Машина времени есть у каждого из нас: то, что переносит в прошлое — воспоминания; то, что уносит в будущее — мечты.
Герберт Уэллс
Двадцать пять лет после смерти Короля Демонов.
Утреннее солнце коснулось лучами крыш домов, заглядывая в окна, пробуждая ото сна тех, кто ещё не встал.
Я же, по своему обыкновению, уже давно проснулся и сейчас выполнял утренний комплекс упражнений с мечом. С момента нашего знакомства с Гайтером и путешествия в Святой град Штраль и обратно минуло уже тринадцать лет. За это время я ещё подрос и теперь выглядел, как пятнадцатилетний пацан. Благодаря ежедневным физическим упражнениям я обзавёлся неплохим мышечным каркасом, который, с учётом моего дальнейшего роста, гарантировал мне весьма внушительный вид в будущем. Пока же я был лишь жилистым подростком.
Кстати, как я уже успел заметить на Гиммеле, мышцы в этом мире вовсе небыли гарантом внушительной силы. Герой, к примеру, в этом плане особо не выделялся, однако был неимоверно, я бы даже сказал, чудовищно силён и быстр. Именно наблюдение за ним в своё время навело меня на мысль, что мана – это далеко не только магия. Воины в этом мире как бы использовали ману внутри себя, а не выпускали наружу. Как и с магией, далеко не всем это давалось, однако Гиммель был в этом плане уникумом. Хотя, как от человека, сумевшего победить Владыку Демонов иного ждать и не приходится.
Так вот, напросившись наблюдать за тренировками Гиммеля, основное внимание я сконцентрировал не на движениях и приёмах, а на том, как через его тело течёт мана. И таким вот путём наблюдений и последующих экспериментов я научился использовать ману и для внутреннего усиления организма. Разумеется, далось мне это далеко не сразу, но времени у меня было предостаточно. Начал я ещё во время нашего с Гиммелем обратного пути в столицу. Кстати об этом. Той же дорогой мы возвращаться не стали, вместо этого совершив небольшой вояж по Центральным землям.
Следующей нашей остановкой после Штраля стал портовый город Варм, с которого начинался торговый путь в Срединное море. Как и все города, он оказался густонаселённым и шумным, а наличие порта сказалось на количестве различных торговых лавок и разнообразии товара.
А ещё в этом городе было очень много кошек. Создавалось ощущение, что хвостатые были буквально повсюду. Как мне объяснил Гиммель, это связано с тем, что основной промысел Варма – рыбная ловля. Город буквально этим жил. Этим и торговлей. И чтобы защитить товары и припасы от различных вредителей, в основном мышей и крыс, люди в большом количестве заводили кошек. Причём, пушистых здесь не обижали, ибо по закону причинение вреда кошке приравнивалось к нападению на стражу. Ведь по сути, они и являлись маленькими охранниками.
Впрочем, в Варме мы надолго не задержались. Лишь поужинали в кафе, с террасы которого открывался потрясающий вид на море и закат. Мне сразу вспомнилась цитата, что я услышал ещё в прошлом мире: «На небе только и разговоров, что о море. И о закате. Как он тает на волнах. И еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине». Поистине завораживающее зрелище.
Следующим утром мы отправились дальше, в Лес Грёссе. Практически в самом центре леса располагалась деревня. Встретившись со старостой мы отправились туда, где был запечатан Мудрец Разложения Кваль.
Оказалось, Гиммель посещал это место каждый год, чтобы убедиться, что всё в порядке и печать не повреждена и не снята. Разумеется, я замечал его продолжительные отлучки, но он никогда не говорил, куда отправляется, а я не спрашивал. Кваль находился на большой поляне, которая возникла явно искусственным путём. Были заметны воронки, оставшиеся от ударов большой силы. Что конкретно это было, магия или просто физическая сила, сейчас сказать уже было нельзя.
Демон застыл на одном колене на вершине холма. Этот огромный монстр внушал трепет одним своим видом. Даже в такой позе он был размером с двухэтажный дом. А уж в полный рост он и того был метров двенадцать. В общем, большой парень.
В деревне мы задержались на пару дней. Помогали местным по хозяйству, а вечерами Гиммель беседовал со старостой. Оказалось, пацанёнком тот как-то похулиганил, задрав Фрирен подол. И как я понял, Гиммель припоминал это каждый раз, когда посещал деревню. Впрочем, староста был даже горд своей давнишней шалостью, говоря, что передаст память об этом своим внукам. А затем следовал их с Гиммелем долгий спор на тему того, что конкретно можно рассказать, а о чём ему, как человеку воспитанному, стоит всё же умолчать.
Покинув деревню, мы углубились в лес. Спустя примерно сутки пути по практически пересечённой местности мы добрались к реке Фоль. Здесь, по словам Гиммеля, когда-то обитала Великая Волшебница Фламме. И уж не знаю, то ли места и правда волшебные, то ли я просто устал бродить по лесу, но именно здесь я освоил магию полёта. Нет, я её знал и до этого, но вот такого желания оторваться от земли, как в тех местах, я ещё не испытывал. Действительно, всё, что не делается - всё к лучшему. С полётом, как и с катанием на двухколёсном велосипеде – стоит только понять принцип и тебя уже не остановить. Так и я, освоившись, рассекал по небу приличное количество времени. А после ещё и Гиммеля подтянул. Он, конечно, противился, так как в воздухе был наиболее уязвим, но ситуация вынудила. Ещё он заметил, что я могу находиться в воздухе дольше, чем даже Фрирен. Возможно, это опять проявила себя моя демоническая природа.
Спустя ещё несколько дней путешествия по лесу мы выбрались на дорогу, что вела в регион Бердт. Благодаря своему географическому положению он стал одним из основных сельскохозяйственных регионов Центральных земель. Поэтому Бердт с остальными городами соединял довольно приличный тракт, на который мы, собственно и вышли. Поймав проходящую в нужную нам сторону телегу мы отправились в глубь региона. Туда, где жил ещё один член Геройского отряда – гном-воин Айзен.
Товарища Гиммеля мы застали во время молитвы около сделанных из камней пирамид. В дальнейшем я узнал, что это была могила семьи Айзена, которая погибла при нападении демонов больше ста лет назад. Что могу сказать о нашем знакомстве... Ну, его реакция на моё происхождение была, пожалуй, самой адекватной. Гном просто пожал плечами и произнёс: «Если Гиммель доверяет тебе, то кто я такой, чтобы сомневаться». А когда он увидел, как я провожу утреннюю разминку с мечом, дал несколько ценных советов. «По твоим движениям заметно, что технике тебя учил Гиммель. Вот только у тебя нет его скорости и силы, оттого рисунок ломается и появляются бреши, удар в которые может стать для тебя смертельным».
В гостях у Айзена мы задержались на две недели. Столько мне потребовалось, чтобы закрепить те новые движения, которые гном-воин мне показал. Не смотря на то, что основным его оружием была секира, Айзен отлично разбирался в техниках владения мечом. Впрочем, движения с секирой я тоже выучил. А всё потому, что я так и не решил, на каком оружии остановиться. Хотелось попробовать всё. Поэтому я старался вобрать в себя мудрость двух мастеров: Айзена и Гиммеля. Но основным своим оружием я по прежнему считал магию.
На данный момент у меня было две основных способности, завязанных на мане: магия крови и магия созидания. И плюсом к этому шёл набор базовых заклинаний (спеллов). Если говорить о классификации, то все заклинания делились на следующие категории:
атакующие заклинания;
защитные заклинания;
заклинания поддержки;
прочие заклинания.
И пока что я владел лишь одним спеллом из каждой категории. "Зольтраак" для атаки, "Шутцен" – заклинание щита, для защиты, "Винд" – заклинание, создающее порыв ветра, для поддержки и "Клар" – заклинание очищения из разряда прочих. Конечно, ещё была магия Богини, но постигалась она тяжело, буквально со скрипом. Но я не сдавался, уделяя по два часа утром и вечером для чтения Святого писания и тренировки данной ветки магии.
Гораздо интереснее обстояли дела с моими приобретёнными демоническими способностями. Магия крови, доставшаяся мне от Блата, при ближайшем рассмотрении оказалась весьма многогранным направлением. Как я уже говорил ранее, с помощью маны я научился укреплять своё тело, и в один прекрасный момент я наконец додумался подключить к этому делу и кровь. Напитывая её маной и разгоняя по мышцам я смог укрепить тело достаточно, чтобы принять удар меча на ладонь без последствий. Однако это требовало очень большой концентрации. Стоило отвлечься и эффект спадал. Но начало было положено. При должном развитии я смогу стать самым настоящим Человеком из Стали. И подобная перспектива, мягко говоря, будоражила сознание.
Сумел я применить и ещё одну способность, завязанную на магию крови – вытягивание маны. Для этого мне требовалось сформировать из крови шип, который нужно было воткнуть в тело врага и начиналась перекачка маны. Правда шла она довольно медленно и приличная часть словно развеивалась в окружающую среду. Жертвами моих испытаний стали несколько деревьев, что Айзен планировал срубить на дрова. Помимо крайней малоэффективности в плане высасывания маны, у этих шипов был ещё один существенный недостаток – мне необходимо было находиться в непосредственном контакте с тем, у кого я качал ману. Отдельно от тела шипы не работали и это в целом было логично. Даже Блат вытягивал кровавые пики, которые одним концом соприкасались с ним. Мне до таких фокусов ещё далеко, но лиха беда начало.
А вот с моей изначальной способностью произошёл затык. Лимит создания до десяти вещей и на этом остановился, а из-за моих скудных познаний в технике я не мог создать ничего действительно полезного. Сместив фокус внимания я решил заняться другим немаловажным моментом – как сделать так, чтобы созданные вещи не распадались. И в этом деле я добился... ровным счётом ничего. Какая-то навязчивая мысль крутилась где-то в глубинах подсознания, но на свет выходить не желала категорически.
Так, в тренировках с оружием и магией и проходили мои дни в регионе Бердт, пока мы не двинулись дальше, перед этим уговорив Айзена посетить нас в столице с ответным визитом через пару лет. А заодно и проверить, как я усвоил его уроки.
Следующим пунктом нашего маршрута стал город-крепость Вааль, что служил пропускным пунктом в Северные земли. Оттуда с караваном мы доехали в регион Вилле, а оттуда, по одному Гиммелю известным тропам вернулись в столицу. Весь наш вояж занял без малого три месяца.
От воспоминаний тринадцатилетней давности меня отвлёк грохот из дома. В мгновенье преодолев двор я распахнул дверь и ввалился внутрь с мечом на перевес. Никаких незваных гостей в доме не обнаружилось, кроме Гиммеля, лежащего на лестнице.
– Что случилось? Ты в порядке? – спросил я, прислонив меч к стене и направившись к другу.
– Кхм, да просто голова закружилась, когда я спускался, – несколько смущённо ответил Гиммель.
– Закружилась? — удивленно переспросил я. В это было сложно поверить, но, с учётом возраста Гиммеля и появившейся седины в волосах. – Так. Давай поднимем тебя и сядем за стол.
Я помог ему встать и, бегло осмотрев, заметил, что количество ссадин больше указывает на то, что Гиммель кубарем скатился со второго этажа, а не просто споткнулся на ступеньке.
– Может, сходим в церковь? Там тебя подлечат и скажут, всё ли хорошо, — обеспокоенно предложил я, но увидев смущённое лицо Гиммеля, понял, что ему было крайне стыдно обращаться по такому поводу в церковь. Поэтому вздохнул и сказал: – Или я тебя подлатаю. Заодно потренирую магию исцеления.
Гиммель благодарно кивнул и я, материализовав в руке Святое Писание, приступил к лечению. Кстати, магия материализации была крайне занятной штукой. Вот только с её помощью можно было воплотить только магический посох или Писание. По крайней мере, на данный момент.
Протянув руку, засветившуюся мягким зелёным светом, я водил ею над ссадинами Гиммеля. Руку слегка покалывало, словно я её отлежал. К сожалению, магия Богини в полном потенциале поддавалась только избранным, но останавливаться в её изучении я не собирался. Я уже мог исцелять небольшие травмы, распознавать болезни и яды. Так что ветку целительной магии я собирался качать так долго, как смогу.
Вскоре Гиммель как новенький, но основную причину его состояния я исцелить не в силах. Да и вряд ли кто-то другой смог бы. Старость – неизбежный этап жизненного цикла человека. Даже для такого великого, как Герой Гиммель.
***
Двадцать восемь лет после смерти Короля Демонов.
– Гиммель. Мне кажется, с возрастом ты стал несколько бессердечен, – заявил я.
– Хммм, – меланхолично протянул тот, – И почему же ты так решил?
– Даже не знаю, с чего начать, – с сарказмом ответил я.
Мы находились на опушке леса в двух днях пути от столицы. Причина моего недовольства заключалась в том, что я только что из этого самого леса вышел. Перед этим убив здоровенного монстра и перемазавшись в его крови. За последние годы Гиммель практически отошёл от геройских дел и теперь брался за меч только в самом крайнем случае. Вместо этого он отправлял сражаться меня, наблюдая издали и периодически давая советы.
– Сдаётся мне, ты опять применил этот свой особый приём. Как ты его там назвал? "Экспансив", кажется? А используй ты только меч и пачкаться бы не пришлось, – сказал Гиммель потирая подбородок.
– У этого чудовища оказалась крайне хорошая реакция. А кровяные шипы он просто не воспринял всерьёз.
– Большая ошибка с его стороны, – осуждающе покачал головой Герой.
"Экспансив" – моё авторское изобретение. За эти годы я научился не только формировать из своей крови шипы и копья, но и формировать на их наконечниках что-то вроде спящего заклинания Созидания. Когда такой шип попадал в противника, я мысленным усилием создавал различные крупногабаритные предметы прямо внутри его тела. Пробовали когда-нибудь сражаться с тумбочкой вместо сердца? Вот и монстр таких экспериментов не пережил. Собственно, он в основном и был полезен только против монстров, так как маг мог просто применить заклинание щита.
– И всё же, – продолжил Гиммель, – Мне кажется, подобные меры были несколько... Чрезмерны. Хватило бы и обычного "Зольтраака".
– Да, – кивнул я головой, – Просто я немного запаниковал и шарахнул его самым действенным, что знал.
– Понятно, – покачал головой Гиммель, – Значит, для столкновения с драконом тебе пока рано.
– Гиммель, – вздохнул я, – Ну какой дракон? У них же практически полная неуязвимость к магии. А мечем я вряд-ли много навоюю.
– Недооцениваешь ты себя. Впрочем ладно, если ты закончил, то почистись и пойдём. Порадуем старосту хорошими новостями.
Идя рядом с Гиммелем и сдерживая шаг, чтобы не перегонять его, я невольно вспомнил разговор буквально месячной давности. Тогда, сидя в кресле у камина, он сказал мне:
– Я старею, Штерн. Не знаю, сколько ещё смогу ходить с тобой на охоту за монстрами даже в качестве сопровождающего. Думаю, нам стоит разойтись и пойти своими путями. Я научил тебя практически всему, что знаю сам. Не стоит тебе тратить время на старика. Лучше путешествуй, учись, найди хороших друзей, как я в своё время.
– Гиммель, – вкрадчиво произнёс я, – Ты ведь прекрасно знаешь, что моя жизнь растянется на долгие столетия. Возможно даже на тысячу лет. Но даже если это не так, я бы всё равно тебя не покинул. Я ценю каждый день с момента нашего знакомства и не считаю, что хотя-бы минута была потрачена зря. Я с тобой до конца. Не потому, что когда-то пообещал тебе это, а потому что так правильно. Ведь ты стал для меня такой же семьёй, как и члены геройского отряда для тебя. Я многим тебе обязан, Гиммель. И если для того, что бы отплатить тебе, мне нужно будет возиться с ворчливым стариком – так тому и быть.
– Думаю, я буду прекрасным стариком, – самодовольно ухмыльнулся Гиммель, – Седина, как видишь, мне к лицу.
– Ну конечно, – хмыкнул я, – Герой Гиммель и его легендарное самолюбование.
– Что поделать, – пожал тот плечами, – Никто не виноват в том, что я идеален.
А затем уже тише добавил:
– И спасибо за эти слова, Штерн. Ты тоже мне дорог.
После того разговора мы словно стали ближе. По вечерам, когда было тепло, сидели во дворе и смотрели на звёзды. А в холодное время сидели у камина. Гиммель стал больше рассказывать о своих приключения. В его историях появилось больше деталей, которые он до этого опускал. Периодически рассказывал и о Фрирен – эльфийке-волшебнице из их отряда. Если раньше он упоминал о ней лишь мельком, то в последнее время рассказывал истории, где она была главной фигурой. Я заметил, что когда он рассказывал о ней, его выражение лица становилось каким-то мечтательно-грустным. Впрочем, с вопросами я не лез, тут явно какая-то давняя история. Возможно однажды, если он захочет, сам мне расскажет.
Был и другой момент, который я заметил уже за собой – изменение восприятия течения времени. Подобное было и раньше, но сейчас всё чаще случалось, что я, задумавшись над чем-то, не замечал, как проходил целый день. Этому способствовало так-же и то, что раньше меня периодически дёргал Гиммель, а теперь и он мог провести весь день где-то в своих мыслях или за перепиской с друзьями. К сожалению, у Айзена появились какие-то дела в Северных землях, поэтому его визит к нам откладывался.
Впрочем, это не отменяло мои ежедневные тренировки с мечом и секирой. Я интересовался у Гиммеля, есть ли в этом мире какие-нибудь боевые искусства и оказалось что да, есть. Так, например, некоторые горные народы в Южных землях владеют чем-то на подобии Кунг-Фу моего прошлого мира. А так, в основном люди полагаются либо на оружие, либо на магию. Что как по мне несколько недальновидно, поэтому я поставил себе мысленную заметочку как-нибудь добраться в Южные земли и научиться там правильному руко-ного-махательству. Зачем? Ну, потому что это круто.
Помимо тренировок с железом я не забывал и о развитии своих магических способностей. Теперь я могу колдовать без так называемых магических концентраторов. В этом мире это поимущественно посохи. Я и раньше то не особо их использовал, а теперь, чтобы сформировать тот же щит мне достаточно лишь подумать и выпустить нужно количество маны. Или же я могу использовать в качестве концентратора свою кровь.
Так же я научился создавать кровавые хлысты, которые высасывают ману из жертвы. Скорость их пока не большая, но против больших и неповоротливых монстров работает отлично. Правда процесс вытягивания маны медленный и для жертв крайне болезненный, поэтому я стараюсь использовать эту способность лишь в крайнем случае. В основном, просто обездвиживаю противника, а дальше в ход идёт или Зольтраак или холодное оружие. Смотреть на мучение живых существ, даже монстров, меня не прельщает.
Мои навыки в базовой магии и магии Богини так же улучшились. Выучив заклинания и научившись использовать их без слов-активаторов, я сосредоточился на контроле потребления маны. С этим ведь как, сначала формируется основа, затем вливается мана, а само заклинание является активатором и программой действий. Научившись применять магию без слов, я хотел научиться формировать "рисунок" заклинания и запитывать его маной мгновенно. Это даст мне преимущество в скорости каста и некоторый эффект неожиданности, ведь я уже давно учусь скрывать свою магическую ауру, а в момент применения спелла контроль зачастую слетает, что ведёт к раскрытию моих истинных способностей, чего мне бы не хотелось.
В этом мире вообще довольно странная философия в этом плане. Считается, что настоящий маг не должен скрывать свою ману, а наоборот, демонстрировать свои возможности, что называется, издалека. Особенно этим грешили демоны. Как существа, особенно чувствительные к магии, они считали сокрытие своих истинных возможностей недостойным. Что занятно, люди в этом плане не далеко от них ушли. Лично мне подобный подход категорически не нравился. Это напоминало мне период из истории моего мира, когда в Первую мировую войну люди, привыкшие воевать по старинке, отправляли полки строевым маршем на пулемёты. Мол, демонстрация силы духа и железной воли. А по факту – глупая бравада. Поэтому я решил разработать свой стиль ведения боя. Как магического, так и холодным оружием. В идеале конечно совместить и получить что-то убойное, но пока лучше заложить правильные основы и уже от них двигаться дальше. Подло? Может быть. Однако, как говорят в моём мире: «Победителей не судят».
Обновлено: 01.02.2026