Глава 50 — Глава 24. ч.2.

Если бы их встреча произошла в других обстоятельствах, Ли Хан, вероятно, отнёсся бы к нему с большим уважением. Настолько он казался вполне приличным человеком. А, это, наверное, то самое? Типичное клише из ромфанта. Герцог, Великий Герцог или Император, которого называли чудовищем, внезапно становится нормальным, как только находит главную героиню. Что-то вроде того? Когда Ли Хан на мгновение задумался об этом. [Снова думаешь о непочтительном?] — …Нет. Я просто думал о том, что слухам верить нельзя. [Глядя на то, как ты говоришь это в открытую, мне кажется, что престиж Герцогского дома упал до земли.] — Будьте снисходительны, Ваше Высочество. […А так посмотришь, так ты похож на подхалима.] Ли Хан низко поклонился, и Герцог Блейк больше не сердился. Нет, казалось, он решил, что сердиться не стоит. В конце концов, с точки зрения этого Господина, его жизнь была подобна пылинке. Даже лучше. Справляться с человеком, который смотрит на всех свысока, на удивление легко. Потому что он из тех, кто не хочет марать свои руки. То есть, если его интерес уменьшится, то выскользнуть из его поля зрения будет несложно... [Не пойми меня неправильно. Я не считаю тебя слабым, о скрытый дракон Серебряного Льва.] — … [Я решил разузнать о сосланном рыцаре, который учит мою драгоценную приёмную дочь. Сначала информации о тебе было слишком мало, но через людей, внедрённых в Королевский двор, я примерно узнал, кто ты такой.] — Можно ли так открыто об этом говорить? Неужели можно так легко раскрывать, что у него есть шпионы при Королевском дворе? Независимо от его недоумения, герцог Блейк продолжил говорить. Словно то, о чём он собирался сказать, было важнее, чем внедрённые шпионы. И неудивительно... [Во время войны с Британией было особенно тяжело, и в «Стодневной осадной битве», когда Пендрагон мог одержать решающую победу, была ситуация, когда жизни всех солдат были под угрозой, верно? Но в этой опасной ситуации, говорят, был безымянный солдат, который спас более тысячи двухсот пятидесяти семи солдат.] — … [Также, когда убийцы из Британии двинулись, чтобы убить Изиду, говорят, был солдат, который защитил её. Я слышал, что герой, спасший бесчисленное множество солдат, и благодетель, спасший её, — это один и тот же человек.] — … [Кроме того, этот солдат попался на глаза «тому самому» Сэру Бальтару и стал официальным рыцарем, минуя стажировку. Также ходили слухи, что он единственный, кого обучает Сэр Бальтар, известный тем, что не берёт учеников.] — Кто это получал от него наставления! Я только и делал, что получал тумаки! В этом моменте он просто не мог не вспылить. Наставления?! Не смешите. Единственное, чему он научился у этого Господина, — это как больнее получать удары и как увеличить выносливость. Ли Хан, не забывая обиды за то, что его насильно засунули в рыцарский орден, заскрипел зубами, но реакция Герцога была спокойной. [Хм-м, почему ты так бурно реагируешь? Я всего лишь говорю о «некоем безымянном солдате».] — …Хватит шутить. [Нет, осталась самая важная часть. Кроме того, говорят, что этот безымянный солдат, став рыцарем, уничтожил пятнадцать «крупных банд работорговцев» и двадцать девять печально известных «незаконных магов». Совершить в одиночку то, что, возможно, не удалось бы и Королевским войскам, — поистине выдающийся человек.] — …А есть доказательства, что это сделал тот безымянный солдат? Скорее всего, это просто слухи. [Это не слухи. Это информация, полученная от тех, кого спасли из рабства, и от тех, кто подвергался пыткам в качестве подопытных у незаконных магов.] — … [Если есть власть, деньги и способные люди, то проверить достоверность информации несложно, запомни это, — о рыцарь, скрывающий то, что он герой.] — …Чёрт побери. Обезьяна на ладони Будды. В его голове внезапно возник образ его собственного положения, и Ли Хан, наконец, склонил голову. …Да, он ненавидит власть имущих. * * * Герцог и все войска Галахада отступили. Причина неизвестна. Было очевидно, что у них ещё есть о чём поговорить, но Герцог Блейк с загадочной улыбкой просто увёл свои войска. Словно одного разговора с ним было достаточно, чтобы всё понять. Словно он получил ответы на все свои вопросы. …А у него самого вопросов было ещё полно. Ну, для этого господина это, видимо, было неважно. Вот же ж. — Отвратительное чувство. Очевидно, он должен был радоваться тому, что ушёл подавляюще сильный противник, который мог его убить, но радости не было совсем. Наоборот, было невыразимо неприятно осознавать, что его жизнь была в чьих-то руках. Он снова осознал. Я слаб, чертовски слаб. Он думал, что стал лучше, чем в прошлой жизни. Но его жизнь по-прежнему была под чужим влиянием. Тук. Ли Хан пошатнулся. Он старался не показывать вида, но его тело тоже было не в порядке. Чертовски больно, и рана никак не заживала. Кулаки у этого ублюдка были грязными. Для противника — высшая похвала, для того, кто получил, — худшее, что может быть. Но больнее всего его ранило другое. — …Даёт и яд, и лекарство. Ли Хан посмотрел на склянку с лекарством в своей руке. Зелье. И не какое-то низкосортное зелье, которое обычно делают алхимики, а зелье высшего класса, сделанное из свежей крови тролля. Говорили, что его чистота аж пятьдесят процентов. — … Обычно он бы с радостью принял его. Но Ли Хан никак не мог расслабить нахмуренные брови. Чувство, будто им манипулируют. Было неприятно осознавать, что есть кто-то, кто знает его насквозь. …И всё же. Глоть-глоть! Ли Хан ни в коем случае не собирался вечно носить в себе это неприятное чувство. Он выпил зелье. И дал себе обещание. Я ещё не проиграл. Побеждает не сильный. Побеждает тот, кто выживет до конца, тот, кто будет «счастлив». Ли Хан снова пообещал себе. Что он станет счастливым. …Непременно.