Совесть была нечиста, поэтому на следующий день я проснулась ни свет ни заря.
Как назло, начались месячные. Я закинула запачканную одежду в стиральную машину и, пока все спали, тихонько, словно воришка, выскользнула из дома.
Я сидела в закусочной в паре кварталов от дома и, зевая, ждала свою порцию рисовой лапши.
Я была в полудреме, когда в закусочную вошел Янь Ло, мой друг детства.
У него была привычка бегать по утрам. Видимо, только что с пробежки — на нем был пуховик, а изо рта вырывался пар. Увидев меня, он на ходу расстегнул молнию и крикнул хозяйке: «Тетушка, мне то же самое!»
Женщина у входа, готовившая лапшу, откликнулась громким «Хорошо!».
По пути он захватил два стакана бесплатного соевого молока, сел напротив и протянул один мне, чтобы я согрела руки.
— Что так рано? Опять дома обидели?
Его слова вернули меня к событиям вчерашнего вечера, когда я жаловалась ему на мать.
Но теперь все было иначе. По сравнению с тем сном, мамины придирки казались сущим пустяком.
Рассказать ему я не могла. Признаться, что тебе приснилось, будто ты занимаешься непотребством с будущим мужем сестры… Об этом было стыдно даже подумать, не то что говорить.
Я заставила себя вернуться к обыденной реальности.
— Да все та же мама. Опять завела свою шарманку, что я должна во всем брать пример с сестры. Так взбесила, что я вчера все контрольные порвала.
Янь Ло посмотрел на меня как на идиотку.
— Поэтому ты и попросила меня сделать тебе копии? Может, подарить тебе жевательную игрушку Карри? В следующий раз не рви контрольные, грызи ее.
Карри — это их собака.
— Еще чего! — Одна мысль о том, сколько сегодня придется переписывать, причиняла мне такую боль, что я на время даже забыла о Цзюй Яне. — Кофейня еще не открылась. Можно, я пойду к тебе делать уроки?
— Можно, — принесли лапшу, и он достал телефон. — Я напишу твоей маме, ешь спокойно.
Я растроганно сказала:
— Что бы я без тебя делала, Янчик!
— Да ладно тебе, — ответил Янь Ло, — не называй меня так.
Моя мама с Янь Ло все еще вежлива. Через него она передала, чтобы я возвращалась домой к обеду.
Я заглянула в его телефон и сказала:
— Спроси еще, когда уходят моя сестра с ее парнем.
Янь Ло, набирая сообщение, спросил:
— Ну и как парень твоей сестры?
— Родителям он очень понравился. В следующем году они собираются объявить о помолвке.
— Так быстро? — удивился Янь Ло. — Они же всего полгода встречаются… Твоя мама написала, что они уйдут после завтрака.
Я с облегчением выдохнула.
Он отложил телефон и спросил:
— Тебе не нравится ее парень?
При одной мысли о Цзюй Яне у меня по коже побежали мурашки.
— Главное, что он нравится им. Давай не будем о них. Ешь скорее, у тебя уже соевый соус высох.
— А, — к счастью, он больше ни о чем не спрашивал.
Мы поели, Янь Ло взял с собой еще две порции лапши и соевое молоко, и мы пошли к нему домой.
Родители Янь Ло — очень простые и душевные люди. У них дома я чувствую себя свободнее, чем у себя.
Отец Янь Ло позавтракал и уехал таксовать, а мама занялась домашними делами. Услышав, что у меня начались месячные, она заварила мне воду с коричневым сахаром и яйцом и наполнила грелку.
Я сидела на кровати Янь Ло, чувствуя себя так спокойно и уютно, что не удержалась и с громким «Ах!» откинулась назад, сладко потягиваясь.
Янь Ло вошел с распечатками, увидел меня в таком виде, и ему стало и смешно, и досадно.
— Если плохо себя чувствуешь, поспи немного.
Именно это я и собиралась сделать. Я тут же скинула обувь, верхнюю одежду и забралась под одеяло.
— Полчасика. Не забудь разбудить, а то я не успею с уроками.
Янь Ло задернул шторы и бросил мне маску для сна.
— Понял, спи.
Я и вправду очень устала. Надела маску, закрыла глаза и тут же уснула. Сквозь дрему я слышала, как Янь Ло шепотом говорит своей маме: «Она уснула, не шуми…»
А его мама ответила: «Неудивительно, выпускной класс — это так тяжело…»
Сердце сжалось от тоски.
Если бы я родилась в их семье, какой же счастливой девочкой я была бы!
Обновлено: 23.01.2026