В мире китайской поп-музыки, если говорить об авторах песен, Ло Кай был самым дорогим.
Особенно после того, как он получил две награды «Золотой хит-парад китайской музыки» — за лучший текст и лучшую композицию, — ценность его песен стала непревзойдённой. Ему просто не было равных.
Но, в отличие от начала своей карьеры, когда он только дебютировал, Ло Кай, несмотря на возросшую стоимость его работ, стал писать меньше песен, потому что его карьера постепенно смещалась в сторону кино. Он всё никак не мог выпустить свой второй альбом.
Поэтому многие хотели заказать у него песню, но получить её удавалось немногим. Если ты не друг — даже не пытайся.
Вот что значит «есть спрос, но нет предложения».
Тем не менее, в настоящее время стоимость передачи авторских прав на одну песню Ло Кая составляла около двух миллионов, что являлось самым высоким показателем в отрасли. Выше миллиона не было ни у кого.
У Хао, предложив пять миллионов за песню, поднял цену Ло Кая до небес. Даже У Цзямэй, которая только что спорила со своим отцом, ошеломлённо смотрела на него.
— Это слишком… — пробормотала она.
— Брат Хао, вы меня этим погубите, — с горькой улыбкой сказал Ло Кай.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся У Хао. — Я считаю, что ты стоишь этих денег, значит, так оно и есть!
— Тогда на мне лежит огромная ответственность, — вздохнул Ло Кай. — Брат Хао, давайте пока не будем говорить о деньгах. Я сначала напишу песню, а если Цзямэй будет довольна, тогда и поговорим.
— Хорошо! — с готовностью согласился У Хао. — Договорились. Я верю в твои способности.
Таким образом, отношения между ними стали намного ближе.
Посмотрев на время, Ло Кай и Мо Лань встали и попрощались, поблагодарив У Хао за гостеприимство.
У Хао не стал их задерживать:
— Цзяжун, проводи Ло Кая и Мо Лань обратно в отель.
У Цзяжун, младший сын У Хао, довольно галантный молодой человек, с улыбкой принял это поручение и лично сопроводил Ло Кая, Мо Лань и Нюню обратно в отель «Шангри-Ла».
Конечно, поскольку он выпил, У Цзяжун не стал садиться за руль, и машину вёл водитель.
По дороге Ло Кай спросил:
— Господин У, не могли бы вы дать мне послушать альбом Цзямэй?
Он согласился написать для У Цзямэй песню, поэтому, естественно, ему нужно было сначала понять её вокальные данные и особенности голоса.
— У меня есть в телефоне, — улыбнулся У Цзяжун. — Хотите, я сейчас вам поставлю?
— Хорошо, — кивнул Ло Кай.
У Цзяжун подключил свой телефон к автомобильной Bluetooth-системе и включил песни У Цзямэй.
Ло Кай слушал очень внимательно.
Честно говоря, У Цзямэй пела неплохо, было очевидно, что она прошла профессиональную подготовку. У неё был приятный голос, хотя и без ярко выраженной индивидуальности. Однако для широкой публики её пение можно было назвать «хорошим». По крайней мере, у неё были базовые данные, необходимые, чтобы стать певицей.
Но не более того. Ведь было много певиц, которые были гораздо лучше её, а её песни были довольно обычными. Стиль соответствовал современным тенденциям, но мелодии были настолько простыми, что их даже нельзя было назвать хорошими попсовыми песнями.
Прославиться с такими песнями было практически невозможно. Даже если вложить огромные деньги в её продвижение, это было бы пустой тратой средств. Неудивительно, что У Хао так стремился заручиться помощью Ло Кая.
По дороге в отель Ло Кай послушал пять песен и попросил У Цзяжуна остановиться.
У Цзяжун не стал спрашивать Ло Кая о его впечатлениях, вероятно, опасаясь поставить его в неловкое положение.
Когда «Мерседес» остановился у входа в отель «Шангри-Ла», он спросил:
— Господин Ло, завтра утром я заеду за вами. Во сколько вам будет удобно?
— В девять, — подумав, ответил Ло Кай.
— Хорошо, — сказал У Цзяжун. — Я буду ровно в девять. Вы с Мо Лань, отдыхайте.
— Спасибо.
Когда они вернулись в свой номер, Нюню уже клевала носом.
Мо Лань отвела её в ванную, а Ло Кай сел за письменный стол и открыл ноутбук.
Он начал писать песню.
Раз уж он дал обещание У Хао, то должен был сделать всё как следует. А поскольку он недолго оставался в Гонконге, ему нужно было закончить работу пораньше. В любом случае, в его памяти было несколько хороших кантонских песен.
Нажимая на клавиши, он вводил в программу для написания музыки ноты, вспоминая мелодию из своей памяти. Погрузившись в работу, Ло Кай совершенно потерял счёт времени.
Пока Мо Лань не поставила рядом с ним чашку горячего чая.
Ло Кай очнулся и спросил:
— А где Нюню?
— Я её искупала и уложила спать, — тихо сказала Мо Лань, положив руку ему на плечо.
— Спасибо тебе… — Ло Кай обнял свою девушку за талию, усадил её к себе на колени и поцеловал. — Завтра у меня совсем не будет времени, так что Нюню придётся доверить тебе.
— Угу, — кивнула Мо Лань, глядя на экран ноутбука. — «Следующая остановка — Тхиньхау*»… Это ты для неё написал?
____________
* Прим. перев. Эта станция гонконгского метро названа в честь одноимённого храма, посвящённого богине Тхиньхау (покровительнице моряков, рыбаков и купцов, плавающих по морям).
— Да, — ответил Ло Кай.
— Ты уже всё написал? — удивилась Мо Лань. — Так быстро?
Она купала и укладывала Нюню спать не больше часа, а Ло Кай за это время успел написать песню.
— Мелодия — это старые запасы, а слова я придумал по дороге, — улыбнулся Ло Кай. — Поэтому так быстро.
Он не мог рассказать Мо Лань правду, потому что правда была слишком фантастической, поэтому ему пришлось объяснить это таким образом.
Мо Лань, глядя на экран, тихо напевала:
— Стоя перед «Даймару», я внимательно смотрю на свой путь, следующая остановка — Тхиньхау… Ой, нет, это же должно быть на кантонском?
— Да, — обнимая её, подтвердил Ло Кай.
Ло Кай специально проверил в интернете, что «Даймару», станция Тхиньхау, улица Паттерсон и Таймс-сквер существуют и в его мире, поэтому ему не нужно было менять текст песни. Честно говоря, когда он печатал, у него было ощущение, будто пространство и время переплелись.
Он выбрал эту песню, потому что она очень подходила У Цзямэй. Она не была очень сложной, но и мелодия, и текст были очень красивыми и трогательными.
— Если тебе нравится, я могу оставить для тебя версию на мандаринском.
Мо Лань сладко улыбнулась в ответ на заботу своего парня, но всё же покачала головой:
— Не надо, отдай ей эту песню. Завтра я возьму Нюню и пойдём на улицу Паттерсон, купим одежду в «Даймару».
Она несколько раз была в Гонконге, поэтому хорошо знала местные магазины.
— Пять миллионов за песню! Я помогу тебе всё потратить!
— Трать сколько хочешь, — рассмеялся Ло Кай.
— Пять миллионов… — снова вздохнула Мо Лань. — Этот господин У действительно не жалеет денег. Если об этом узнают, это наверняка станет главной новостью.
— Конечно, узнают, — улыбнулся Ло Кай. — Он предложил такую высокую цену, в основном для того, чтобы насолить Чжоу Юйтану.
Он понял это по дороге обратно. У Хао определённо хотел выпустить пар: «Ты, Чжоу Юйтан, очень крутой? Бойкотируешь мою дочь? А я вот за пять миллионов нанял кого-то получше тебя!»
Обновлено: 16.01.2026