Тьма, в которую я погружался, была теплой и уютной. Это была не смерть, а антракт. Перерыв между двумя актами моего грандиозного представления. Я лежал на холодном полу школьного коридора, чувствуя липкую влагу собственной крови и слушая панические крики двух главных героев, склонившихся надо мной. Их игра была полна искреннего, неподдельного ужаса, и я, как режиссер, мог лишь мысленно аплодировать их таланту. Рин отчаянно пыталась применить исцеляющие заклинания, ее руки дрожали, а драгоценная мана рассеивалась впустую, не в силах справиться с такой раной. Широ же, этот идиот с комплексом героя, просто зажимал рану рукой, пачкаясь в моей крови и бормоча бессвязные ободрения. Какая трогательная, какая бесполезная сцена.
Внутренне же я был полностью спокоен. Мой живой костюм, моя вторая кожа из эволюционировавших червей, уже давно взял ситуацию под контроль. Миллиарды микроскопических нитей сплелись в плотный кокон вокруг раны изнутри, блокируя излишние кровотечение, изолируя поврежденные органы и начиная процесс регенерации на клеточном уровне. Боль была лишь фоновым шумом, который я легко отфильтровывал. Сейчас я был зрителем, наслаждающимся лучшим местом в партере.
И именно в этот момент на сцену вышел главный антагонист этого акта.
— Похоже, одним Мастером стало меньше.
Голос был женским, мелодичным, но лишенным всякой теплоты. Он прозвучал из самой густой тени в конце коридора, и в нем сквозило легкое, почти игривое разочарование, как у ребенка, чья игрушка сломалась слишком быстро.
Я почувствовал, как Рин и Широ замерли, их внимание мгновенно переключилось на новую угрозу. Я же, продолжая изображать угасающее сознание, мысленно ухмыльнулся. Вот и кукловод.
Кастер появилась из роя фиолетовых бабочек. Телепортация уровня ведьмы эпохи богов действительно что то с чем то. Высокая, облаченная в темно фиолетовый, почти черный плащ с остроконечным капюшоном, скрывавшим ее лицо. Но что самое поразительное — это то, как она управляла своей марионеткой.
От ее пальцев к телу Мицудзури, которая все еще стояла с окровавленным ножом в руке, тянулись едва заметные, пульсирующие красным светом нити. Это была магия высочайшего уровня, настолько тонкая, настолько вплетенная в саму ткань реальности, что даже я, со своим обостренным восприятием, не заметил их до тех пор, пока она сама не решила их проявить. Вот она, истинная мощь волшебницы из Эпохи Богов.
— Ты!.. — прошипела Рин, поднимаясь на ноги и вставая в боевую стойку.
— Я? — мелодичный голос из-под капюшона был полон насмешки. — Я всего лишь устранила вражеского мастера. Для войны за Святой Грааль это основа основ.
— Не может быть…
— Синдзи тоже мастер?
Рин и Широ были в шоке. Я же едва сдерживал внутренний смех. Какие же они бездари. Все то шоу, которое я устроил на мосту, вся та битва, от которой содрогнулся город, прошла для них бесследно. Я ведь специально раскрыл себя как мастер Райдер, что бы отвести подозрения от Сакуры и, что важнее, от Тени.
Кастер сделала легкий жест рукой. Магические нити, окутывавшие Мицудзури, дернулись. Тело капитана, все еще лишенное собственной воли, медленно поднялось в воздух, беспомощно болтаясь, как марионетка. Одна из нитей обвила ее шею, слегка натягиваясь.
— А теперь, детишки, — голос Кастер стал холодным и требовательным, — давайте закончим этот фарс. Мне нужны ваши Командные заклинания. Отдайте их мне, и, возможно, ваша подруга останется жива.
Заложник? Какой классический, какой банальный, какой… эффективный ход.
Рин бросила взгляд на мое тело и заскрипела зубами от ярости. Она достала из карманов несколько драгоценных камней, которые тут же вспыхнули ярким светом, когда она начала наполнять их своей маной.
— Ты заплатишь за это, ведьма! — крикнула она.
И я увидел то, что меня удивило. По щекам Рин текли слезы. Настоящие, горячие слезы гнева и бессилия.
Я всегда считал, что Рин Тосака — это образец хладнокровного мага, для которого цель оправдывает средства, а человеческие жизни — лишь разменная монета в большой игре. Но сейчас она плакала. Не знал что они с Мицудзури такие близкие подруги.
Но прежде чем Рин успела атаковать, Широ шагнул вперед, раскинув руки и вставая между ней и Кастер.
— Подожди, Тосака! Не нападай! Мы не можем рисковать жизнью Мицудзури!
Какой предсказуемый, какой героический, какой идиотский поступок. Он пытался спасти заложника, вступая в переговоры с тем, кто не знает жалости.
— Я спасу ее, — его голос дрожал, но в нем была сталь. — В этот раз… я точно спасу ее!
Я снова офигел. В этот раз? Что он имеет в виду? Я прокрутил в памяти весь известный мне канон, все ветки новеллы, все побочные истории. Исключая тот раз когда Синдзи натравил на нее Райдер, а в этой ветке я такого не делал… Я не припоминал ни одного момента, где Мицудзури попадала бы в подобные неприятности, и где Широ не смог бы ее спасти. Откуда столько расхождений с оригиналом? Сначала барьер в школе, теперь это…
Внезапно воздух рядом с Рин вспыхнул красными искрами, и из призрачной формы материализовалась фигура в алом плаще — Арчер который занял позицию, прикрывая своего Мастера.
— Какая шумная компания, — его голос был полон сарказма, но взгляд, направленный на Кастер, был холодным и острым, как его мечи. — Мастер, доверьте Кастер мне.
Сцена превратилась в пороховую бочку. Два Слуги. Три Мастера (ну, два с половиной, если считать меня «умершим»). И один заложник.
— Арчер! — крикнула Рин, ее голос был полон отчаяния. — Нужно помочь Синдзи!
— Поздно, малышка, — пропела Кастер из-под своего капюшона. — Он уже одной ногой в могиле.
— Я согласен, — неожиданно произнес Арчер, его взгляд скользнул по моему бездыханному телу без всякого сочувствия. — Но по другой причине. Если Кастер признала его Мастером, значит, он враг. А устранение вражеских Мастеров — наша первостепенная задача.
— Ты не посмеешь! — взвизгнула Рин, и ее цундере-натура взяла верх над отчаянием. — Да какой из него Мастер?! Ты хоть видел его магические цепи? Они же слабее, чем у первоклассника! Он не может быть врагом!
— Хватит! — рыкнул Широ, вставая на пути Арчера и не давая ему сделать и шага. — Я не позволю тебе рисковать жизнью Мицудзури. Сначала спасем ее!
Кастер, парящая в воздухе над своей беспомощной жертвой, издала тихий, мелодичный смешок.
— Какие же вы еще дети, — произнесла она, обращаясь скорее к Арчеру, чем к остальным. — Должно быть тебе нелегко с таким мастером Арчер.
Арчер тяжело вздохнул, и в его вздохе слышалась вселенская усталость.
— Так и есть, — пробормотал он, глядя на яростную Рин и упрямого Широ.
Я лежал на полу, истекая фальшивой кровью, и наслаждался этим хаосом. Все фигуры были на доске, все играли свои роли идеально. Сцена была готова. Мой выход должен был стать кульминацией, вишенкой на этом торте из драмы и пафоса. Я уже начал концентрировать магию, готовясь к самому эффектному перевоплощению в истории…
Когда внезапная, неистовая вспышка фиолетовой магии разорвала пространство в коридоре.
Воздух загудел, и из нематериального состояния, со скоростью молнии, прямо между Кастер и нашей группой героев материализовалась фигура. Длинные фиолетовые волосы, повязка на глазах, и два клинка-цепи в руках, уже готовые к атаке.
Райдер пришла и, судя по ауре неконтролируемой, холодной ярости, исходящей от нее, она была очень, очень зла.
Обновлено: 03.02.2026