— А? Почему это я смеюсь над Вашими словами? Я лишь беспокоюсь.
Герас нахмурился и сделал вид, что разочаровался, потому что маркиза не смогла разгадать его истинных намерений.
Хлоя потеряла дар речи. Она забыла, что этого человека невозможно победить только лишь словами. В книге из её сна Фредерик Аната часто сдавался, когда ссорился с Герасом, который был то ли слишком нагл, то ли слишком хитёр.
— Не хотите прогуляться со мной на во-он тот холм? Он кажется маленьким, но оттуда открывается вполне себе хороший вид, — сказал Герас, указывая на невысокий холм за палаткой. Хлоя решила, что это подходящее место, чтобы побыть одной.
— Спасибо, что сказали, сэр. Я схожу туда одна, поэтому, пожалуйста, возвращайтесь к палатке.
— Нет, я порекомендовал Вам это место. Скажите, разве я не должен убедиться, что оно безопасно, миледи? Если с Вами что-нибудь случится, рыцарь-командор Бланшетт убьёт меня.
Хлоя тихо вздохнула, уступая Герасу. Сколько бы они ни спорили, он бы не сдался. Конечно, она могла отправить его назад, отдав строгий приказ, но была слишком уставшей для этого.
Невысокий на первый взгляд холм оказался довольно большим испытанием. Из-за суровой северной погоды на земле скопился небольшой слой снега, из-за чего ноги маркизы проваливались.
— Уф-ф-ф...
Хлоя запыхалась, а Герас, который шёл рядом с ней, задавал множество вопросов:
— Вы занимаетесь спортом?
— Я, уф… Хожу гулять…
— Миледи, Вам нужно чаще упражняться. Вы такая хрупкая...
Последнее замечание она проигнорировала. Хлоя сосредоточилась на подъёме на холм и не обращала внимания на Гераса, который что-то бормотал рядом с ней. Она даже не заметила, как её слезы высохли.
Тем не менее, холм был невысоким, поэтому они очень быстро поднялись.
— Ух ты! Вот это да!
Когда Хлоя глубоко вдохнула и взглянула вниз, холодный, но освежающий воздух заполнил её лёгкие. Вид на замёрзшее озеро отсюда был очень приятным. Смотря вниз на густой хвойный лес, она немного успокоилась.
Она почувствовала, что расслабилась. Если так подумать, она сказала Лейле всё, что хотела, будто камень упал с плеч. Ещё она видела, как вдалеке Авель катается на коньках. Она была счастлива, что он уже приноровился к ним и вовсю веселится.
Она помахала сыну, потому что ей показалось, что он на неё посмотрел. Но ей и правда показалось, потому что Авель не помахал в ответ.
— Сэр, если Ваш долг исполнен, можете спускаться, — холодно сказала Хлоя, бросив взгляд на фигуру рядом.
— Вы так говорите, потому что я Вам не нужен, миледи? Хотя по мне и не скажешь, но мне было тяжело подниматься. Вы так жестоки со мной!
Герас играл с Хлоей, ведь на его лице не было и намёка на усталость. Если бы она поддалась ему, она бы ещё раз поднялась с рыцарем на какой-нибудь холм.
— Сэр, спасибо за то, что беспокоитесь за меня. Но теперь у меня есть семья. Честно говоря, мне некомфортно рядом с Вами.
С такими людьми она говорила прямо. Хлоя хоть и поблагодарила Гераса, но снова его оттолкнула.
— Даже если бы у Вас не было семьи... Вы бы всё равно не хотели иметь со мной дел, не так ли? — Герас, сам того не сознавая, сказал то, что было у него на уме.
Маркиза оторопела. Он думал, что остановится, но не смог сдержаться.
— Не знаю, зачем делаю это. Просто, когда я смотрю на Вас... мне кажется, я потерял что-то.
Герас говорил о своих чувствах серьёзно, без намёка на шутку. Возможно, интуитивно он понимал, что Хлоя — его суженая.
— Что Вы имеете виду под словом «потерял»? Вы намекаете на то, что между нами было что-то? Вам лучше воздержаться от такого рода высказываний, Вас могут понять неправильно.
Слова Гераса пробудили в Хлое чувство вины. Неужели это она сделала его несчастным? По иронии судьбы, это чувство вины заставляло Хлою отвечать так холодно.
— Я имел в виду... Зачем Вы продолжаете вести себя так, как раньше? Почему Вы так холодны ко мне до сих пор?
— Потому что я не люблю Вас.
Хлоя ответила импульсивно. Будь она в порядке, никогда бы так не сказала, но она была измучена и не могла здраво оценить ситуацию. Казалось, у неё не было другого выхода, кроме как защищаться.
— Мне не понравилось, как Вы признались мне в любви, Сэр. В действительности... Вы просто сопереживали мне, не так ли?
— Что?!
Глаза Гераса расширились от удивления. Ему показалось, что она прочла его мысли. Он удивился ещё больше, потому что именно так он и хотел оправдаться.
— Мне не понравилось, как Вы смотрели на меня с жалостью в глазах. Такое ощущение, будто я резко стала жалкой в Ваших глазах, — сказала Хлоя, глядя прямо во взволнованные глаза Гераса
Герас не нашёлся, что ответить, а Хлоя тем временем продолжала:
— Если бы я вышла за Вас замуж, мне бы пришлось всю жизнь чувствовать, как Вы меня жалеете, поэтому я отвергла Ваше предложение и Ваше сердце.
Благодаря книге из сна, Хлоя знала, почему Герас тянулся к ней. Причина была вполне тривиальна. Герас лишь испытывал сочувствие, малейшее чувство превосходства, и ощущал себя героем. Вот и всё.
Если бы ей не был известен сюжет книги из сна, возможно, она приняла бы предложение мужчины, который был к ней очень учтив и внимателен, и вёл себя так, как будто влюбился. Точно как Джерард, который был очарован своей первой любовью.
— Коне-ечно, как же мне не посочувствовать. Дома меня затмевала гениальная художница и будущая наследная принцесса, а в остальном меня сравнивали с Лейлой. Всего лишь третья дочь в семье Роэм, разве это всё не про меня?
— Моя Леди, я...
Хлоя весьма сдержанно сказала всё, что думала. С другой стороны, Герас, который всегда был так хитёр, смутился и не мог ничего ответить.
— Кроме того, я влюблена в мужчину, который испытывает чувства к моей подруге. Да, вероятно, я и правда жалкая...
Герас хотел возразить её словам, сказанным с насмешливой улыбкой. Возможно, тогда так и было, но сейчас!.. А что сейчас?
Он был поражён ей словами. Возможно, сейчас он сочувствовал маркизе. Но его чувства не изменились. Он действительно любил её, даже если время для этого было неподходящее.
— Терпеть не могу, когда сочувствие путают с любовью.
— Мне кажется, что сочувствие и грусть за человека можно считать любовью, — выпалил Герас, прикрыв рот рукой. Ему не нужно было это говорить, но чувствовал необходимость оправдать свои действия.
— Да, это можно считать проявлениями любви. Но это далеко не то, чего я ожидаю от этого чувства, cэр.
Сочувствие, как правило, связано с ощущением того, что у человека что-то в жизни хуже, чем у тебя. Будь на месте Гераса кто-то другой, Хлоя всё равно чувствовала бы себя отвратительно.
И это не то чувство, которое она хотела вызывать в любимом человеке. Она хотела, чтобы её ценили, так, как Джерард ценит Лейлу. Именно поэтому она так сильно жаждала внимания Джерарда.
— Миледи, Вы хотите... быть любимой?
— Я думаю, что именно с этого начинается любовь; когда думаешь о другом человеке как о равном себе. Признаешь, что он такая же самостоятельная личность, как и ты, которая имеет право чувствовать, что хочет
Герас молча смотрел на Хлою.
— Это не чувство собственничества, когда человек поступает так, как ты хочешь, и не чувство самоудовлетворения из-за этого.
На самом деле, если у кого-то есть сильное влечение к другому человеку, и если он не может справиться с этим, он будет поступать так, как считает нужным, не всегда беря во внимание желания того, кого любит. Как Лейла.
Некоторых людей пленяет впечатление, которое оказывает на них человек, и они чётко верят в то, что это действительно любовь. Они испытывают некоторое чувство превосходство и чувство долга. Это «эгоистическая» любовь. Такая, как у Гераса.
Все это отличалось от представлений Хлои об истинной любви.
— А маркиз Бланшетт испытывает к Вам именно такие чувства?
Герас задал весьма щепетильный вопрос. И Хлое было трудно на него ответить.
—Я... не совсем уверена в этом, но он относится ко мне с уважением. Он всегда готов выслушать мое мнение, — решительно ответила Хлоя, которая была на грани нервного срыва.
Снова молчание в ответ, но Хлое он и не нужен был:
— И я люблю его, несмотря ни на что.
К сожалению, у Хлои было разное представление о Джерарде и Герасе: один любил её, а другого любила она.
— Я понимаю…
Герас нахмурился. Сердце словно защемило. Ему не стоило начинать этот разговор с ней. Лучше бы он спустился вниз.
— Сэр, я догадываюсь, какой Вы меня считаете, и это совершенно не так. Я не тот человек, которому приятно Ваше сочувствие.
У отца Гераса, барона Мура, было две жены. Первая — мать Гераса, а вторая — её младшая сестра. Население Севера в основном составляли женщины, из-за достаточно суровых климатических условий и вторжения чужаков на территорию.
Плохо было то, что барон Мур больше любил вторую жену. В воспоминаниях Гераса, его мать всегда была на стороне отца и сильно расстраивалась, когда тот был холоден к ней.
Бедная женщина. Всю жизнь Гераса сравнивали с его идеальным сводным братом, а его мать потеряла любовь мужа.
Он любил мать всем сердцем.
Он замечал своё сходство с Хлоей.
—Я понимаю… Пожалуйста, остановитесь, иначе такими темпами я расплачусь…
На лице Гераса была не то улыбка, не то капали слёзы. Его глаза были печальны из-за болезненных воспоминаний, но губы насильно изогнуты в натянутой улыбке, что и придавало ему такой противоречивый вид.
— Поэтому Вам нужно держаться подальше от меня.
Словно проведя черту на песке, Хлоя в очередной раз воздержалась от дальнейших комментариев, заметив печальное выражение его лица. Она не оставляла ему и шанса возразить.
—Да…
Кажется, Хлоя была уверена в своём заявлении.
Он совершенно не понимал, действительно ли перед ним была та леди, которую он когда-то жалел.
Он чувствовал себя так, словно его бросили.
Обновлено: 02.02.2026