Глава 245 — Глава 122. ч.1.

Пламя охватило заключённых, многие получили ожоги, и в возникшем хаосе они, спотыкаясь друг о друга, падали один за другим. Другие на их месте кричали бы от боли, мучаясь от огня и ожогов, но, к сожалению, это были не обычные люди. — У-убью! Люди, которым внушили ненависть и гнев к Пендрагонам. К тому же, это были заключённые, совершившие убийства, закалённые в борьбе за выживание с червями. Поэтому вместо того, чтобы страдать от боли, они пришли в ярость, и их инстинкт требовал отомстить виновнику, причинившему им вред. И вот... — Он там! — За ним! Выбравшись из пламени, заключённые, словно бешеные псы, бросились убивать рыцаря Пендрагона. — …Мы тоже преследуем его. Человек, также получивший от него удар, поднялся, зажимая нос, из которого кровь лилась водопадом. В его налитых кровью глазах застыла жажда убийства. — Четвёртый Апостол, вы в порядке? — В порядке. Быстро за ним. Я немного восстановлюсь и догоню. — …Слушаюсь. Вжик! Люди в чёрном исчезли со свистом ветра, а человек, названный Четвёртым Апостолом, перевёл дух. — Значит, он знает о [Чёрной Луне]… Он заскрежетал зубами, вспоминая рыцаря, который, похоже, знал о [Чёрной Луне]. Появилась ещё одна причина, по которой его нельзя было отпускать живым. — Не знаю, кто он, но я непременно убью его. — Кхр-р... Даже если придётся принести в жертву его и всех остальных! Это не из-за унизительного поражения, а ради Высшей цели!.. …Кап-кап. Кровь всё ещё не останавливалась. * * * — Давление Божественного Кулака Ста Шагов обрушилось на группу, бросившуюся на них. Бу-бух! — А-а-а-а! — Кха?! — ?!.. Они покатились по земле, даже не поняв, что их ударило. Те, кто впервые столкнулся с техникой Божественного Кулака Ста Шагов, вероятно, даже подумали, что их ударил призрак. И неудивительно, что они могли принять это за проделки призрака. — Э-это невидимая рука! — О-он так далеко, как?!.. — Рыцарь Пендрагона управляет призраками! Свободно контролировать дистанцию в тридцать и пятьдесят шагов и точно поражать противника давлением кулака — это поистине было похоже на прикосновение призрака. И этот неожиданный ужас заставил заключённых явно замешкаться, и каждый раз, когда это происходило, Ли Хан… Хрясь! …без колебаний бил замешкавшихся ногой в лицо или ломал им ноги. Для него чем больше было растерянных или ошеломлённых людей, тем лучше. Ведь это означало, что прорваться будет легче. Однако... Бум! — Не бойтесь, нападайте! Нас же так много! — Получит нож в бок — и любой рыцарь, хоть сам Король Рыцарей, сдохнет! Режьте его! — Держите строй! Не рассыпайтесь, идиоты! Не все были ошеломлены. Словно в подтверждение того, что среди них было много опытных бойцов, некоторые не испугались незнакомой техники Божественного Кулака Ста Шагов и быстро бросились в атаку. Некоторые, похоже, имели командирский опыт и пытались постепенно окружить его, другие же смело бросались вперёд. Конечно, в случае с такими… Хрусть! — С дороги. Хрясь! …он безжалостно сокрушал их. В одно мгновение его кулак молниеносно двигался, нанося удары по губному желобку и центру груди противника. Поразив уязвимые точки и легко обезвредив их, он, словно гарпуном, вонзал ребро ладони в бок противника и тут же!.. Хр-руст! …сжимал хватку, словно вырывая кусок плоти, и рёбра крошились. Сломанные кости вонзались во внутренние органы, и заключённые падали один за другим. Даже если они выживут, им суждено остаться инвалидами на всю жизнь. Кто-то назвал бы это жестокостью, но Ли Хан не колебался. «Какая же от них исходит гнилостная вонь». Гнилостная вонь, исходящая от них. Вы спросите, не был ли это просто запах немытых тел? Нет. Это была, если можно так выразиться, гнилостная вонь, которую улавливало обоняние, отточенное опытом. Вонь, которая обычно исходит от так называемых Незаконных магов или нелегальных работорговцев. Это были раковые опухоли общества, которые не испытывали ни малейшего чувства вины и, вместо того чтобы раскаиваться в своих преступлениях, получали удовольствие и трепет от причинения вреда другим. Именно такая вонь исходила от них, и Ли Хан не видел причин сдерживаться. «Нет времени тратить эмоции на бесполезный мусор». Взгляд Ли Хана стал холодным и бесстрастным, как галька. Он видел в них не людей, а вредителей, которых нужно уничтожить. Прорываясь вперёд, Ли Хан без колебаний избивал и калечил их. Если кто-то преграждал ему путь, он сокрушал его. Если кто-то сопротивлялся, он заставлял его платить ещё большую цену. Следуя этому принципу, он раз за разом продвигался вперёд, и вот!.. Хр-р-рясь! — И-инструктор, кажется, мы выбрались. — … — Инструктор?.. — …Кажется, я немного потерял себя. — Э-это была концентрация. Пугающая до дрожи… — Фух… …В какой-то момент на его пути больше никого не было. Дерек сглотнул. Настолько высокой была концентрация Ли Хана и порождённая ею боевая мощь. «Даже Терминатор не был бы таким страшным». Движения, словно у машины, уничтожающей неодушевлённые предметы. Как только он убедился, что перед ним преступники, в его действиях не осталось и капли милосердия, а движения становились всё более отточенными и мощными. Это было не просто подавляюще — казалось, что именно так и выглядел бы бог смерти. «Похоже, особенность [Кымгансын] вышла из-под контроля...» Семь, нет, сейчас уже наверняка восемь или девять особенностей Ли Хана. Среди них Кымгансын, имеющий самый высокий уровень, был, по-видимому, особенностью «доброго» типа. Это означало, что она чувствительна к людям, совершившим грехи. Другими словами, против злодеев эта особенность проявляла ещё большую силу.