Зрители в чате сделали вид, что не заметили сарказма в голосе Сун Лэлэ.
—【Ну конечно! Лэлэ, мы все твои самые преданные сторонники!】
—【Именно! Я люблю тебя больше всех, Лэлэ!】
—【Лэлэ, я твой фанат уже десять лет!】
Сун Лэлэ потеряла дар речи.
— Вы бы хоть аккаунты сменили, прежде чем такое писать! — возмутилась она. — Только что смеялись надо мной, а теперь врёте в глаза, и даже не краснеете!
—【Лэлэ, это не я сказал! Это мой двоюродный брат клавиатуру отобрал!】
—【Эй, у тебя тоже? А у меня двоюродная сестра!】
—【А у меня собака!】
Ну, конечно. Теперь ещё и собаки виноваты.
— Знаете, есть у вас собаки или нет, я не знаю. Но то, что вы сами те ещё псы, — это факт! — бросила она, испепеляя их взглядом.
—【Лэлэ, Лэлэ, тебе нужно поработать над своим самообладанием. Посмотри, какой спокойный братец Цинь!】
Сун Лэлэ перевела взгляд на него. И вправду. Выражение его лица было абсолютно безмятежным. Он аккуратно и методично складывал готовые листы бумаги.
Глядя на него, Сун Лэлэ постепенно погрузилась в свои мысли.
«Если подумать, и с керамической плитой, и с фруктовым чаем, и теперь с бумагой… Цинь всегда сохраняет это невозмутимое спокойствие. Странный он всё-таки, этот первобытный человек».
«И неужели он и вправду способен так быстро всему учиться?»
Ведь он освоил несколько сложных технологий прямо у неё на глазах, с нуля.
Ей стало до ужаса любопытно: сможет ли Цинь так же мгновенно освоить любую новую технологию, любую новую науку?
Поразмыслив немного, Сун Лэлэ внезапно усмехнулась. Она покачала головой и тоже принялась собирать свои листы бумаги.
Разумеется, она и не догадывалась, что внешнее спокойствие Цинь Фэна объяснялось вовсе не его железной выдержкой. Просто всё его внимание было поглощено системными уведомлениями.
Как только бумага была готова, в его голове раздался знакомый звук:
【Динь! Поздравляем носителя! Изготовленная вами бумага была задокументирована для потомков. Число свидетелей достигло двухсот тысяч. Вы получаете случайную награду: сердцевина тысячелетнего дерева гинкго!】
«Вот это да! Сердцевина тысячелетнего дерева!»
Глаза Цинь Фэна вспыхнули от радости. Сердцевина гинкго идеально сочеталась с бивнем короля мамонтов. Это был второй ключевой ингредиент для практики «Техники Закалки Костей Кровью»!
«Не пришлось даже напрягаться, само в руки пришло!»
Теперь, когда у него были оба основных компонента, найти остальные, вспомогательные травы, было делом техники. Практику можно было начинать уже в ближайшее время!
Цинь Фэн был на седьмом небе от счастья.
«Надо же, не ожидал, что за технологию изготовления бумаги, полученную от Лэлэ, тоже дадут награду!» — он задумчиво потёр подбородок.
И в этот момент в его голове родился новый, ещё более коварный план.
Он-то прекрасно знал свои сильные и слабые стороны. До перемещения во времени он был обычным журналистом, пишущим для гастрономического издания. Он неплохо разбирался в еде, но на этом его познания, в общем-то, и заканчивались. О большинстве технологий, вроде той же бумаги, он имел лишь самое поверхностное представление.
«Каким бы сильным ни был мой "Корень Мудрости", он не поможет мне изобрести технологию из ничего», — подумал Цинь Фэн.
«А это значит, что все технологии придётся и дальше выуживать у Лэлэ (а точнее, у её подписчиков)!»
Его взгляд, полный хищного огня, впился в Сун Лэлэ.
Девушка почувствовала себя неуютно под этим пронзительным взглядом.
— Что-то не так? — она смущённо съёжилась. — Учить иероглифы?
Цинь Фэн на мгновение замешкался, а затем кивнул.
Действительно. С выуживанием технологий торопиться не стоит. Сначала нужно освоить язык.
Теперь, когда у них были бумага и ручка, обучение пошло гораздо быстрее. Сун Лэлэ, следуя советам учителя из чата, начала с основ — с пиньиня.
И тут её ждал новый, ещё более сокрушительный удар по самооценке.
«Кто я?»
«Где я?»
«Что я здесь делаю?»
Сун Лэлэ была в полной растерянности. По одному лишь её лицу можно было прочитать, что её мир перевернулся с ног на голову.
—【Лэлэ снова в нокауте!】
—【Ну, что поделать, братец Цинь не просто гений… он монстр!】
—【Это просто невероятно! Я наблюдал за всем процессом от начала и до конца, но до сих пор не могу поверить в такую скорость обучения! Это за гранью понимания!】
—【Чёрт побери, мы с братцем Цинем точно принадлежим к одному биологическому виду? Хе-хе-хе…】
—【Неудивительно, что Лэлэ сломалась. Я и сам уже на грани.】
— Лэлэ, ещё… иероглифы? — с лёгкой запинкой спросил Цинь Фэн.
Сун Лэлэ, погружённая в свои мысли, вздрогнула. Её взгляд сфокусировался на Цинь Фэне. Она смотрела на него, и в её глазах читалось недоверие.
События последнего часа пронеслись перед её мысленным взором.
Пиньинь, который она ему объясняла, он запомнил с первого раза. Четыре тона, которые она продемонстрировала, он тут же освоил и начал применять ко всем остальным звукам.
Какое слово как читается — он усваивал мгновенно.
И, наконец, самое невероятное. В процессе обучения Сун Лэлэ время от времени использовала целые предложения. И, похоже, Цинь Фэн, основываясь на этих обрывках фраз, самостоятельно вывел для себя основные правила грамматики и синтаксиса. Он уже мог, пусть и с запинками, строить простые фразы и общаться с ней.
«Ты вообще человек?!» — вот что ей хотелось крикнуть ему в лицо!
Но она сдержалась. Покачав головой, она стиснула зубы:
— Хорошо! Хочешь учить иероглифы? Продолжим!
Но в глубине души она уже строчила паническое сообщение в чат:
«Родные мои, спасайте! Срочно! Какие иероглифы я ему ещё не показывала? Быстрее, накидывайте варианты!»
Зрители в чате лишь усмехнулись. Они с готовностью бросились ей на помощь. Скорость обучения Цинь Фэна поразила их до глубины души, и им самим было интересно, до каких пределов может дойти его гениальность!
• • •
В это же самое время, в Пекинском университете, на факультете археологии.
В небольшой аудитории собралась группа людей. Все они молча смотрели на экран мультимедийного проектора, на котором транслировался прямой эфир. Среди них был и профессор Лю Чжигу.
Он всегда считал себя лучшим в мире специалистом по эпохе неолита. Но с появлением стрима Сун Лэлэ его представления об этом периоде рушились одно за другим.
Теперь просмотр прямых эфиров и нарезок со стрима Сун Лэлэ стал обязательной частью многих археологических курсов.
— Сначала керамика, потом бронза, пчелиный улей… а теперь ещё и эта невероятная, просто чудовищная способность к обучению, — пробормотал Лю Чжигу, потирая переносицу.
Он не знал, что и думать обо всём этом.
— Ну, что скажете? Какие у вас мысли по поводу Циня? — вздохнув, обратился он к студентам.
В аудитории на несколько мгновений воцарилась тишина.
— Учитель, — раздался робкий голос, — неужели все первобытные люди были такими гениями?
Лю Чжигу поперхнулся. Он был почти уверен, что нет. Но другие первобытные люди крайне редко появлялись в кадре, так что он не мог утверждать это с полной уверенностью.
— Учитель, а почему братец Цинь так строго следит за правильным порядком написания черт в иероглифах?
«Личная привычка?» — пронеслось в голове у Лю Чжигу.
— Учитель, а вот если братец Цинь и его племя научились делать бумагу у нас, из будущего, будет ли это считаться изобретением эпохи неолита?
Лю Чжигу окончательно застыл. Он понял, что ни на один из этих вопросов у него нет ответа…
Обновлено: 21.01.2026