Пространство у него за спиной погрузилось в непроглядную тьму, будто незнакомец поглотил весь оставшийся свет. Вырвав копьё из земли, он обвёл семерых путников таким взглядом, что те сразу поняли: перед ними сама смерть.
Он вскинул копьё, собираясь одним ударом убить всех. Семь копий, сотканных из тьмы, метеорами полетели к своим жертвам: люди серьёзно ранены, а значит, никому не уйти. Тем более сила незнакомца многократно превосходила силу каждого из них, даже если бы они были в своей лучшей форме — слишком большой разрыв.
Послышался вздох.
Командир Фан, весь изломанный, с огромной дырой в груди, оттолкнулся от статуи и метнулся к незнакомцу, словно гигантский мотылёк, летящий на огонь. Сжимая в окровавленной руке кусок металла, всего минуту назад подобранный рядом с изваянием, — своё единственное оружие — он мог полагаться только на инстинкт.
Что-то тонко зазвенело, брызнула кровь.
— Командир Фан!
В один голос крикнули шестеро.
Тень копья разорвала тело, командир не успел даже пикнуть, но остановил остальные шесть теней. И тут, в миг его самопожертвования, с неба упал меч, что был ярче молний. Меч столкнулся с копьём внутри грудной клетки командира, остановив костяное оружие. Только клинок не мог спасти его. Свет меча рассекал все узы бренного мира, и сердце пустело.
Командир продержался меньше секунды, этого оказалось достаточно. Изящная фигура, облачённая в белоснежные одеяния, приземлилась в самом сердце залитого дождём храма: одинокий луч света с оружием в руках.
В глазах людей отразилось ярко-синее сияние — свет вечности, который кровь окрасила алыми разводами.
Меч и Копьё изумлённо обернулись.
— Дуань Сян, твой противник — я!
Клинок Грёз, Рассекающий Узы — ещё одна легенда.
Противники стояли друг напротив друга. За спиной одного клубилась тьма, за спиной второй мир оставался неизменным. Будто встретились Тьма и Свет, разделив его ровно пополам.
Но шестерых путников уже ничто не могло удивить. Их души переполняла скорбь. Они видели лишь истерзанное тело командира.
— Командир...
Сердца соратников Фана словно разлетелись на куски. Они налитыми кровью глазами смотрели на копейщика.
«Костяное Копьё Разбитых Грёз, Дуань Сян!»
Они хотели запомнить его лицо на всю оставшуюся жизнь.
Там, где столкнулось оружие, по-прежнему сиял ало-синий шар. Вдруг он разгорелся ярче. Меч и Копьё замерли, одновременно отступив на шаг. Шар взмыл вверх, рассёк дождевую завесу, пронзил пустоту и исчез. Длинная молния расколола небосвод. Прогрохотал гром, горы и реки содрогнулись.
— Что это? Похищение души?!
Могучие противники освободили своё духовное сознание, однако не ощутили энергии ушедшей души, словно смерти не было. Лишь стремительно рассеивался едва заметный след на костяном наконечнике. Оба хмуро потянулись к следу, чувствуя, что он вот-вот исчезнет.
— Ты отсёк его изначальную сущность?
— След слишком мал.
Оба переменились в лице.
— Кем он был?
В один голос спросили они у шестерых.
Не дождавшись ответа, меч вдруг соткал вокруг противника сеть из тысяч клинков, слившихся в единую сияющую завесу.
— Прочь!
Вихрь со свистом подхватил шестерых, превратился в стремительный поток света и скрылся в небе.
Дуань Сян, крича, взмыл на крыльях бескрайней тьмы к белым облакам за светом, который уже не догнать. Его глаза пылали.
— Проверь!
— Уверен, он не умер...
Спустя много лет две фракции начали тайное расследование по всему континенту. Они искали исчезнувшую душу. Одни считали командира Фана своей надеждой на будущее, избранным. Для других он был костью в горле.
Годы исканий не дали плодов. Но всегда находились те, кто пытался продолжать дело — спустя сто лет сдались и они. По крайней мере на первый взгляд. Они перестали из года в год ждать результата. Никто не знал ведётся ли поиск хотя бы тайно.
Однако шестеро братьев командира Фана не забывали о нём, они ходили своими путями, твёрдо веря, что командир жив!
Время шло. Пролетело сто лет, двести, пятьсот... Его так и не нашли.
Обновлено: 14.01.2026