Глава 251 — Глава 125. ч.1.

Скр-р. Меч, который передал ему Дерек, был шедевром в форме гладиуса. Неизвестно, где он его достал, но было очевидно, что этот клинок выковал великий мастер. Иначе в тот самый миг, как он лёг в руку… В-вух. — Что он мне дал? Иначе бы не возникла «Песнь меча». Меч, что читает боевой дух и сердце своего хозяина. Так называемые шедевры — это мечи, в которые великие мастера вложили душу во время ковки, и они настолько редки, что их можно найти разве что в королевской сокровищнице, не так ли? И сейчас меч, которому место в той самой сокровищнице, был в его руках. — … Однако Ли Хан не выказал волнения. Сохраняя невозмутимость, он взмахнул мечом в воздухе, словно знакомясь с ним. Вжух, вжу-ух! С каждым взмахом меч становился быстрее, его скорость стремительно нарастала. Сви-исть! В какой-то момент, когда от клинка остался лишь размытый след, а вместо лезвия виднелось тусклое сияние… Х-ха-а-а-а!.. Поднявшаяся вокруг него пыль густым облаком осела, и Ли Хан успешно «подружился» с мечом. Наблюдавший за этим Максимус произнёс: — Впечатляет. Ты подавил Песнь меча? — Жалкое зрелище — называть «Песнью меча» то, что воет само по себе, а не по моей воле. — Верно! Нельзя поддаваться оружию, каким бы хорошим оно ни было! И на Севере, и в столице полно глупцов, которые этого не понимают, но ты, Ли Хан, знаешь это!.. — Я же сказал, Ихан… Ладно, неважно. Я собираюсь использовать клинок. Если недоволен, говори сейчас. Могу обойтись и без меча. — Ха-ха, что ты. Наоборот, с клинком будет только интереснее. К тому же… Т-топ. — Для честности я тоже могу использовать клинок. Максимус поднял правую руку и вытянул её вперёд. Словно ожидая, что что-то прилетит. — … — ?.. — Ах, подожди немного. Кажется, этот малый заблудился. — …Не знаю, что это, но поторопись. Туннели рушатся. — Одну минуту, нет, две минуты… А, вот он! Только после этой нелепой комедии Ли Хан понял, чего ждал Максимус. В-вух! Секира. Или, как её ещё называют, боевой топор, пролетев по воздуху, опустилась в руку Максимуса. Бу-ум. Она отличалась от обычных боевых топоров. Была намного больше и длиннее, а судя по наконечнику, её можно было использовать и как копьё. Неизвестно, из какого материала она была сделана, но оружие излучало чистое сияние и, несомненно, было не хуже его собственного шедеврального меча. В-ву-у-ум! Такого яростного гула он ещё не видел. — Что это? Оружие Севера умеет летать? — Это разновидность магии. Говорят, оно связано с телом хозяина. — Завидная функция. Функция автоматического возврата… Это, должно быть, очень удобно. Однако... — Жаль, что это удобное оружие сегодня будет уничтожено. — А так ли это? Два чудовищно сильных воина взяли в руки оружие. Это было всё равно что дать диким зверям ружья, причём зверям, которые оказались меткими стрелками. И, как известно, в тот миг, когда зверь, что умнее человека, берёт в руки ружьё… Хр-р-рясь! Такое существо просто не создано для того, чтобы проигрывать. * * * Меч и секира скрестились. По логике вещей, меч должен был сломаться, не выдержав веса секиры, но эта логика была нарушена — клинок с лёгкостью выдержал её тяжесть. Секира же из-за своего веса должна была двигаться медленно, но казалась быстрее и легче не то что меча — бамбуковой палки. Пиршество немыслимой силы и мастерства. БАМ! БА-А-АМ! Раздался грохот, который никак не мог исходить от столкновения двух клинков. Меч пытался разрубить секиру, а секира — сломать меч. При этом они искусно целились в шеи, грудь и плечи друг друга, пытаясь пронзить или раскроить. Бьют и рубят, ломают и пронзают. Поистине простая схватка. Но кто осмелится в неё вмешаться? — Ки-и-и! — Ки-и-и!!! — Ка-а-а-а! Впрочем, те, кто не ценит свою жизнь, найдутся везде. Мини-черви, предчувствуя смерть Матери-червя, бросились на врага, убившего их родителя. Десятки, сотни, тысячи!.. Где они прятались? Пугающее число червей насчитывало примерно десять тысяч. Все они, учуяв запах крови матери, устремились вперёд, чтобы отомстить за неё, но… Хрясь! Они выбрали неверный момент для вмешательства. Им следовало бы вмешаться после окончания боя. ХЛЫ-Ы-ЫЩ! — ?!!! Черви начали умирать, нет, их истребляли. Два рыцаря не убивали их намеренно. Они вообще не обращали на червей никакого внимания. Когда они скрещивают клинки друг с другом, разве есть время отвлекаться на каких-то монстров? Стоило им хоть на миг потерять концентрацию, и их собственные тела были бы изрублены в клочья. Поэтому они сознательно игнорировали червей. Просто… Хрясь! — …К… и-и?.. Пытаясь напасть на рыцарей, они попадали под ударные волны от их битвы, и их тела разрывало на части или рассекало надвое. ХЛЫ-Ы-ЫЩ! Чем яростнее становилась их схватка, тем быстрее умирали черви. Волны меча, исходящие от столкновений, сметали их, а давление меча давило и разрывало на куски. — КИ-И-И-И!!! Один из червей, особенно крупный, изрыгнул ярость. Он излил жгучую злобу на презренную добычу, посмевшую убить его братьев и мать. Крупная особь… Хрум, хрум! …начала пожирать своих братьев и труп мёртвой матери. Каннибализм. Победитель получает всё. Монстр есть монстр. Раса, для которой нормально становиться сильнее, пожирая родителей и братьев, а затем, окрепнув, мстить. Именно поэтому они — заклятые враги человечества. ХР-Р-РУСЬ! Так червь стремительно вырос. Это был аномальный рост. Червь, который был всего около трёх метров в длину, начал раздуваться, словно воздушный шар, становясь всё более свирепым и омерзительным. Песчаный червь — бедствие и ужас пустыни. Этот же соответствовал своему званию, нет, он был даже больше — Песчаный червь, выросший до ста с лишним метров, какого не встретишь и в пустыне, в мгновение ока обрёл силу, превосходящую материнскую. Теперь-то!.. Вжух! — ?!.. — Что это такое? Рывок! Ли Хан оттолкнулся от земли и в мгновение ока взобрался на тело гигантского Песчаного червя. Лук и Тень Тела. Выстрелив вперёд, словно стрела, он снова ускорился, изменив движения ног. Применение «Лука и Тени Тела». Призрачная Поступь Восьми Триграмм. Техника передвижения, которую он использовал накануне в битве с Королём-демоном, ускорила тело Ли Хана, и он продемонстрировал изменчивую и стремительную скорость, которую не могли уловить даже восемь глаз Песчаного червя. Эта техника не просто сбивала с толку, но и была идеальна для того, чтобы издеваться над огромным монстром. Чпок, чпок, чпо-о-ок! Промчавшись сто метров, он исполосовал всё огромное тело Песчаного червя, и тот начал стремительно терять жизненные силы. Хотя, став взрослой особью, он обзавёлся прочной и твёрдой шкурой, она оказалась совершенно бесполезной. И это было естественно. Откуда ему было знать? Ведь его противником был человек, безжалостно изрубивший даже тысячелетнего тролля, которого называли королём монстров. И вот так, не сумев распознать «высшего зверя», Песчаный червь… — Как ты смеешь вмешиваться в поединок рыцарей? Знай своё место. Максимус взмыл в воздух и с силой обрушил удар на голову Песчаного червя. ТРЕСК! В его оружии сверкала молния. В этот миг повторился удар Максимуса, которым он когда-то одним махом убил Ледяного гиганта. — Низвержение молнии. Удар, наполненный молнией, словно небесная кара, обрушившаяся с небес, взорвался. — ... …Надо было просто сбежать. Такое сожаление промелькнуло в сознании взрослого Песчаного червя, который успел немного поумнеть, и он увидел, как его накрывает непроглядная тьма. ХР-Р-РУ-У-У-УСТЬ! * * * Хрусть. — …Всех убили? — Хм-м, похоже на то. Сами того не желая, два рыцаря, казалось, полностью истребили всех Песчаных червей, обитавших в туннелях. Хоть они и были маленькими и слабыми, но десять тысяч монстров были стёрты с лица земли всего за десять минут — это было настоящее деяние, нет, достижение! Среди них была даже взрослая особь Песчаного червя, гигантский монстр, но оба воина не выказали особого интереса. Сейчас монстры были не главной их заботой. — Хм-м, сто восемьдесят девять приёмов… Даже гигант не выдержал и ста приёмов. — Ты считаешь их во время боя? — Просто как-то само собой получается. — …Вот поэтому гении и бесят. — Ха-ха-ха! Перестань, в моём возрасте уже стыдно слышать слово «гений». Сто восемьдесят девять приёмов. Столько раз столкнулись клинки двух рыцарей. Но даже после стольких столкновений исход не был решён. Учитывая, что поединки рыцарей обычно заканчиваются в пределах пятидесяти приёмов, их дуэль длилась довольно долго. Но значит ли это, что они сражались вполсилы?