Глава 4 — Глава 2

Глава 2 – Утро начинается не с кофе. Сквозь сон я слышал чьи-то голоса. Один был молодой и в меру писклявый – я предположил, что это была та девушка, которую я видел в том зале. Другой же голос принадлежал какому-то старику: он был сухим и жутко неприятным. Пытаясь вслушаться в слова, понял – я ничего не понимаю. Язык, на котором они общались был слегка похож на латынь. Тем временем, разговор этих двоих, из спокойного превращался в какую-то ссору. Приоткрыв глаза увидел, что балдахин был аккуратно собран, открывая глазам говорящих. Судя по всему, я сделал правильный вывод. Та самая розововолосая стояла с левой стороны кровати, тогда как с правой стоял старик. Старик был весьма колоритен: толстяк с синими волосами, собранными в непонятный клок, похожий на улей, на лице стояла гримаса какого-то неверия и возмущения, хотя в глазах явно пылала искра хитрожопости. Одет он был в халат, что похож был на медицинский, с отличием лишь в том, что он был золотого цвета и весь покрыт какими-то рюшечками, которые делали его чутка смахивающим на огромную нахохлившеюся сову. В руке же у него лежал весьма объёмный мешочек, очевидно заполненный не конфетками, а деньгами. К моменту, когда я доразглядывал старика, розововолосая успела перейти сперва на крик, а затем на шепот. Она все время показывала на мешок, что держал старик и активно жестикулировала, на что старик что-то отвечал и все повторялось. Закончилось эта непонятная мне перепалка тем, что розововолосая почти с паническим лицом подошла к старику, торжественно что-то говоря, приложила правую руку к сердцу и поклонилась бы ему если бы не... - Стоять боятся задохлики! – ничего тупее и «остроумней» мне в голову на тот момент не пришло. Эффект был неповторим. Девушка подскочила на добрый метр к потолку, что-то крича и кажется явно матерясь, хотя выглядела она скорее довольно. На лице старика же был коктейль из легкого испуга, омерзения и огромного недовольства, будто вместо колбасы ему в сэндвич положили дерьмо. Интересно, что я за дейсто сорвал, что они были так сосредоточены? Да и не смог я слишком сильно крикнуть, чтобы они просто так всполошились. Мои размышления прервал старик. - Откуда знать етот Язык? – произнес он, коверкая слова ужасным акцентом. - С рождения его знаю. – ответил я, пытаясь развести руками, что вызвало новый приход боли. Услышав мой ответ, старик так удивился, что морщин на его безбородом лице почти не осталось. Затем удивление превратилось в ужас, который после, резко сменился подобострастной улыбкой. Он чуть-ли, не крича что-то спросил у девушки, после чего опять повернулся ко мне. - Молодой гаспадин, думаю вам нужно отдохнуть. После я приииду и асматрю ваши раны. После чего спринтерским бегом, с неожиданной для толстого старичка скоростью скрылся за розовой дверью. - Чего это он? – спросил я у девушки и увидел, что она плачет. – Чего это с тобой? Она лишь помотала головой и кинулась меня обнимать. АААУ! – Она так крепко меня сжала, что кажется еще чуть-чуть и я отрублюсь от боли. Девушка заохала, что-то пробормотала и выбежала лишь немногим медленнее чем старик. - Может мне объяснить кто-нибудь, что за хрень тут происходит?! На мой крик – вбежала черноволосая девушка в наряде горничной. - Я что в мэйд-кафе? Попытался пошутить я, но эта девушка явно меня не поняла и начала что-то причитать на этом странном языке. - Ну что же придется учить местных аборигенов. – сказал я шутливо, пародируя сам не знаю кого. – Да хватит уже что-то лепетать, я все одно нифига не понимаю. – Я помахал ей руками, пытаясь языком жестов показать «стоп». - Хм. Видимо сработало. – Горничная наконец-то замолчала и в каком-то нетерпении уставилась на меня. – Меня зовут Никита. А тебя? – в этот раз я сначала указывал на себя, произнося свое имя, а затем с вопросом указывал на нее. - Никица? – она непонимающе и еще более пристально смотрела на меня. - Ты серьезно сейчас? Как можно так коверкать мое имя? – теперь я уже уставился на нее в непонимании. - Никица. – утвердительно сказала она, сама себе кивнув. - Да нет же! Ни-ки-та. – по слогам повторил я ей. - «кивает» - Не хочешь правильно произносить, да? - «кивает» - Да чтоб вам пусто было. Ладно, почти всю жизнь в том мире называли не так, видимо и тут будет. – прошептал я сам себе. – Ок, называй просто Н-И-К – как можно четче проговорил я. - Н-И-К. – словно пробуя имя на вкус повторила она. – Ник! - Хоть так мать вашу. – в сердцах сказал я, на что горничная посмотрела на меня с укором. – Ты что меня сейчас поняла? - «кивает». - Фуух. Видимо нет. И так мы выяснили, что я Ник, а тебя как зовут. – сказал я повторяя жесты, что я уже использовал в начале. - А! – воскликнула она будто что-то вспомнив. – Глориоза! – Она аккуратно выпрямилась, поправила юбку и поклонилась, смотря мне в глаза. – Глориоза де Монфор. - Глориоза де Монфор? Дворянка значит? Ну чтож. Тогда позвольте представится. – Ник де Рождественский. Так же чуть поклонившись сказал я, смотря ей в глаза, одновременно пытаясь не заржать, ибо лично для меня – это звучало смешно. В любом случае, пусть и я и поковеркал имя, но фамилию менять не стал, «не престало высокородному коверкать фамилию» вспомнил я слова матери, которые она постоянно произносила на занятиях по этикету. В детстве у меня не получалось произнести собственную фамилию из-за того, что я шепелявил. От приятных воспоминаний меня отвлекла та же горничная. - ААХ! – воскликнула она, после чего опять что-то залепетала, постоянно кланяясь и уходя спиной за дверь. - А сейчас то что?! – особо не к кому не обращаясь выдохнул я. – Принесите поесть что ли! –добавил я, надеясь, что уходящая горничная услышит через дверь. Я оглядел кровать на которой лежал и оказалось, что рядом с мной лежит еще подушек шесть. Я собрал подушки в кучу и расслабился полулежа. Интересный мир все-таки, судя по всему классическое фентези. По крайней мере так выглядит, только не надо мне никаких темных фентези. Эхх. Надеюсь увижу эльфов. Чтоб прям как у английского профессора: бесконечно мудрые, честные, веселые, любящие поэзию и историю. Мечта детства как-никак. Ну да ладно, про эльфов потом спрошу, хотя бы у той же Глориозы, а сейчас нужно разбираться где я вообще. Что за мир? Континент? Страна в конце концов? Мои мысли пресекли минут через двадцать. В комнату зашли две уже знакомые девушки. Первая была уже назвавшая свое имя Глориоза, а вторая – любительница помучить бедных больных обнимашками. Розововолосая короче. Поймал себя на мысли что кроме как на ее лицо не обращал особого внимания. Она была полной, не прям чтобы толстой, но пухлой. А еще она была одета в темно-фиолетовое платье в пол, в непонятном мне стиле, чем-то смахивающим на японский. Вторая подошла ко мне, тогда как первая стояла возле двери что-то держав в руках. - Аквилегия Ориенти. – она аккуратно выпрямилась, поправила юбку и поклонилась, точно также как это делала Глориоза, когда представлялась и тоже смотрела прямо в глаза. - Никита де Рождественский – не позабыл ответить я, так же пытаясь более-менее выпрямится. - Никица? – Она удивленно посмотрела на меня. - Ясно-понятно, Н-И-К, просто Ник. - Ниииик. – Она задумчиво проговорила мое имя, а затем кивнула. – Леги. – Она указывала на себя. - Очень приятно Леги. Лицо у Аквилегии залило краской, и она резко отвернулась к Глориозе. Та что-то ей сказала и подошла к нам. - Рио. – её лицо также стало розовым, что было похоже на всю обстановку в комнате, но она не отвернулась. - Рио. – кивнул я. – А теперь дай пожрать, то что ты держишь в руках. Оказалось, в руках она держала столик для завтрака, на котором находилась белая тарелка, от которой просто немыслимо вкусно пахло травами. Я попытался потянутся в сторону еды, но в теле что-то кольнуло, и я заорал от боли. Девушки резко всполошились и аккуратно уложили мое скрючившееся от боли тело. Когда боль прошла, столик уже поставили на кровать, и я смог увидеть то, что было в тарелке. Если описывать, то что я увидел одним словом – жижа. Серая, мерзко выглядящая жижа. Я даже увидел какие-то зеленые комочки, плавающие на поверхности, похожие на сопли. - Ой что-то я перехотел кушать, может я еще чуть посплю? – я с надеждой глянул на девушек. А они в свою очередь одновременно мотали головой отвечая – нет. Судя по всему, мой вопрос они поняли и без слов, просто по выражению лица. Я уже было хотел «случайно» опрокинуть тарелку, когда понял, что мои руки и ноги замотаны в одеяло, наподобие гусеницы. Выхода нет. Уже чуть менее красная Леги взяла ложку, что лежала на том же столике и с милым «аааам» поднесла ложку к моему рту. Не могу же я проигнорировать такую милоту. Зря. Лучше бы проигнорировал. На вкус это было ничем. Абсолютно ничем. Как будто сгусток воздуха съел, так еще и по консистенции противного. С второй ложкой, когда «ааам» Леги уже не сработало, за дело принялась и Рио. - Ааам, Ник. – главное и выглядит так уверено. Эх. Видимо от меня не отстанут. Хотя может быть это лекарство такое? Не просто же так от него травами пахнет. Так я и съел всю тарелку жижи, через ложку подносимую, то одной девушкой, то другой. А когда эта милая пытка закончилась они что-то сказали и ушли. Причем Рио поклонилась при выходе, тогда как Леги нет. Размышлять над этим уже не стал, так как тепло и сытость сморили меня спокойным сном.