Марк рухнул на колени в переулке. Камень под ним был мокрым от ночного дождя и неприятно вдавливался в кость, но он едва это чувствовал. Его вырвало — хотя точнее сказать, попытка оказалась тщетной. Из его рта вырвался только кислый и обжигающий желудочный сок, который оставил едкое послевкусие во рту и спалил горло.
Он с трудом перевёл дыхание. Руки дрожали. Голова кружилась. Его сердце билось чаще обычного — не от страха, не от боли, а от… неизвестного внутреннего давления.
“Что со мной…?”
Закрыв глаза, он позволил себе прислушаться — не к внешнему миру, а к себе. К телу. Разум, отточенный интеллектом Бэтмена, начал машинально проводить анализ.
“Организм выдал тошноту. Симптоматика — посттравматический сбой. Но я не был травмирован физически… Значит — эмоциональный перегруз. Подавленная совесть, вытесненные эмоции. Тело выдало реакцию за разум.”
Он понимал: убийство родителей Уэйна — это не просто шаг. Это фундамент чужой судьбы, который он заложил своими руками. Но не было ни чувства вины, ни раскаяния. Только холод и дрожь.
“Разве не должен я плакать? Или кричать? Или хотя бы… пожалеть?”
Тело рвало от голода, от усталости и от чужеродности мира. Он не ел весь день, не спал — он только искал, наблюдал, просчитывал. Как машина.
Он вспомнил, что должен был делать дальше.
Следующим на его пути был Супермен.
“Полёт. Сверхсила. Непробиваемость. Взгляд, прожигающий металл.
Идеальный образ.”
Но теперь — после того, как он получил разум Бэтмена — он увидел глубину просчёта.
“За каждым героем тянется тень. И у Супермена… его тень — это разрушение.
Супермен означает: криптонит, магия, Дарксайд, Брейниак, армия фанатиков, готовых умереть за или против него.”
Он вспомнил, как в его мире криптонит был найден случайно.
А теперь, если он создаст Супермена — криптонит будет создан вместе с ним.
Врагам не надо будет искать уязвимость. Система её проложит сама.
“Слишком громкий выбор. Слишком явный.
Я не собираюсь создавать бога, который может быть убит камнем.
Это не сила. Это проклятие.”
“Если бы я создал Супермена — то бы появился Дарксайд?”
Он посмотрел в серое небо.
“Супермен — это ящик Пандоры. Он никогда не будет моим проектом.”
⸻
Тем временем, где-то в сердце Готэма, в мрачном особняке, где не стирают пыль с портретов,
Брюс Уэйн стоял перед зеркалом. Его лицо было спокойно, как мрамор. Он застёгивал чёрный пиджак — тот самый, который обычно надевал на похороны.
Альфред стоял рядом, держа в руках трость, словно бы в ожидании, что хозяин в любой момент рухнет.
– Сэр, – начал он, – вы уверены, что вам стоит туда идти?
Брюс не ответил.
– Каждый год вы приходите на Преступную Аллею.
Это понятно… но Джо Чилл… вы же знаете, он теперь не опасен.
Брюс посмотрел на часы. Точно 19:43.
– Я не боюсь его. Я боюсь… не узнать.
Если он не был один — кто был рядом?
Не он был убийцей родителей.
Альфред тяжело вздохнул.
– Сэр… после того удара по голове… этот человек стал овощем.
Он не был даже осуждён. Он просто лежит, смотрит в потолок…
Он — пустой.
Брюс подошёл к зеркалу. Вгляделся в себя.
Тень под глазами.
Он всё ещё не знал, кто стоял перед ним в ту ночь. Но в голове — голос.
“Потому что это было весело.”
Он чувствовал, что за тем убийством скрывалось больше, чем грабёж.
Это было… постановочно. Хладнокровно. Словно кто-то издевался над ним.
⸻
– Я должен поговорить с ним, Альфред.
Даже если он не ответит.
Я должен увидеть его лицо.
Я должен понять, что я ошибаюсь.
Или… что я был прав.
Альфред молча подал пальто.
– Тогда я отвезу вас. Мы поедем через центр?
– Нет. Через Преступную Аллею.
⸻
Машина ехала медленно. Город был тих.
Готэм дышал в ритме дождя.
Брюс смотрел на окна, на улицы, на силуэты, и всё, что видел —
это отражение того вечера.
Мать. Отец. Пистолет. Маска. Тень.
И он. Один. С кровью на руках.
“Если я найду его… кто бы это ни бы… я должен быть готов.”
⸻
Больница встретила их пустотой.
Всё было стерильно, бело и мертво.
Медсестра повела их по коридору. Потом — жестом указала на палату.
– Он не реагирует. Но, если хотите…
Он здесь.
Брюс вошёл.
На кровати лежал Джо Чилл.
Серое лицо. Глаза в потолок. Тишина.
Тишина, в которой не было ни вины, ни страха. Только пустота.
Брюс подошёл. Сел на край кровати.
И тихо сказал:
– Я знаю что это был не ты.
Обновлено: 19.01.2026