— 302!
— Вот оно!
Ли Чжунъюнь стоял в коридоре третьего этажа.
Это была квартира Цинь Чуань.
Он глубоко вдохнул, поднял руку и трижды постучал в дверь.
Цинь Чуань и остальные были в секте, так что дома, разумеется, никого не было.
— Господин, никто не отвечает, может… — Орлиный Страж сделал жест, словно собирался взломать дверь.
Ли Чжунъюнь помрачнел:
— Вы уходите.
Уходите???
Орлиные Стражи не посмели ослушаться и ушли.
…
Вечер. Солнце клонилось к закату.
Последние лучи заходящего солнца угасли, уступая место ночи.
Цинь Чуань вышел из секты вместе с Чжао Сюаньсюань и Ма Цинсюэ. Хуан Хуана он оставил — слишком хлопотно таскать его туда-сюда.
Они шли по улицам.
Изначально Цинь Чуань собирался сводить их в ресторан.
Но в последний момент Чжао Сюаньсюань и Ма Цинсюэ заявили, что хотят попробовать его тёмную кухню.
Цинь Чуань опешил.
Выбор Сюаньсюань он ещё мог понять. Но вот зачем Ма Цинсюэ захотелось этого — оставалось загадкой.
Раз хотят — сделаю. Он не стал особо задумываться.
Правда, готовить ему совершенно не хотелось.
— Сварю лапшу, — небрежно предложил Цинь Чуань.
— Отлично! Я её уже сто лет не ела! — живо отозвалась Чжао Сюаньсюань.
Ма Цинсюэ почувствовала, что тут что-то не так.
Хотя... Цинь Чуань вроде бы честный. Наверное, я просто надумываю.
Она постаралась отогнать сомнения.
По пути Чжао Сюаньсюань даже похвалила Цинь Чуаня:
— Сестрёнка, про кулинарные таланты моего брата я лучше промолчу.
Но вот лапша, которую он делает… ммм, она такая вкусная! Прямо скользит по языку и тает во рту. Просто объедение!
Ма Цинсюэ тут же вспыхнула вся, как маков цвет.
— Ой, сестрёнка, а чего это у тебя лицо красное? — удивлённо спросила Чжао Сюаньсюань, распахнув глаза.
— Пр... правда? — смущённо пробормотала Ма Цинсюэ.
— Ага! Не веришь — смотри! — Чжао Сюаньсюань щёлкнула камерой на телефоне.
Ма Цинсюэ взглянула на экран. И правда, её лицо налилось румянцем.
— Наверное, я слишком долго занималась культивацией, вот и какие-то побочные эффекты, — небрежно объяснила она.
Чжао Сюаньсюань хлопнула себя по лбу телефоном и с сомнением ответила:
— Не может быть! Я тоже давно культивирую, а щеки не краснеют.
— У нас, может, телосложения разные.
— Да? — Чжао Сюаньсюань на миг задумалась. — Ну, может быть...
И на этом разговор закончился.
Цинь Чуань, шедший рядом, тоже заметил, что Ма Цинсюэ покраснела. Он встревожился — вдруг с её культивацией что-то не так?
Они ведь только недавно начали тренироваться. Вдруг у неё действительно какие-то отклонения?
— Цинсюэ, ты себя хорошо чувствуешь? Может, в больницу? — внезапно спросил он.
Ма Цинсюэ замерла:
— Н-нет, всё в порядке.
— Если что-то не так — сразу скажи. Когда становится серьёзно, бывает уже поздно что-то исправить, — сказал Цинь Чуань с беспокойством.
— Правда, всё хорошо, — с не меньшей серьёзностью ответила Ма Цинсюэ.
Убедившись в её уверенности, Цинь Чуань не стал больше настаивать.
…
Вскоре троица дошла до жилого комплекса.
Возле входа располагался небольшой супермаркет. Цинь Чуань купил несколько пачек лапши, упаковку пива и пару бутылок сока.
Ма Цинсюэ, увидев покупки, едва заметно выдохнула с облегчением.
Когда они зашли в здание, Цинь Чуань вдруг вспомнил, что у него дома закончились соль и соевый соус.
— Вы поднимайтесь, а я быстро за соевым и солью, — сказал он и тут же выбежал.
Чжао Сюаньсюань и Ма Цинсюэ направились на третий этаж.
На лестничной площадке их встретил пожилой мужчина.
Это был Ли Чжунъюнь.
Он ждал этого момента с тех самых пор, как пришёл.
Чжао Сюаньсюань удивилась: зачем этот старик стоит возле их двери?
Она подошла:
— Простите, вы кого-то ищете?
Ли Чжунъюнь внимательно оглядел её. Убедившись, что перед ним действительно Чжао Сюаньсюань, он вдруг опустился на колени.
Чжао Сюаньсюань опешила, как и Ма Цинсюэ.
— Господин, вы что делаете?! — в панике воскликнула Сюаньсюань и кинулась поднимать его.
Какая сила! — изумился Ли Чжунъюнь.
Когда он поднялся, посмотрел на Сюаньсюань с явным страхом.
В этот момент вернулся Цинь Чуань.
Заметив Ли Чжунъюня, его взгляд тут же потемнел, в нём читалась угроза хладнокровного убийцы.
Он поднял руку и сжал воздух перед собой. Ли Чжунъюня тут же подняло в воздух — он корчился и судорожно дрыгал руками и ногами, лицо исказилось от боли.
Сюаньсюань и Цинсюэ испуганно вздрогнули.
— Вы заходите, — сдержанно сказал Цинь Чуань.
Такого он им ещё не показывал. Сюаньсюань стало по-настоящему страшно.
Она молча схватила Ма Цинсюэ за руку, открыла дверь и затащила её внутрь.
Как только дверь захлопнулась, Цинь Чуань резким движением подбросил Ли Чжунъюня — тот с глухим стуком впечатался спиной в стену.
— Ты совсем страх потерял, — в глазах Цинь Чуаня сверкнула ярость.
— Старший, я пришёл без злых намерений! Я... я пришёл извиниться! Прошу, проявите милосердие! — прохрипел Ли Чжунъюнь.
— Проявить милосердие? — холодно повторил Цинь Чуань. — Вспомни, что ты натворил. Не поздно ли просить прощения?
— Я был невежественен, оскорбил вас... Прошу простить! — из последних сил выпалил старик. Он говорил искренне, даже задыхаясь от боли, пытался объясниться.
Цинь Чуань не отвечал.
Он считал, что уже проявил великодушие, не уничтожив всю семью Ли Чжунъюня.
А теперь этот старик осмелился снова прийти прямо к его двери.
Он что, жить надоело?
Честно говоря, Цинь Чуань не стремился убивать.
Но ради безопасности близких — не задумываясь станет злодеем.
Он уже почти решил покончить с ним, как вдруг с лестницы послышались шаги.
Цинь Чуань бросил взгляд — и в ту же секунду его божественное сознание вырвалось наружу, словно сеть из молний.
В долю мгновения он охватил всё в радиусе пяти километров — как голографическая проекция.
По лестнице поднимались двое полицейских — один помоложе, второй постарше.
Старшего Цинь Чуань знал. Это был капитан южного участка.
Они вышли на площадку третьего этажа.
Цинь Чуань уже опустил Ли Чжунъюня, но чтобы тот не начал лишнего говорить, он наложил на него контроль с помощью сознания.
Теперь тело старика подчинялось его воле.
Капитан, увидев Цинь Чуаня, удивился. Уже не в первый раз встречаются.
Он подошёл, кивнул Цинь Чуаню с добродушной улыбкой.
…
Цинь Чуань не понимал — с чего бы это капитану так приветливо улыбаться?
— 302... вроде бы здесь, — посмотрел тот на номер квартиры.
Цинь Чуань опешил.
Что?! Полиция ко мне?!
Сюаньсюань и Цинсюэ вызвали?
Но это же слишком быстро!
Он был в полной растерянности: зачем же всё-таки пришли эти двое?..
Примечание:
Во фразе "лапша, которую он делает", используется игра слов. В китайском языке выражение "варить лапшу" (煮面) может звучать как эвфемизм к области ниже пояса. Отсюда и вспыхнувшее лицо Ма Цинсюэ.
Обновлено: 18.01.2026