Рабочий день Гу Шиши в студии закончился, а Чэнь Кэсинь так и не вернулась.
Как и не написала ей в WeChat по поводу занятий.
Гу Шиши покачала головой. Бедное создание.
Она догадалась, что убеждения Чэнь Кэсинь пошатнулись, когда та пришла к осознанию, и теперь ей требовалось время на принятие последствий.
— Идём, Мэймэй. Пора домой. Пошли со мной…
Гу Шиши взяла под руку маленькую красавицу, и они вдвоём направились к парковке.
В последнее время она каждый день подвозила Лин Сяомэй домой.
Кроме того, она ещё хотела кое о чём с ней поговорить по дороге.
— Не спеши с увольнением, хорошо всё обдумай.
Ранее сегодняшним днём Гу Шиши остановила Лин Сяомэй от увольнения. Воспользовавшись отсутствием менеджера их студии, она склонила девушку к более взвешенным раздумьям.
— Пока что дело не в твоём таланте. Путь длинный, и сейчас твой главный противник — это твоё же упорство. Сдашься на этом этапе, и всё будет кончено.
Гу Шиши не считала свои рисунки результатами исключительно чистого таланта.
Если бы мастер не стоял позади неё с кнутом всё время и не был готов пустить его в ход, она бы никогда не достигла текущего прогресса.
Лин Сяомэй прикусила губы.
Её голова осталась склоненной вниз, но вот неспешно начала подниматься. В глазах девушки виднелся отпечаток отваги.
— Тогда, Шиши, можно… можно попросить тебя помочь? Возможно, на достижение результатов у меня уйдут годы, но… ты права. Я хочу попытаться! Я дам себе ещё один год. Если по его истечению ты не заметишь во мне никаких успехов, тогда я сдамся.
Глядела она с предвкушением и беспокойством одновременно.
— Но, ничего… если у тебя нет времени.
Гу Шиши усмехнулась, когда услышала её.
— Правда? В таком случае тебе придётся платить мне за обучение.
Глаза Лин Сяомэй засияли.
— Конечно! Я могу платить тебе, как за занятия в студии, идёт?
Гу Шиши дала ей легонького щелбана.
— Не-а, будешь покупать мне завтрак в качестве оплаты!
Лин Сяомэй быстро потёрла лоб и только после осознала смысл её слов.
Она практически подпрыгнула прямо на месте.
— Вау, Шиши, я тебя обожаю! Ты такая классная!
Завтраки не стоили дорого. Они будут обходиться ей чуть более, чем в 100 юаней. В месяц!
— Но советую тебе относиться к занятиям со всей серьёзностью и выполнять все ежедневные поручения, которые я будут давать. Предупреждаю сразу, я могу очень разозлиться, если увижу непослушание.
— Ясно-ясно-ясно! — Лин Сяомэй обвила Гу Шиши руками, — Шиши, ты такая мягкая и пахнешь приятно… а кожа какая белоснежная. Люблю тебя, люблю, люблю, люблю…
Гу Шиши погладила девушку по щеке и сказала:
— Ну всё, хватит мне льстить.
Заднее сидение припаркованного в подземном гараже кадиллака окутал холод.
Хо Сышэнь, скосив свои чёрные глаза, хладнокровно уставился в зеркало заднего вида, на двух обнимающихся девиц. Ещё и Гу Шиши так нежно смотрела на свою подружку!
А та назвала её мягкой и хорошо пахнущей. Она вообще думала, о чём говорила?!
Они находились на публике! Такое поведение было неприемлемым!
А руки-то, руки той девушки оказались на груди Гу Шиши… но та по-прежнему заливисто смеялась. Ей не приходило в голову отодвинуться и убрать руку?
Глаза Хо Сышэня были глубокими и серьёзными, а челюсти сжались.
Неприемлемо!
Он сухо взглянул на воротник Гу Шиши, который сейчас отодвинулся в следствии физического контакта. Его взор замер на обнажившейся ключице. Белой и изящной…
В памяти мужчины тут же своевольно всплыла сцена с лежащей на диване Гу Шиши, и то, какой белоснежностью лучилась её плоть под платьем. Холод проникал в самое сердце, подобно падающему на чёрную землю снегу.
Он прищурился и сжал губы.
В семье Гу все были такими безмозглыми?
Никто ничему её не научил?
В разочаровании он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и опустил стекло автомобиля.
Продолжая хмуриться, он выплюнул всего одно слово.
— Садись!
Двое щебечущих девушек умолкли, не прошло и секунды! И стали послушнее воробьёв.
Обновлено: 12.02.2026