Глава 10 — Глава 6

Услышав, как существо обрадовалось, так что его голос задрожал от переполнявших его эмоций, Лу Цзяму окончательно проснулся. Он снова замолчал, не двигаясь и не меняя ритма дыхания, ожидая, что же оно будет делать. Существо прижалось к лицу Лу Цзяму, что-то влажное и скользкое, но холодное терлось о его кожу: — Не притворяйся! Я знаю, ты не спишь! В голосе существа звучало столько радости, что Лу Цзяму невольно захотелось улыбнуться в ответ, но он сдержался. Существо продолжало тереться о лицо Лу Цзяму, повторяя зловещим голосом: «Я знаю, ты не спишь!», «Тебе меня не обмануть!», «Ты не хочешь на меня посмотреть?!», «Хочешь конфет и пирожных?». Лу Цзяму продолжал игнорировать его. Выслушав все это, Лу Цзяму убедился, что оно действительно не представляет угрозы. Спустя какое-то время, то ли его внимание привлек кто-то другой, то ли оно решило, что Лу Цзяму слишком скучный, холод, прижимавшийся к его лицу, отступил, и звук капающей жидкости исчез. Оно ушло. Лу Цзяму услышал, как с обеих сторон от него одновременно выдохнули с облегчением. Затем тихий шепот доносился с разных сторон, иногда приближаясь к Лу Цзяму, но больше его не беспокоили. В спальне, помимо капающей воды и периодического шепота, не было никаких других звуков, но эта чрезмерная тишина создавала напряженную атмосферу. Как в классе, когда все ученики сидят, напряженно ожидая, кого учитель вызовет к доске. Молясь, чтобы не вызвали их, и чтобы этот момент поскорее закончился. Через несколько часов, когда уже прошла большая часть ночи, Лу Цзяму снова задремал и услышал тихий детский плач из угла комнаты. После предыдущего опыта Лу Цзяму не осмелился открыть глаза, опасаясь увидеть что-то странное. Голос всхлипывал, дрожа, произнося: — Хочу… — Хочу пирожное… Хочу пирожное… — Мне здесь не нравится… Мне страшно… — Хочу играть с вами… Голос становился все более невнятным, похожим на бред. В сопровождении тихого шепота ребенок спустился с кровати, издав скрип. — Хочу… пирожное… Хочу… пирожное! — бормотал он, спотыкаясь и медленно бредя за чем-то, пока не добрался до двери спальни, открыл засов и вышел. Дверь со скрипом закрылась, и в спальне воцарилась полная тишина, даже капанье прекратилось. Прошло несколько десятков секунд, прежде чем Ван Бяо, спавший через кровать от Лу Цзяму, заговорил низким голосом: — Уш… Заметив дрожь в своем голосе, он кашлянул: — Ушел? Юй Лэн тоже дрожал: — …Угу. Но никто из них не осмелился открыть глаза, боясь увидеть то ужасное лицо и услышать радостный голос: «Я вижу, ты проснулся!» Лу Цзяму потер подбородок, сомневаясь, что существо с таким «интеллектом» способно на подобную хитрость. К тому же, рядом уже говорили двое, и ничего не произошло. Лу Цзяму осторожно сел на кровати с закрытыми глазами. Видя, что существо не спешит возвращаться, он решил, что оно действительно ушло. Лу Цзяму открыл глаза и осмотрел свою постель, затем заглянул на пол, увидев только мокрое пятно. Вероятно, это и был источник капающего звука. Хотя грязная вода тоже неприятна, но все же лучше, чем кровь или насекомые. Юй Лэн тоже открыл глаза и посмотрел на Лу Цзяму. Он был бледен, губы дрожали, словно он был испуганным цыпленком: — Кх… кх… — Призрак… — наконец произнес он. — Я только что проснулся, открыл глаза и увидел… призрака прямо у твоего лица… чуть не умер от страха. Я только-только проснулся… — В этом мире… в этом мире и правда есть призраки… это не шутки… Ван Бяо тоже выглядел неважно: — Перестань. Лу Цзяму пару секунд изучал выражение лица Ван Бяо, подозревая, что тот тоже видел это существо. — Я знаю, — кивнул Лу Цзяму и, чтобы успокоить их, добавил: — Возможно, это был учитель. Ван Бяо мрачно ответил: — Не может быть. Какой учитель будет всю ночь бродить и пугать учеников? — Да… — Юй Лэн поджал губы. — Спасибо, что ты отвлек его. Ты… ты такой смелый. Лу Цзяму перевел взгляд с мокрого пятна: — Похоже, пока не смотришь на него и не реагируешь, ничего не происходит. — Логично, — Юй Лэн сделал глубокий вдох и выдох, пытаясь успокоиться. — До шести еще есть немного времени, давайте попробуем еще немного поспать. Лу Цзяму был того же мнения. Убедившись, что на полу и простынях только грязная вода, он снова забрался под одеяло. Последние пару часов в спальне было тихо, то ли все дети спали, то ли боялись дышать, ожидая рассвета. Никто не решился закрыть дверь на засов. В шесть часов, еще до звонка, учитель Гао пришел в спальню и начал стучать в дверь. Обнаружив, что дверь не заперта, он просто открыл ее. — Подъем! Подъем! — хрипло кричал он в рупор. — Ребята, подъем! Заправьте кровати, я буду проверять! Его и без того хриплый, неприятный голос, усиленный рупором, резал слух. Те, кто не спал всю ночь из-за страха, и те, кто только начал засыпать, были разбужены этим ужасным звуком. Лу Цзяму начал вставать и заправлять постель. После того как существо ушло, его больше никто не беспокоил, и он смог немного поспать. Учитель Гао вошел, быстро осмотрел спальню и, пересчитав учеников, обнаружил, что одного не хватает. Он указал своей сухой, темной рукой на пустую кровать и хрипло спросил: — Где тот, кто спал здесь? Дети молчали. Учитель Гао пристально посмотрел на них: — Ну? Я жду ответа. Спустя некоторое время один ребенок ответил звонким голосом: — Учитель, ночью приходила мокрая женщина с длинными волосами и позвала его. Лицо учителя Гао, и без того похожее на маску смерти, исказилось еще больше, под кожей запульсировали темные вены, словно он был в ярости. Он закричал хриплым голосом: — Вас что, в детском саду не учили, что нельзя уходить с незнакомцами ночью?! — Безобразие, — он обвел взглядом детей и снова взял рупор. — Быстро построились, идем завтракать. Учитель Гао повел их в столовую и велел выстроиться в очередь по номерам. Сам же он подошел к учителю Вэню, который уже почти закончил завтрак, и о чем-то с ним поговорил. Они стояли слишком далеко, чтобы расслышать разговор. Но на опухшем лице учителя Вэня читалось нетерпение, а затем его одежда зашевелилась, словно под ней двигались наросты. Тень отделилась от его ног и быстро исчезла. Если бы не пристальное наблюдение, этого можно было бы и не заметить. Учитель Гао кивнул и пошел к окну раздачи для учителей. Лу Цзяму отвел взгляд и взял поднос, готовясь к завтраку. Еда в школе была очень простой: на завтрак давали небольшую лепешку, миску жидкой каши и немного солений, причем порции были маленькими. Вчерашний ужин отменили, а сегодняшний завтрак был таким скудным, что явно не мог насытить. Как только Лу Цзяму сел за стол, он тут же начал быстро и аккуратно есть. Юй Лэн тоже был голоден, но он был привередлив в еде, и раньше всегда выбирал, что есть. Увидев такой завтрак, он хотел возмутиться, но, заметив, что места за столами распределены по номерам, и рядом сидят незнакомые дети, промолчал. Хотя он и не сказал ни слова, Лу Цзяму, мастерски читающий эмоции по лицам, заметил его недовольство и, взглянув на его поднос, сказал: — Если не хочешь, можешь отдать мне. Юй Лэн тут же замотал головой: — Нет. И тоже начал есть. Как только первые ученики доели свои небольшие порции, а последние только сели за стол с едой, учитель Вэнь, убрав свой поднос, подошел к ним. Наросты на его лице, казалось, выражали недовольство: — Прежде чем мы начнем урок математики, я отведу вас в одно место. Те, кто еще не доел, поторопитесь. Учитель Вэнь подождал немного и жестом велел им построиться. Он вывел их из учебного корпуса, но не на площадку, где они были вчера, а в другую сторону, выбирая узкие тропинки. Чем дальше они шли, тем более заброшенными и разрушенными становились здания вокруг, постепенно превращаясь в руины. Сначала им изредка встречались другие учителя и сотрудники, но потом они перестали видеть кого-либо. Юй Лэн начал беспокоиться, подозревая, что учитель задумал что-то недоброе. Учитель Вэнь шел впереди, не оборачиваясь и не говоря ни слова. Но на его затылке, выглядывая из-под высокого воротника, виднелся нарост, похожий на человеческое лицо, словно наблюдающий за учениками.