой алхимией.
Мы ждали. Солнце окончательно село. Воздух стал холодным, ветер прошелестел в кустах. Небо заволокли тучи, не видно ни луны, ни звёзд. Я сидел, сжимая рукоять ножа, всем телом ощущая, как внутри меня шевелится первобытный страх. «А что, если она появится с другой стороны? А вдруг их двое? А если…» — эти мысли стучали в голове назойливо. Но я гнал их, пытаясь вспомнить, что говорил отец: «Контролируй дыхание, держи сознание ясным».
Время текло мучительно долго. Звук капель где-то в канаве, потрескивание веток под ботинками Рива. За стеной, метрах в тридцати, темнота была как смола. Я слышал, как Седрик изредка поскрипывает доспехом, переминаясь на месте. Дрейн затаился в полной тишине, видно, приучен к охоте.
Час, два… ничего. Я уже начал думать, что тварь не придёт. Может, умнее, чем мы считали? Или вообще уползла в другие края? Но вот внезапно где-то слева послышался хруст кустов. Я напрягся, посмотрел в сторону. Через мгновение всё стихло.
Рив метнул в меня тревожный взгляд, я только кивнул ему, не издавая ни звука. Минуты ползли как часы. И вдруг на приманку легла тень: я чуть приподнялся, чтобы лучше видеть. В факелах, которые мы заранее потушили (чтобы не отпугнуть тварь), всё равно ничего не было видно, но… краем глаза я заметил смазанное движение. Нечто большое, тёмное, пригнувшееся к земле.
Сердце заломило в груди: это точно она. Тот же силуэт, изломанный, с длинными лапами. Сверкнули глаза, или мне показалось. Я почувствовал, как Рив рядом судорожно сжал копьё.
Тварь вплотную приблизилась к куску мяса, подложенному Дрейном. Я слышал тихое фырканье или хрип, словно она обнюхивала приманку. Дрейн чуть высунулся из-за укрытия, вглядевшись. Ещё секунда — и существо раскрыло пасть, вцепилось в мясо.
— Теперь! — резко крикнул Дрейн.
Седрик дёрнул рычаг ловчего круга — раздался всплеск огня, вырвавшийся из шипов в форме заградительной дуги. Яркая вспышка осветила чёрный силуэт монстра. Оно взвыло, отскочило вбок, но часть пламени обожгла его бок. Я увидел коротко то, что находилось у нас во тьме: действительно, изуродованное звериное тело, с рваной шерстью, окровавленной пастью, а глаза горели зловещей зеленоватой искрой.
— Вперёд! — скомандовал Седрик.
Мы рванулись из укрытий. Рив, опытный в копьевых атаках, первым попытался загнать зверя на шипы ловушки, но тварь, истошно завизжав, метнулась в сторону, сбила его с ног. Рив отлетел на два метра, ударился о камень. Я подскочил и, не думая, метнул свой нож вперёд, как учили в тренировках. Тварь увернулась частично, но лезвие полоснуло её по передней лапе, брызнула тёмная жидкость, напоминающая тухлую кровь.
Оно бешено зарычало, развернулось на меня. Я ощутил удушающий ужас, но не мог отступать. Мне казалось, что дыхание сбилось, как будто во сне: ноги ватные, а нужно двигаться. Но я сумел присесть, уходя от удара лапой, увидел, как сверху налетает Седрик с мечом. Его сталь врезалась в хребет твари, но, похоже, не прорубила до конца. Существо затряслось, словно в конвульсиях, выпустило из пасти жуткий хрип, разворачиваясь всем телом.
Удар — и Седрик отлетел в сторону, ударившись доспехом о землю. Я заметил вспышку: Дрейн швырнул какую-то колбу, которая, разбившись, окутала тварь удушливым дымом. Монстр закашлял, завертелся, а я подскочил, поднял свой нож, который чудом остался на земле после броска, и постарался ударить в бок, туда, где виднелся кровавый разрез.
Удар вышел неточным, тварь дёрнулась, но всё же я задел её мышцы. Оно дико взвыло, отвратительный запах разложения ударил мне в нос. На миг я подумал: «Не выдержу сейчас…», но в этот момент Дрейн резко выпустил вторую вспышку из ловчего круга, и огонь охватил чудовище сбоку.
Грохот, визг, и оно рухнуло на бок, корчась в дыму. Седрик, шатаясь, поднялся на ноги, замахнулся мечом и вогнал клинок прямо в шею зверюги. Я с трудом отскочил, чтобы не попасть под его лапы. Наконец монстр затих, лишь дёргалась лапа в судороге. И всё стихло.
Осталось только хриплое дыхание Седрика, мои собственные перебои дыхания и жуткий смрад. Тварь лежала, выдавая какие-то последние подёргивания. Я сглотнул, чувствуя, как колотится сердце.
— Жива? — прохрипел Рив, подползая к нам с ссадиной на лбу.
— Похоже, уже нет, — процедил сквозь зубы Седрик, вынимая меч. — Слава богам…
Мастер Дрейн, не теряя времени, подошёл к телу, тяжело дыша. Похоже, и ему пришлось несладко удержать ловушку. Он сел на корточки, вынул из сумки какую-то странную палочку с металлической насадкой, осторожно прижал её к боку зверя.
— Да, мы опоздали с поимкой живьём, — сухо подытожил он. — Но… кажется, я узнал этот тип «осквернения». Нужно будет провести пару исследований…
Он повернулся к нам. Свет от парочки факелов (которые успели зажечь во время боя) скользнул по его лицу: белёсые волосы растрепались, взгляд напряжён, но на губах что-то вроде облегчения.
— Вы все целы?
Я только кивнул. Кололо в боку, должно быть, я слишком резко двигался. Рив держался за ушибленную голову, Седрик хромал. Но все живы, и это главное.
Пара стражников из-за ворот, услышав шум, прибежала на подмогу. Когда они увидели тёмное тушу у наших ног, лица побледнели. Было отчего: вблизи эта тварь и правда выглядела словно кошмар: клочья шерсти, скрюченное туловище, искривлённая пасть, шипы вдоль позвоночника.
— Это… это же… — один из стражников выругался, не в силах подобрать слов.
— Осквернённая звероформа, — чётко сказал Мастер Дрейн, смахивая пот со лба. — Но, похоже, это одиночный экземпляр. Надеюсь, что так.
Седрик облегчённо выдохнул. А я смотрел на мёртвое чудовище и ощущал одновременно тошноту и облегчение. «Вот она, мерзость, которая терзала нас…» Но в голове стучало: а вдруг не одно?
Дрейн поднялся и велел принести телегу, чтобы перевезти тушу подальше и изучить её в подходящем месте (или сжечь, если «изучать» будет слишком рискованно). Седрик согласился, сказав, что надо всё же будет посоветоваться с властями города.
Затем Мастер Дрейн обвёл нас взглядом:
— Поздравляю, вы избавили Строхольм от серьёзной напасти. Но, — добавил он, — мне нужно время, чтобы убедиться, что она пришла в одиночку. И поговорить с Брандом, если он поправится. Возможно, ему снился образ того, кто управлял тварью.
Мои волосы чуть встали дыбом от этой фразы. «Кто управлял?..» Не хотел я верить, что эта дрянь могла быть чьим-то орудием. Но Дрейн казался человеком, знающим такие вещи лучше нас.
— Да, — выдавил я. — Надеюсь, с Брандом всё будет хорошо…
— Посмотрим, — Дрейн глянул в сумку, где виднелись склянки. — Я сделаю всё, что могу.
Мы помогли погрузить труп на телегу — это было отвратительно: воняло мертвечиной и гнилью, лапы твари время от времени дёргались. Но нужно было избавиться от неё, да и Мастер хотел вырезать кусок ткани для «образца». К такому зрелищу я явно не был готов.
Когда мы наконец закончили, Седрик хлопнул меня по плечу:
— Отлично сработал, Арден. Ты чуть ли не спас меня, когда зверюга атаковала.
— Да ну… я просто был рядом, — пробормотал я, смущённо потирая затылок. По правде говоря, я и сам не понял, как нашёл в себе смелость напасть. Но радовался, что никто из нас серьёзно не пострадал.
Рив, держась за перевязанную голову, тоже мне улыбнулся:
— Молодец, парень. Теперь-то точно возьмём тебя в стражу, когда подрастёшь, ха-ха.
Я улыбнулся, хотя внутри чувствовал всю эту дрожь: бой с монстром — не детская забава. Но что-то в душе подсказывало: я делаю правильный шаг, ведь хочу стать рыцарем. Сегодня, несмотря на страх, я отчасти доказал себе, что способен защищать других.
— Ладно, — Седрик повернулся к Дрейну. — Что теперь?
— Сегодня отдохните, — ответил Мастер, поднимая руку к виску, словно устав. — Я продолжу исследовать останки, проверю состав токсинов. Также добавлю Бранду ещё лекарств. Завтра соберёмся в казармах и обсудим, не грозит ли Строхольму вторая подобная тварь.
Мы только молча кивнули. На душе у меня было очень неспокойно, но говорить больше не хотелось — вымотался и морально, и физически.
Вскоре стражники и Дрейн отправились в сторону городского склада, куда хотели временно свезти тушу. Я остался на пару минут у того места, где лежали лужицы тёмной крови зверя. Подумал: «А ведь мир куда опаснее, чем я представлял…» Но в то же время я знал, что после такого возвращаться к обычной рутине уже не смогу. Я оказался замешан в серьёзном деле — и, похоже, нужно идти дальше.
Когда я вернулся к дому, за полночь, отец Далмир снова не спал. Завидев мой измазанный в грязи и крови наряд, он только покачал головой и помог снять куртку. Я был слишком измотан, чтобы что-то рассказывать. Но отец, кажется, всё понял по моему лицу:
— Ты жив, и это главное, — выдохнул он. — Завтра поговорим. Иди спать, сын.
Я рухнул на топчан и моментально отключился. Во снах меня преследовали обрывки прошедшего боя: мелькали красные глаза, крики Седрика, вспышка пламени Дрейна. И где-то в конце — странный силуэт, стоящий вдали, будто в насмешливой тишине смотрит на наш город…
Сон был тревожен, но я не помню его полностью. Лишь одно ясно: прошлая ночь изменила всё в моей жизни. С тех пор, как в наш город пришли тени, а затем прибыл Странный Мастер, начало твориться нечто большее, чем просто охота на чудовище. И я… я оказался в самом эпицентре.
Обновлено: 18.01.2026